Bleach: Disappearing in the Darkness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Крепость Айзена » Лаборатория


Лаборатория

Сообщений 91 страница 103 из 103

91

Кариас очень долго и упорно старался скрывать тот факт, что он серьёзно ослаб от этого яда, опозорили перед всем народом и ещё как. Выброс реяцу не помог, но помог тот самый розоволосый фрик которого Финдор считал слишком извращённым, чтобы давать ему лечить себя, и тут в его кожу вонзился шприц. Пробил и хиерро и защиту, словно и не было ничего, а тонкая игла боли расползлась по бесчувственному телу, у него что-то брали, а он даже и головы поднять не мог. Пока тот что-то говорил Неллиел и смешивал, духовная сила блондина начала себя уменьшать, видимо тот, услышав, слова Заэля решил не рисковать с окончательным выбросом своей духовной силы в плюсовую сторону. Уровень был достаточно большой, но его явно не было достаточно, чтобы даже составить конкуренция классу «тайчо». После очередного укола, у Финдора в глазах побелело. Он привык чувствовать царапины от меча, тычки и насаживания на длинные лезвия, даже грубые и дробящие удары молотов или топорных ударов, но вот эти тонкие уколы выводили больше всего. Словно его не били по телу, а пощёчиной влепили в щёку. Не так и больно, а как неприятно.
- Спасибо, - тоном оскорблённой личности было в ответ на Заэлевы нотации, - Ах, чёрт побери, от меня так и несёт этой дрянью...- со злобой стараясь растянуть и вернуть силу своим затёкшим мышцам, говорил фрассьон. Длинные волосы были взлохмачены, и он представлял собой этакую пародию на старшего брата Октавы, с той лишь разницей, что последний был намного слабее. Финдор отряхнул свой наряд и внимательно посмотрел на те капсулы с антидотом, которые Заэль ему и ей показывал. Сознание зафиксировало, как ими пользоваться и после ввода антидота самому Октаве, приходилось верить в то, что эта гадость – полезна. Раз уж он сам укололся ей, значит выгода и полезность – налицо. Всем известно, что Октава гадости не пьёт и не употребляет во внутрь, но его слова насчёт уколов практически всей Эспаде вызвали небольшой смех у арранкара.
- Интересно... – улыбка и смешок, потому что фрассьон достаточно много раз видел растерявшееся выражение лица у некоторых Эспад когда они шли к Грантцу на лечение. По всей видимости, не боялся прививок в крепости, один Айзен, - А вот с остальными я думаю, проблем не будет, они более сознательные, чем те, кого я только что имел честь назвать. – говорил фрассьон много, но тут же почувствовал как выдыхается буквально от «пары слов», которые он имел обыкновение проговаривать легко и непринуждённо. Яд постепенно проходил и Финдору становилось лучше, а задание Октавы по прививанию Эспады казалось каким-то смешным. Нет сомнений, многие из них спокойно примут его, но вот с двумя индивидуумами, он решил бы не спорить. При последнем напутствии Заэля он не заставил себя долго ждать и решив что Эспада-тян догонит его, побрёл из лаборатории, куда зарекся, заходит вообще.

– А ведь подсказывало чутье, быть беде. Обкололи какой-то гадостью, и я должен верить, что это был антидот. Да с цветами этой жидкости не поймёшь, что там есть яд, а что есть антидот. Там кажется и антидот сам мутно-кислых оттенков, а яд с цветом чистейшего неба, видимо в знак того, что туда улетает душа после смерти. Ага, на небо, если бы оно всё было так. Если это пресловутое небо – то меня видимо не туда поселили… – язвил арранкар про себя и остановился ожидая Неллиел и, по меньшей мере выговор от неё за свои действия. Её доброту он воспринимал пока что, как нечто, что он не мог понять полностью, и понимал только с точки зрения читателя. Да, можно быть добрым – но вот заставить себя вести себя таким же образом он не мог, попросту не было в его периферии.
– Доброта? Хм. Погубит она её, или всё-таки попробовать походить на неё? А то походя на Сегундо-сана, я точно разочаруюсь во всем и буду лениво смотреть на то, как Куллхорн чешет свои волосы и попадается на шутку с клеем… – маска постепенно отрастала и закрыла ровно половину верхней доли черепа. Закрыт был глаз и вплоть до щеки сидел обломок маски с тем самым глазом.
- Только давайте без нотаций? - примирительно сказал Финдор в сторону Нелл, словно говоря ей то, что и сам всё прекрасно понимает, но говорить ему очень трудно из-за остатков яда. Жестом он показал два пальца приложенных к виску и протяжный "выстрел" символизирующий радость предприятия.

==============> Корридоры. ( Финдор, Нелл.)

Отредактировано Findor Carias (2010-07-09 20:03:55)

