Bleach: Disappearing in the Darkness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Госпиталь города НВС


Госпиталь города НВС

Сообщений 31 страница 60 из 84

31

Южная система тоннелей------->
Комамура не думал, что в его жизни наступит момент, когда он сможет посочувствовать почившему Укитаке-тайчо в отношении офицеров. Нет, конечно, Рито и Тайра не вели себя как Котетсу и Котсубаки, но что-то близкое однозначно наблюдалось. Правда,  если у неразлучной парочки из тринадцатого ссоры были скорее дружескими подначками, то Маё и Куроро на полном серьёзе старались задеть друг друга. Сайджину, не терпевшему конфликтов, это всё очень не нравилось.
- Ррррито! Тайрррра! - в его голосе отчётливо послышалось рычание. - Пррекратите вести себя, как дети! Угомонитесь, наконец...
Он хотел добавить ещё про нарушение субординации, про то, что занятая перебранкой Рито неверно истолковала его приказ... Но все слова разом застряли в горле, потому что он почувствовал...
Это было как порыв свежего, морозного воздуха, как запах снега, искрящегося на холмах поутру - слабое-слабое ощущение, но до боли знакомое. Забывшись, Сайджин втянул чуткими ноздрями пропитанный резкими запахами лекарств воздух, хотя и знал, что слабый ветерок, пришедший из глубин госпиталя ничего общего с обонянием не имеет.
Капитан мягко отодвинул за плечи пискнувшую медсестру, и, сосредоточившись на вившемся тонкой ниточкой ветерке, широкими шагами понёсся к его источнику, будто пытаясь по нитке добраться до клубка.
Шинигами-медики шарахались от Комамуры в разные стороны, словно зайцы  из-под колёс самосвала. Только какое-то существо, пол которого Сайджин не различил. попыталось ему помешать:
- Капитан сказала, к сотайчо нельзя... - слабо пискнуло оно.
- Где ваш капитан?! - рявкнул Комамура. Получилось, видимо, излишне грозно, так как существо совсем съёжилось.
- На с... совете... но...
Дальше лис не слушал.
"Кто-то собрал совет без главнокомандующего... Это значит, что он просто не в состоянии там появиться... Я слишком рано расслабился, слишком рано... Вот что бывает, когда, потакая своим желанием, пытаешься выдавать желаемое за действительное, да ещё и убеждать в этом себя! Старый я облезлый дурак..."
Воображение рисовало ему множество ужасных картин; он почти бежал к своему маленькому господину, чтобы положить конец сомнениям и узнать, наконец, правду, но в душе боялся того, что увидит. Боялся увидеть маленькое, неподвижное тельце на слишком большой кровати - бессильное, и беспомощное, боялся увидеть бескровные, закушенные от боли губы, детские, несчастные глаза... Что делать тогда? Как помочь? 
"Мне останется только харакири. Я остался жить, чтобы не допустить страданий этого мальчика, но не смог защитить его по собственной глупости и неуклюжести. Этому нет прощения".

- Сотайчо-доно!

Не заботясь о тишине и приличиях, Сайджин рванул жалобно затрещавшую дверь, за которой явно и сильно ощущалась рейацу маленького господина, но, вбежав, не поднимая глаз бухнулся на одно колено. Образ страдающего Хитсугайи был для него настолько реален, что Комамура просто не мог поднять глаз от пола. Он сотни раз видел, как страдают мужчины и женщины, его глаза  привыкли к этому, но вида мучающегося ребёнка, он, такой смелый, большой и сильный, перенести не мог.