+1

92

Раздраженно поправив перчатки, Заэль подошел к мониторам, дернул пару рычажков и отошел. Глухо зашипела, плотно закрываясь,  входная дверь. Синхронно из-за внутренней двери появилась фракция. Тихо попискивая и неотрывно смотря на арранкара, они переступали на кривых ножках. Октава раздраженно посмотрел на них. Звуки сразу утихли.
- Немедленно навести порядок, - он указал на устроенный посетителями погром.
- Да, Заэль-Аполло-сама!
Октава подошел ко второму лабораторному столу, и стал искать чистые пробирки. Не найдя их, он схватил  за шкварник ближайшего колобка-лаборанта.
- Немедленно приготовить все для детального анализа образца класса «В» и транспортировать инфицированного из камеры хранения.
С этими словами Заэль отпустил франсьена и тот быстро засеменил к шкафу с инвентарем. Тем временем Октава разблокировал дверь морозильной камеры и вошел внутрь.
Помещение было длинным и широким. Слева и справа шли однообразные ящики, незаполненные находились в самом конце холодильника. Подойдя к ящику с аккуратной надписью «Д-74, В-941», сделанной черной краской, Заэль аккуратно протер уже успевшую заледенеть ручку и нетерпеливо посмотрел в сторону приоткрытой двери. Словно поняв, что не стоит испытывать терпение ученого, в помещение протиснулся колобок, толкающий простую железную каталку. За ним семенили еще два франсьена – из всех разномастных слуг Гранца больше всего похожие на людей, но все же имеющие непропорционально маленькую голову, резко контрастирующую с мощными ногами и руками.
Под внимательным взглядом Октавы колобок открыл нужный ящик и торопливо отошел. «Мелкоголовые» подошли к ящику и аккуратно вытащили изрядно потрепанное тело громилы. Каталка была самой большой, которая только могла пройти в дверь морозильной камеры, но и с нее свисали руки транспортируемого.
Не доверяя тупой фракции, Заэль шел сзади, внимательно за ними наблюдая.
Наконец, тело положили на восстановленный лабораторный стол. Бывший франсьен был быстро, и умело препарирован. Паразит практически полностью «выпил» его реацу, но при резком изменении температуры прекратил свою деятельность.
- Подобие спячки? Интересно.
Гранц взял образцы плоти, костей, некоторых имеющихся внутренних органов и поместил их в специальные контейнеры.
- Убрать тело. Провести дезинфекцию,- бросил Заэль, даже не поворачивая головы в сторону сидящих в уголу колобков.
Стянув перчатки, он кинул их в мусорный контейнер. На ходу натягивая чистую пару, арранкар подошел к мониторам и застучал по клавишам. Надо узнать точное время  побега паразита.
Затем вычислить скорость развития паразита, после попадания в душу с низким уровнем реацу.
Дело должно сдвинутся с мертвой точки.

0

93

Фракция Заэлль-Аполло Грантца

Жизнь в лаборатории кипела через край, выплёскиваясь в виде кратких и тихих перепалок фракции, убирающей тот бедлам, что оставили после себя шумные гости. Два фрасьона-колобка, подпрыгивая на ходу таскали туда-сюда от копощащихся пустых объёмистое ведро, которое быстро наполнялось осколками и прочим мусором. Изредка раздавались возмущённые пискливые причитания, когда тот или иной фрасьон обнаруживал особо пострадавший предмет.
Возможно, один из них пискнул через чур возмущённо, так как был замечен и поднят за шкирку. На Октаву воззорились две пуговки глаз, полные щенячьего восторга при виде хозяина.
- Немедленно приготовить все для детального анализа образца класса «В» и транспортировать инфицированного из камеры хранения.
Висевший как крупный пузатый котёнок – поджав к телу все четыре конечности – пустой был отпущен. Образца «В», - аки лампочка загорелось в крохотном мозгу, чуть ли не просвечивая через глазки наружу. – Транспортировать!!!
Сказано – сделано.
Пока хозяин колдовал над трупом, колобкообразная фракция с любопытством едва оперившихся цыплят перетаптывалась возле стеночек. Интересно всё таки… Ближе маячить не стоило. В каком-то смысле отсутствие достаточного количества соображалки, было их бесспорным достоинством. Иначе бы резко поумневшие пустые первым делом дали бы дёру от своего горячо любимого хозяина… Но в тот момент все пустые тихонько и прилично сидели по уголкам, ожидая распоряжений. Энное количество пар глаз пристально следило за каждым взмахом скальпеля.
- …мёртвый, - тихонько поделился своими наблюдениями с остальными самый умный из всей присутствующей фракции. С виду этот небольшой пустой напоминал белого паучка с четырьмя конечностями, которого шутки ради надули как воздушный шарик. И гордо поскрёб лапкой большой нос.
- Совсем? – на всякий случай переспросил второй. Верзила, с маской на лице, которая напоминала коровий череп. Правда, торчащий почему-то сразу из плеч. Голос у него был низкий, но гулкий. Сидящий на его голове третий – щуплый и костлявый, с одним единственным глазом вместо лица  – возмущённо заколотил ручкой по твердокаменному лбу высокого. Тот дёрнул длинным ухом и смущённо замолк. Удостоверившись, что его средство передвижение молчит, щуплый что-то пропищал «паучку». Как такое существо могло издавать звуки, знал только тот кто его сделал…Но «паучок» понял.
- Совсем, - ещё более гордо заявил он. Но очень-очень тихо. Очень, видимо, хотелось ему ещё пожить на этом свете.
- Убрать тело. Провести дезинфекцию.
Фракция быстро-быстро заморгала. Синхронно. Вся. Думала.
Затем шустро и безо всяких распределений по обязанностям кинулась исполнять приказ. Исчезли грязные перчатки из мусорки (прихватив с собой почему-то и контейнер), стол с останками препарированного окружили беспокоящиеся о чистоте и гигиене, а сами останки…
Вероятно, этот фрасьон появился во фракции недавно. Один из похожих на шарики пустых вдруг пугливо закосил глазком в сторону Заэля. Сунув лапку в сторону трупа, стащил со стола кусочек заражённой плоти, и скромно запихав лакомство в похожую на жабью пасть, сглотнул. И ошарашенно вытаращился, замерев на месте. Остальные тоже замерли.
- За...- раздался робкий голосок из-за стола, - Заэль-Аполло-сама...

+2

94

Нужный файл все никак не находился. Постоянно всплывали совершенно ненужные записи южных переходов недельной давности. С каждой минутой Заэль все больше злился. Его совершенная техника давала совершенно не те результаты, которые от нее требовали. «Ну, давай же, находись!» - мысленно подгонял аппаратуру  ученый, но она продолжала выдавать совершенно не те результаты, которые требовались. Да еще и фракция шумела. Внезапно лабораторию накрыла практически гробовая тишина. Гранц застыл, медленно поворачивая голову в сторону лабораторного стола. Его запоздало посетило чувство опасности.
  - За... Заэль-Аполло-сама...
Писклявый голосок одного из фрасьенов окончательно подтвердил подозрения. У трупа «громилы» отсутствовал кусок руки у локтя, а рядом со столом стоял жабообразный колобок с вытаращенными глазами, которого сотрясала уже знакомая дрожь.
Октава немедленно вскочил на ноги и кинулся к столу. Итак очень низкий, в отличии от мертвого здоровяка, уровень реацу, исчерпывался за доли секунды.
- Все вон! – громко крикнул ученый, отодвигая стол. Тот  был прикреплен к полу, но разъяренного Эспаду это не волновало. Пока Заэль выхватывал из общей массы выбегающих фрасьенов еще одного колобка, на вид более «приплюснутого», чем зараженный, где-то на задворках сознания мелькнула мысль о перепланировке и укреплении лаборатории.  Уж больно часто тут происходили большие погромы и наведывались незваные гости.
Пострадавший быстро угасал. Еще немного – и от него не останется ничего. Гранц быстро кинул здорового фрасьена к жабообразному.
- Ну же, давай, тут есть еще одно лакомство, давай, выходи, - тихо приговаривал Октава, чуть наклонившись вперед , сверля внимательным взглядом за происходящим. А тем временем, паразит, выражаясь грубым языком, «дожрал» свою жертву и стал выходить из оболочки, оставшейся от нее.
Заэль внимательно наблюдал за спорой. Та мерно пульсировала, передавая энергию главному «растению». Закончив, спора устремилась сначала к дрожащей фракции, но потом передумала и резко рванула к Октаве. Не растерявшись, он резко ударил по ней раскрытой ладонью, добавив к обычному удару заряд балы. На миг полыхнула фиолетовым, но в ярко освещенной лаборатории, это не дало такого ослепляющего эффекта, какой мог быть в темноте.  Вопреки ожиданиям, спора не уничтожилась, а «оглушено», словно пьяная, закружилась по лаборатории. Метнувшись к шкафу, Заэль достал еще одну баночку и поймал ее. Теперь в его распоряжении были две споры, правда, одна немного поврежденная. «Зато теперь известно, что если бала не уничтожила спору, то вряд ли подействует на цветок. По хорошему, надо бы провести исследования… Если я и дальше буду выяснять, как можно уничтожить паразита и его спор, за это время он может заразить всю крепость. Лучше заняться поиском способа, собрать эту дрянь в одном месте. А потом надо поискать способ ее уничтожить. А запечатать можно всегда»
Октава столкнул труп здоровяка с пострадавшего стола на пищащего приплюснутого колобка, медленно поднял правую руку на уровень груди. Затрещал, формируясь в ладони, заряд серо. С привычным для арранкара звуком шар духовных частиц разрядился. Когда дым осел, на укрепленном полу осталось лишь большое пятно копоти. Все, кто там находился, были уничтожены. Развернувшись, Октава подошел к дальней двери и резко распахнул ее. На него уставилось несколько десятков глаз.
- Четверо, быстро сюда.
Похоже, тупой фракции нельзя ничего доверять.
- Двое очищают пол, один дезинфицирует лабораторный стол, другой готовит инструменты для его починки.
Ученый остался стоять у стены, скрестив руки на груди. Лишь убедившись, что его приказы выполняются, причем выполняются правильно, Заэль вернулся за пульт управления.
Почти сразу он нашел нужную ему запись происходившего.
- Вот так…
Скорость развития паразита была просто поразительна, и пусть Гранц не смог увидеть своими глазами это процесс, все было понятно.
- Если создать такой объект, который мигом привлечет внимание паразита своей аппетитностью, направит ли он к нему больше двух-трех спор? И не явится ли сам?

+1

95

Фракция Заэлль-Аполло Грантца

- Все вон!
Выдранный с «мясом» стол было лучшим «пожалуйста», которое только могло быть для фрасьонов. Просить дважды их не пришлось.  Всё, что могло смотаться - сматывалось, а всё, что могло сделать ноги – отращивало и делало. Больной фрасьон всё так же неподвижно стоял на месте, стремительно бледнея.
Во фракции поднялась кратковременная паника. Те фрасьоны, что могли проходить сквозь стены, нырнули в них со скоростью профессиональных ловцов жемчуга. Те, что сквозь стены проходить не умели…Со стороны это чем-то очень напоминало детскую «песочницу» с пластиковыми шариками, в которой все содержащиеся там мячи решили пролезть сквозь окружающую игральную площадку сетку.
Одному из мячиков не повезло.
- Йййеп! – очень тонко выдал схваченный приплюснутый фрасьон, перед тем как отправиться в последний полёт. Что он имел в виду – история умалчивает. С глухим «чпок» влепившись в заражённого, он вытаращил глазки и втянул в подобие плеч и без того крохоную голову. Наверное, будь у него мама, он бы её с радостью позвал, но роль «квочки» фракции принадлежала Октаве, а его звать было…самонадеянно. Жабообразный покачнулся и упал. Внутри что-то с сухим лопнуло и поверхность хиерро арранкара пошло волнами.
Приплюснутый в ужасе вытаращил глаза и рванул было обратно. Позади был Заэль. Фрасьон испуганно моргнул и развернулся обратно. Сзади дозревала спора. Истерично взвизгнув, приплюснутый подпрыгнул на месте и шлёпнулся на спину, задрав лапки к верху: «Мёртвый, однако». Судорожно подёргал конечностями для правдоподобия и неподвижно замер.
- Ну же, давай, тут есть еще одно лакомство, давай, выходи.
Приплюснутый сообразил, что кормить сейчас будут именно им… Робко приопустил задратые кверху лапки и на всякий случай ещё и свесил язык на бок, искренне надеясь что жуткая штуковина, только что иссушившая его сотоварища, побрезгует мнимой мертвечиной. И видимо побрезговала! Рядом раздавались звуки Серо, шагов, шороха, но бедняга не смел отрыть глаза. Затем всё затихло…Арранкар осторожно приоткрыл глаз…чтобы увидеть падающий на него труп.
- Гья!
Короткий вопль и глухой стук и сменились приглушённым плаксивым попискиванием, сопровождаемым отчаянными шкрябаниями по полу торчащих из под тела мёртвого верзилы лапками фрасьона. И всё же не даром приплюснутый был именно приплюснутым. Уцепившиеся за пол лапки в героическом рывке наполовину вытащили их обладателя из под неподъёмной туши. Вполне живого. Поднял малость помятую мордочку с пустыми как у котёнка, глазами, и завертел ею по сторонам, осматриваясь.
Последнее, что запомнил арранкар – это жгучая, короткая волна Серо.
- Тиерра??? – сидевший за дверью «паучок» попеременно закрыл и открыл все восемь рубиновых глаз. Тихонько пискнул и шарахнулся в сторону, когда дверь резко распахнулась.
- Четверо, быстро сюда.
Двое вышли сами, одного выпнули принудительно, оставшийся пошёл потому, что все пошли. Вёдра, тряпки, щётки были пущены вход, полируя стол и пол и приводя разнесчастную лабораторию в какое-то подобие прежнего порядка, что был в ней до визита гостей. Копошащиеся вокруг пострадавшего оборудования фрасьоны делились мнениями на каком-то своём допотопном языке, с уважением посматривая на вывернутые из укреплённого пола ножки лабораторного стола.

+1

96

Если бы Октаву спросили бы, считает ли он последние события хорошими, то Заэль бы не ответил. Вряд ли он вообще отвечал бы кому-нибудь, кроме Эспады. А Эспада вряд ли когда-нибудь искренне интересовалась мнением арранкара по этому поводу. Если их вообще интересовали подобные вещи.
Но все-таки, Октава был доволен. Несмотря на гостей, раскурочивших горячо любимую лабораторию и выпустивших паразита; тупую фракцию,  которая ничего не может сделать без оплошностей и повторную порчу  его рабочего места, Гранц был рад тому, что ему представилась великолепная возможность изучить действие своих новых препаратов, найти способ подавления сильных паразитов, вытягивающих реацу. Этот «цветок» не был первым и вряд ли станет последним. Если, конечно, Айзен не запретит исследования в этой области. А он может это сделать, если чертов беглец натворит больших бед. Пожалуй, только из-за этого надо как можно скорее начать его поимку, хоть искушение позволить паразиту погулять по крепости и посмотреть, что из этого выйдет, было очень велико.
Заэль встал из удобного кресла и подошел к полке с самыми опасными реактивами и открыл незапертую дверцу. Только убедившись в ходе тщательной проверки, что все они целы и невредимы, Гранц плотно ее и, вернувшись к пульту, быстро набрал длинный код. Полупрозрачная толстая дверца щелкнула, что-то тихо зашипело; раздался громкий писк, сообщающий, что шкаф плотно закрыт.
- Так-так, - задумчиво потер подбородок Октава – Думаю, работать будем по «живому».
Стремительным шагом он подошел к другому шкафу и достал восемь странных черных устройств величиной с небольшое яблоко и аккуратно положил их на стол. Снова вернувшись к пульту управления, вызвал две специальные специальные группы фракции.
Таких групп было всего четыре. Наверное, их самым главным отличием было не на порядок большая сила, чем у собратьев, а то, что их не использовали в качестве аптечки. Ну, разве что в крайних случаях.
В каждой из групп был маленький колобок исследователь, громила, подобный тому, который стал первой жертвой «цветка», маленький юркий разведчик и сухой тощий арранкар-аналитик. Он был головным мозгом группы, в прямом смысле. Все, что видел разведчик, с небольшой задержкой в одну-две секунды, видел и аналитик, также как и получал он информацию, от колобка-исследователя и координировал действия громилы. Уничтожь  этого «высушенного» - и остальные члены группы превратятся в слабые подобия самых глупых фракций-лаборантов. Именно поэтому он находился на спине громилы, на плечах которого была закреплена конструкция, напоминающая корзину, но куда более прочная и сероустойчивая, в которой «мозг» мог легко спрятаться.
Сначала через дверь юркнули разведчики, быстро метнулись вверх по стене и слились с ее поверхностью. Следом за ними, по очереди, пригибаясь, чтобы не ударится об косяк, вышли громилы и последними «выкатились» исследователи, попискивая в каком-то непонятном ритме.
- Ждите меня в коридоре, - довольно произнес Октава, невольно любуясь слаженными действиями своих творений. Да, эти фрасьены были действительно совершенны. «Только поработать бы над уязвимостью главного – и будет замечательно»
- А вы пошли вон отсюда, - арранкар  бросил быстрый взгляд в сторону фракции, копошащейся вокруг почти починенного лабораторного стола.
Затем он тщательно проверил, все ли шкафчики и ящики закрыты, не осталось ли где-то что лишнего и, осторожно взяв приборы, вышел за дверь.
Развернувшись, ткнул носком ботинка в один из камней кладки. Снова раздалось шипение. Теперь дверь можно было открыть изнутри или снаружи. Изнутри сделать это было некому – вся фракция была заперта в специальной комнате, а для открытия двери с внешней стороны требовался личный код и пароль Гранца. Конечно, вход можно просто выломать или даже проломить в стене, но Октава очень постарался, чтобы даже Широсаки пришлось над этим хорошенько попотеть. Хотя даже существование возможности попасть в его лабораторию  сильно раздражало арранкара. Но, пока что стоит подумать об арранкарах-нумеросах, которых надо в ближайшее время отловить.
- Идите за мной, - произнес Заэль, не оборачиваясь, и быстрым шагом направляясь к выходу из крыла,  в котором располагалась лаборатория. Вряд  ли сюда сунется хоть кто-то, кроме ненормальной квинты.

----> Коридоры у Восточного входа

+2

97

Szayel Apporo Granz, фракция Заэль Апполо Гранца <---- Коридоры у восточного входа

Стремительным шагом, идя к своей лаборатории, Заэль напряженно раздумывал. То, что он собирался сделать, скажем,так, не отвечало всем утвержденным Айзеном стандартам. Это будет то, что в мире людей считается абсолютно незаконным и аморальным. И хоть обитатели Крепости особой человечностью не отличались, да и на людей были похожи лишь внешне, даже они могли принять в штыки то, что Гранц хочет сделать. Хотя, если Айзен, бывший шинигами, об этом узнает, то вряд ли запретит  Октаве этот маленький эксперимент.
Громила, несший нумероску, шел тяжелым шагом, громко сопя и яростно посматривая по сторонам. Как же, Заэль Апполо-сама доверил ему выполнять такое важное задание! Фракция имел крошечный мозг, в котором, наверное, было извилины три. Он не разговаривал, не мог думать о сложных вещах. Даже в бою он с огромным трудом ориентировался.  Но сложно было сказать,  громилу ли приставили к аналитику или хлипенького аналитика приставили к громиле. Они практически полностью дополняли и компенсировали недостатки друг друга. Золотая середина.
Еще при создании этих спецгрупп Гранц хотел воплотить все ее функции в одного арранкара, но позже оказалось, что это невозможно сделать с фракцией, состоящей из довольно специфического материала.
Пройдя очередную развилку, Октава повернулся к стене. Не глядя, нажал нужный камень и сделал два шага в сторону. Раздался глухой звук, и небольшой кусок стены плавно отошел от остальной кладки и медленно перевернулся. В него был вмонтирована сенсорная панель, на которой сейчас высвечивалась только клавиатура и строка ввода. На всякий случай, подозрительно посмотрев по сторонам, Гранц молниеносно вскинул руку, и быстро, чуть ли не со скоростью сонидо, набрал код, а следом пароль. С шипением дверь немного подалась вперед и  уже беззвучно отъехала в сторону.
- Девчонку на операционный стол. Сами выметайтесь.
Первая спецгруппа быстро вышла, а аналитик второй аккуратно подвел свою «лошадь» к столу и предельно осторожно положил на него кокон. Гранц подошел к угловому шкафу, снял с пояса занпакто и аккуратно убрал его. Затем он подошел к небольшой раковине в углу и тщательно вымыл руки. Вытирая руки пропитанной специальным составом салфеткой, Октава подошел к пульту управления и нажал несколько кнопок. Тут же на вызов в комнату вбежали, толкаясь, три фракции. Выигрывал пока самый крепко сложенный, он немного обогнал остальных двух – маленького колобка и суховатого, среднего роста, двенадцатиглазого арранкара. Кинув на них раздраженный взгляд, Гранц заговорил.
- Подготовить все для сложной операции, – фракция тут же рассыпалась по всей лаборатории.
- Готовится надо к худшему, - пробормотал ученый наблюдая, как дезинфицирует и раскладывает на передвижном столике различные инструменты крепыш, пока многоглазый осторожно высвобождает из уже полуразрушенного кокона нумероску и аккуратно снимает с нее грязную форму. В это время к нему подбежал колобок, несмело курлыкнув, чтобы привлечь внимание хозяина. Октава молча взял чистую форму, немного другого покроя чем обычная и ушел за ширму переодеваться. После этого он собрал волосы на затылке в короткий хвост и одел чистые перчатки.
- Надеюсь, ты не лазила по местным помойкам. Сейчас обеспечить полную стерильность из-за нехватки времени будет проблематично…
Зайдя за полупрозрачную стену, Гранц окинул безукоризненно чистое помещение и вытянувшуюся по струнке всех трех фрасьенов  беглым взглядом и, подойдя к операционному столу, начал осмотр и оценку повреждений арранкарки. Судя по всему, позвоночник был цел, но правый локоть был раздроблен на мелкие кусочки.
- Плохо. Само по себе это не заживет…
Еще на теле Октава обнаружил свежие ушибы и несколько неправильно сросшихся костей. Да и криво отрубленная когда-то давно рука лишних надежд не оставляла. «Попалась же мне такая дрянь» -  мысленно вздохнул Заэль.
- Переверните ее на живот. Только аккуратно.

Отредактировано Szayel Apporo Granz (2010-12-24 11:27:55)

+1

98

Фракция Заэля Аполло Грантца

---->Коридоры

В жизни фракции Заэля Аполло-сама самым главным был, естественно, сам Заэль Аполло-сама. Его приказы, его воля – любые его желания были на первом месте в мозгу несколько ограниченных фрассионов. Нет, они были не так дурны, как могло показаться некоторым, просто колобки и гиганты, лаборанты и аналитики – вся фракция Октавы была избавлена от вороха совершенно ненужных качеств. Криворукому и кривоногому колобку совершенно не нужны были чувства. Единственное что он должен был испытывать – это безграничное почтение к хозяину. Семенивший по коридору колобок как раз его и испытывал сейчас, но так случилось, что сегодня в его жизни важным были не только приказы Заэля Аполло-сама, но и зеленоволосой арранкарки. Маленькая головка, приделанная к круглому тельцу, лихорадочно вращалась – фрассион суетился и нервничал. Если бы в нем было чуть больше чего-то индивидуального, он наверное потерялся бы, ведь он исполнял приказ женщины-Эспады и логично было бы предположить, что теперь она его хозяйка, но нет – яснее ясного было только одно – Заэль Аполло-самаааааа. Шарообразный фрассион точно знал – он исполняет приказ хозяина исполнять приказы этой женщины. Это вносило ясность в маленькую головку с двумя торчащими волосинками.
Добравшись до лобаратории, а фракция Октавы чуть ли ни интуитивно чувствовала ее местонахождение, колобок задергался у ничем не примечательной стены и закурлыкал что-то непонятное на каком-то своем, особенном языке. Ультразвуковое попискивание принесло ожидаемый результат – собраться услышали его и отворили запертую изнутри дверь. На белой стене прорезался контур двери и та с шипением утопла внутрь, а затем отъехала в сторону, а радостный фрассион вернулся домой.
- Заэль Аполло-сама. Заэль Аполло-сама!!! – заверещал фрассион, прыгая на тощих ножках, но под пристальными и неодобрительными взглядами собратьев тут же умолк.
Проскользнув вглубь лаборатории колобок застал господина в операционной за делом. Отвлекать его было опасно, но он должен был выполнить им же, господином, порученное задание.
- Заэль Аполло-сама… - негромко позвал колобок господина и робко помахал ему тощей ручкой.
Когда Октава обратил внимание на своего фрассиона, тот стушевался и уж было собирался шарахнуться назад, но памятуя о недавно убиенном в стенах лаборатории собрате, решил, что бежать некуда… да и господин же это. Сиятельное внимание хозяина нужно было оправдать. Ведь не зря же он его отвлек от важных дел.
- Аааадин, - констатировал фрассион поднимая вверх ручку и отгибая один палец. Таким образом, он старался показать хозяину, что его вакциной была привита одна особь. Прививка прошла успешно и его лекарство не было зазря израсходовано. Далее требовалось испросить разрешения взять еще капсул и ответить на вопросы хозяина, а это уже требовало некоторых потуг, в основном, речевых.
- Эспада-сан, - вполне четко проговорил колобок, чинно складывая ручки, чтобы изобразить смиренную Неллиэль, - хотеть еще… - после этих слов последовал звучный скрип мозгов и две кривые лапки были подняты вверх. Квинта приказала принести пять новых вакцин, но вот незадача – на руках у фрассиона было всего по три пальца, поэтому в демонстрации количества пришлось задействовать обе руки. Сосчитав свои пальцы и все еще раз перепроверив, колобок растопырил лапки и тут же загнул один палец. Получилось ровно пять пальцев. Фрассион остался собой доволен, но и не забыл при этом покорно склонить… вжать голову в пухлое тельце, ожидания решения Заэлья Аполло-сама.

0

99

Травма была довольно серьезной, даже на взгляд Октавы. Ни о каком лечении, не говоря уже о самостоятельной регенерации и речи быть не могло. Нежно проведя по красному и распухшему суставу кончиками пальцев, Гранц улыбнулся. Это была одна из тех его улыбок, которую он позволял себе очень редко. Полубезумная, дикая, наполненная предвкушением не просто хорошей добычи, но и очень интересной охоты.
- Великолепно… - тихо прошептал он. Сейчас ученый ничего не видел, не слышал и не чувствовал. Все его внимание было сосредоточено на тощем теле нумероски.
- Заэль Аполло-сама. Заэль Аполло-сама!!!
Октава от неожиданности надавил на ребра подопытной с гораздо большей силой, чем рассчитывал. С громким хрустом кость сломалась, а арранкарка конвульсивно дернулась. В лаборатории не может быть никого постороннего, а фракция просто не посмеет отвлекать его! Резко вскинув голову, Гранц впился яростным взглядом в источник звука. Оказалась, это фракция, простой лаборант-колобок.
- Заэль Аполло-сама… - мгновенно стушевавшись, уже тише повторил он.
«Если только это не дело первой важности, то его жалкое подобие жизни в считанные секунды подойдет к своему логическому завершению» - мысленно пообещал неизвестно кому – себе ли или фрасьену, который мысли не умел читать, Заэль. Видно, отголосок этих мыслей отразились у него на лице, так как колобок замахав своими конечностями, пропищал жутко гримасничая:
- Аааадин! Эспада-сан хотеть еще…
Несколько секунд Гранц переводил произнесенное на нормальный язык. А когда он осознал сказанное фракцией, то злобно рассмеялся.
- Вот змея! Привила всего одного, а уже требует еще вакцины! – отсмеявшись, он протянул руку к столику и, взяв с него наполненный мутноватой жидкостью шприц, аккуратно сделал укол и ввел нумероске небольшую порцию препарата.
- Эспада-сан, - насмешливо сказал Октава, отдавая шприц тощему фрасьену – Может желать чего угодно и сколько угодно, но от меня она не получит ни капли антидота. Хватит того, что она привьет Эспаду. Остальные меня абсолютно не интересуют.
Заэль, склонившийся над столом, кинул насмешливый взгляд  исподлобья на испуганного колобка.
- Но если тебе так хочется помочь ей, ты можешь приготовить вакцину сам. Бери в помощники любого из фракции. Состав вакцины записан там, – он кивнул в сторону лабораторного стола. Конечно, фрасьен понимал каждое его слово и отнюдь не был законченным идиотом, но обычно Гранц не доверял такие сложные действия простому лаборанту. Но ученому было интересно, на что тот способен. Сможет ли понять инструкции? Правильно ли приготовит? Поэтому Заэль внимательно следил за дрожащим колобком, пока его помощники дезинфицировали плечо арранкарки.
Лишь когда крепыш тихо шепнул ему, что для ампутации все готово, Гранц вернулся к прерванному занятию.

Отредактировано Szayel Apporo Granz (2011-01-21 20:00:43)

+1

100

Тренировочный зал --------> Покои Айзена --------->

Улькиорра был в ярости. Наверное, мало кто смог бы охарактеризовать его эмоции именно так, но в его понимании именно это было яростью. Возможно, лучше подошло бы определение "ледяной гнев". В его движениях не добавилось ни капли резкости, глаза были такими же ледяными и безэмоциональными, но внутри него поднималось что-то, от чего хотелось разорвать в клочья объект этого чувства. И объектом был - Гриммджо.
Вызов к Айзену-сама, так удачно давший Сексте возможность остаться наедине с пленницей, был обманом! Добравшись до покоев Владыки, он узнал это. Несмотря на то, что он имел оправдание, это всё равно был его промах. И если этот промах повредит планам правителя Уэко Мундо, виновник будет мёртв. Он лично - Улькиорра Шиффер - уничтожит его. Скорее всего, он убил бы и девок, передавших ему фальшивый приказ, но им повезло не попасться ему на дороге.
Так или иначе, теперь оставалось только возвращаться в тренировочный зал. И по возможности быстрее. Кватро не позволял себе выдавать спешку - точнее, ничто не могло заставить его торопиться, - и тем не менее его шаг стал быстрее. Помещение было уже близко, когда он заметил доносящуюся со стороны рейацу какого-то нумероса. Она привлекла его внимание тем, что была слишком неровной и исходила, видимо, из лаборатории Заэля. Что бы это ни было, Октава не имел права причинять ущерб творениям Владыки - а значит, такая ситуация возникать была не должна.
На мгновение Шиффер заколебался, выбирая между необходимостью объяснить Сексте его место и замеченным непорядком. В итоге он всё же свернул в лабораторию, рассчитывая, что это не долгая задержка.
Обозначать своё появление он нужным не посчитал (тем более, его духовная сила была скрыта не полностью). Дверь помещения распахнулась вместе с возникновением фигуры Эспады на пороге. Абсолютное зрение мгновенно выхватило нужную деталь - арранкара, держащего в руках скальпель над телом сородича.
- Октава, - голос прозвучал ещё холоднее обычного. - Что здесь происходит? Ты не имеешь права причинять ущерб творением Айзена-сама.

0

101

Фракция Заэля Аполло Грантца

И без того здоровые по сравнению с головой глаза фрассиона стали еще больше. Теперь они занимали чуть ли не всю поверхность его маленькой головки, странным образом посаженной на одутловатое тельце. Колобок пискнул и свалился на попку. У него были причины оробеть. Никогда еще Заэль Аполло-сама не поручал ему столь сложных и ответственных заданий, ведь он всего лишь лаборант и несмотря на то, что ему полностью  известен процесс приготовления вакцины, сам они ничего подобного никогда не делал. Ведь его задача только вовремя подносить хозяину или другим помощникам чистые колбы. Фрассион в панике схватился за голову маленькими, корявыми ручками, но серьезный взгляд Октавы давал понять, что он не шутит и ждать, когда глупый колобок опомнится, вероятнее всего, не будет. Это требовало от фрассиона особой собранности – опомниться нужно было немедленно.
- Заэль Аполло-сама! – колобок вскочил на тощие ножки и метнулся к одному из столов, продолжая держаться руками за голову. Достигнув лабораторного столба он понял, что не может сделать вакцину и метнулся в другую сторону. У стены его остановила и поразила иная мысль – он не может ослушаться приказа хозяина, и несчастный опять побежал к столу. Шлепнувшись на попку, он сильнее сжал ручонками голову и принялся натужно думать.
Фракция Октавы, как и он сам, была в чем-то гениальна, несмотря на то, что большинству колобки могли показаться дефективными и слаборазвитыми. В голове маленького фрассиона угнездилось несколько мыслей, некие исходные данные, умело использовав которые можно было достичь поставленной цели – приготовить вакцину.
Во-первых, это приказ Заэлля Аполло-сама и он обязан его выполнить; во-вторых, сам он не способен качественно выполнить его приказ; в-третьих, Заэль Аполло-сама приказал задействовать для этого процесса кого-то еще.
В голове колобочка загорелась невидимая лампочка. Он вновь вскочил на ноги и рванул в подсобное помещение, а уже через пару минут выбежал оттуда с толпой разномастных собратьев, негромко верещавших все то же «Заэль Аполло-сама» и рвавшихся выполнить поручение господина.
Работа закипела. Мелкий и очень похожий на жука фрассион с умным видом пялился в записи Октавы и раздавал направо и налево указания. Фрассионы быстро и точно выполняли их, а наш герой-колобок занимался своим привычным делом – работал на побегушках у всех.
Через полчаса, результатом слаженной работы фракции стала объемистых размеров банка, до краев наполненная вакциной. С чувством выполненного долга, колобок разлил ее содержимое по специальным колбочкам, прочно укрепленным в подставках. Глазки фрассиона заблестели. Раскланявшись с коллегами, он взял одну из подставок и понес ее господину.
Хозяин был не один. К хозяину пришли. Грозный, страшный… Четвертый Эспада. Бочком обойдя Шиффера, колобок пробрался к господину и негромко позвав его, победоносно поднял над головой подставку с антидотом. Отметившись успешным выполнением поручения, фрассион вновь «укатился» с глаз долой, а вернув лекарство на стол и прихватив с собой только пять доз, «покатился» прочь из лаборатории.

---->Коридоры

0

102

Закончив с ампутацией руки, Заэль поручил дальнейшее ассистентам. Сам он, вместе с колобком, подошел к холодильнику. Там хранились замороженные части арранкар, которые не могли выжить от полученных ран. Его глупая обязанность медика хоть в чем-то могла пригодится, ведь вот так, как сегодня, открыто, он никогда арранкаров не отлавливал. Не смотря ни на что, терпение у Айзена было отнюдь не безграничным, и испытывать его было небезопасно, хоть и очень интересно.
- К лаборатории приближается Эспада,   - робко оповестил его фрасьен, присматривающий за мониторами, расположенными в углу.
Заэль отвлекся и настороженно прислушался к духовному фону. «Улькиорра? Что он здесь делает?»
- Откройте дверь.
Команда была незамедлительно исполнена и Гранц увидел Куатро, как всегда невозмутимого, как скала.
- Октава, что здесь происходит? Ты не имеешь права причинять ущерб творением Айзена-сама.
Вопрос Заэлю совсем не понравился. Он был отнюдь не обязан отчитываться перед Шифером. О чем не преминул сообщить в своей обычной манере.
- Я тоже рад видеть тебя, Улькиорра. Я не причиняю вред  тому, что сотворено Айзеном-сама,   - «Эм, кажется, я немного перегнул палку» - подумал Гранц, вспомнив десятки разрушенных стен, пару обвалившихся этажей, несколько взрывов и ядовитый газ, случайно выпущенный фрасьеном в воздух Лас Ночес. Он оскалился в одной из лучших своих улыбок и продолжил – По крайней мере, не в такой степени, как ты думаешь. Этот слабый недоарранкар получит разум, и может, даже силу.
- Эм, Улькиорра,   - Заэлю было немного неловко об этом говорить. Все-таки, в произошедшем была доля его вины. Хотя он никогда это не признает.   – Дело в том… Я проводил кое-какие исследования… в это время,   - он немного замялся, но тут же продолжил, уже увереннее. – Ко мне пришла Одершванк с фрасьеном Баррагана, и устроив тут разгром, они здорово помогли ему сбежать.
Гранц кинул взгляд на колобка, справившегося с задачей, и показавшего ему результаты, весьма неплохие. Конечно, он бы справился намного быстрее, но и так сойдет. Гранц взял колбу, шприц и повернулся к Куатро.

0

103

Улькиорра Шиффер

Зеленые глаза Шиффера с холодным безразличием смотрели на Октаву. Ни разу не моргнув, и так и не вытащив руки из карманов, арранкар молча выслушал всю ту околесицу, что нес его «коллега».
- Если даже ты и не причиняешь вред творению Айзена-сама, - сверкнувший на секунду огонек в глазах, подсказывал, что он ни на йоту не верит ни одному слову Заэля. – тем не менее, ты не имеешь права портить или вмешиваться в его творения. Если этот арранкар был таким, значит на то воля Айзена-сама.
Сощурившись, чуть-чуть, самую малость, но зная Улькиорру, вполне уверенно можно сказать, что теперь арранкар раздражен. Довольно сильно.
Сначала эта драная кошка, Гриммджо, и те девки с их ложным вызовом к ногам Владыки, вынудившим Шиффера покинуть его пост, потом Октава, нагло издевающийся над творениями Айзена-сама, возомнивший себя творцом, а теперь еще и это заявление о побеге какого-то паразита.
Воспоминания о Сексте вновь разбудили волну гнева.
Кватро медленно, очень медленно, поднял руку до уровня лица, так, что бы голова Октавы была на уровне его ладони, и с силой ее сжал, воображая, что бы случилось с этой частью тела, коли бы она сейчас оказалась в кулаке Улькиорры.
- Барриган… Одершванк…
Медленно набрав в легкие воздух, выпустил его наружу. Что вообще творится в этой крепости, куда смотри Владыка?
«Или ему настолько это не интересно, или же это очередная игра?»
Думал арранкар, глядя в спину Октаве, который демонстративно развернулся, и принялся возиться с колбами очередной дряни.
Четвертый в Эспаде не обратил никакого внимания на колобка-франсьона Заэля, проскользнувшего мимо него, после того, как вручил своему хозяину эти самые колбы. Видно несчастному существу было неуютно рядом с Кватро. Хотя, почему несчастному? А ведь стоит только поглядеть на него...
Впрочем, какая разница, может это какой-то особый фетиш Октавы? Да, действительно, какая разница.
Так же медленно, как и подняв, опустил руку и спрятал сжатый кулак в карман, будто бы желая унести воображаемые остатки головы Заэля, и закопать поглубже.
- Я тебя предупредил, Октава Эспада. Если понадобится, я лично освобожу место Восьмого. Я передам новости о случившемся Владыке, и о причастности к ним Нелиэл, того франсьона и тебя. А сейчас мне нужно идти.
Бросив секундный взгляд на шприц в руках Заэля, Улькиорра развернулся на каблуках и неторопливо вышел из лаборатории, благо он и так стоял практически в дверях. Лишь немного медлил. Одна часть Кватро желала, что бы Гранз вышел из себя и попытался вонзить иглу в спину Шифферу, или сделать какую другую гадость, тогда бы с чистой совестью можно бы снести ему голову.
В принципе, арранкару было несложно вывести неуравновешенного Октаву, главное знать куда надавить. Но подумав, Улькиорра пришел к выводу, что разделаться с Заэлем, всегда можно успеть, а сейчас главное – Секста.
Окончательно покинув лаборатории, Кватро, до поры, до времени, выбросил разговор с Октавой из головы, сосредоточившись на предстоящей встрече. Все-таки, он, Шиффер, был рассержен не на шутку, и это состояние незамедлительно поспешило вернуться, как только арранкар оказался в коридорах дворца.
«На этот раз Гриммджо одними разговорами и оплеухой не отделается.»
Внешне, пылающая злость Улькиорры выражалось наверно только в жесте, которым Кватро погладил свой занпакто.
Он уже мысленно представлял, как медленно распылит Сексту на атомы, как в голове звякнул тревожный колокольчик. Замерев, буквально не донеся ногу до земли, Улькиорра принялся судорожно перебирать в памяти прошедшие события. Что-то очень важное, что он пропустил. Но что же, что?
«Паразит…»
Если бы Кватро от природы не был таким холоднокровным, и не подумаешь, что у него в роду были мыши, а не ящерицы, то сейчас он бы, пожалуй, принялся биться головой об стену.
Нет, если хорошо поразмыслить, что арранкар тут же и сделал, то ничего в целом страшного не произошло, просто в связи с некоторыми фактами, лучше бы заняться самостоятельно.
Вообще, наверно ему просто не хотелось возвращаться, а что делать-то?
Вздохнув, Улькиорре ничего не оставалось, как вновь развернуться, и возвратиться к Заэлю…
Распахнув дверь его лабораторий, Четвертый в Эспаде, сразу же перешел с места в карьер.
- Я тут подумал и решил, раз твой паразит, то Нелиэл с тем франсьоном бегают по всей крепости и прививают всех, кто под руку попадется, то чего терять время. Я тут. – закатав рукав, сунул руку под нос этому горе-ученом. – Догадываюсь, что эти колбочки и есть сыворотка, так что не медли. И да, дай мне несколько ампул. О Владыке, как и о пленнице, я позабочусь сам. – бросив холодный взгляд на арранкара, сощурился, и сжал рукоять меча. – Ну, не тяни.
«Время, время… Не тяни, я не дам долго Гриммджо с ней развлекаться.»

Отредактировано Bleach (2011-03-01 23:11:23)

0


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Крепость Айзена » Лаборатория