Отредактировано Komamura Saijin (2009-05-12 23:33:29)

+3

32

Ашито оставила после себя странное ощущение грустного покоя, когда знаешь, что через час-полчаса-минуту на порог неотвратимо нагрянут неприятности, и дышишь-дышишь, не можешь надышаться призрачным воздухом свободы. Тоширо даже не удивился, когда издалека почувствовал мощную рейацу огромного лиса. Комамура прокладывал себе путь через больничные помещения с упорством танка, и сотайчо оставалось надеяться только, что стены и двери при этом остались целы.
По-хорошему главнокомандующий сейчас должен бы получить нехилую трёпку за безрассудную самоволку, да и в рейацу Сайджина, ощущавшейся уже совсем близко, теперь отчётливо звучали нервные нотки. "Да уж, конечно... - вздохнул Хитсугайя,- будет он меня отчитывать. Сейчас бухнется на колено и станет винить себя во всём, что со мной случилось и не случилось. Дурак..."
  По-видимому, за больничное имущество генерал беспокоился не напрасно. Дверь одним мощным рывком едва не сорвали с петель, грохнула стена в коридоре, посыпалась с потолка штукатурка. Как и ожидалось, могучий капитан влетел в палату с громовым то ли приветствием, то ли зовом, и даже не посмотрев на сотайчо, припал на колено.
  Хитсугайю до сих пор раздражало, когда к нему относились, как к ребёнку. Чего только Укитаке стоил, даже после гибели умудряясь передавать ему сладости через старшего Кучики. А Комамура, хоть и был до фанатичности предан сначала одному сотайчо, а теперь и второму, но Тоширо очень сильно сомневался, что лис бы так волновался за Ямамото, доведись тому сражаться даже с тремя противниками уровня Ичимару. Не удивительно, что к Хитсугайе так относились из-за внешности обычные шинигами. Комамуре же он вообще должен был казаться крохотным.
  Тоширо со вздохом поднялся на постели и, чуть поморщившись от остаточной боли, соскользнул босыми ногами на пол. Мысленно, хоть и с трудом, ему также пришлось отодвинуть проснувшееся было глухо раздражение. Капитан личной охраны сотайчо и впрямь выглядел взволнованным, если не напуганным. Даже голову поднять не хотел, явно напредставляв себя самое худшее.

  -Комамура, - Хитсугайя шагнул к Сайджину, который даже преклонив колено и опустив голову был едва ли не выше главнокомандующего. Тоширо не имел ни малейшего понятия, как успокоить, приободрить, сказать, что вот он, целый и почти невредимый, но кто же обращает внимание на такие мелочи? Кажется, все подобные душевные порывы он сегодня уже истратил на Китао. Если девочку достаточно было погладить по голове, то лис бы такого отношения, наверное, не понял... "Что же сказать...Ему, выходит, только сейчас сообщили. Но если так, то где же он был раньше?"

  Растерянно хмурясь, Тоширо сделал ещё один шаг, напряжённо разглядывая капитана, и тут увидел багряные пятна подсохшей крови прямо за ухом у Сайджина. "Ранен?-глаза Хитсугайи расширились от удивления,-Я же приказал не трогать Ичимару до моих указаний! Или он привёл за собой арранкаров?"Присмотревшись, сотайчо заметил не хилых размеров рану, нанесённую явно не мечом. Возможно, каким-нибудь тупым предметом. Камнем? Маловероятно, что Гин смог бы так ударить, да и смысл? И Ашито бы спокойно здесь не сидела, если бы арранкары и впрямь решили напасть. Волна паники, поднявшись было на секунду, схлынула так же быстро, как появилась. "Опять поди ударился в тоннелях...Низкие они для него слишком."

  -Ты ранен, - негромко, с угадывающейся теплотой произнёс сотайчо, положив ладонь на большую лобастую голову между ушей.

+5

33

ОФФ: Генерал, Капитан, лейтенант, простите, что нарушаю немного очередность... Но вдохновению нельзя наступать на горло....

Куроро не ожидал такой гиперактивности от раненого капитана. И чуть не вскрикнул, когда лис утробно зарычал. Сейчас самому шинигами захотелось стать маленьким лисенком, прижать ушки к голове и заскулить, виновато мотая хвостом. Или потереться о сильные лапы вожака и заглянуть в большие добрые глаза.

Но ничего этого Куроро сделать к сожалению не мог... Он не мог даже прикасаться к капитану более чем так, что бы ему было удобно стоять.
Сай... Только ты позволял мне большее...  Пронеслось в голове у шинигами, а потом он словно почувствовал добрую ладонь на своих волосах. Знакомое, приятное прикосновение. ласковая холодная ладонь... Холодная... Но не ладонь.. Рейацу...

Капитана было не удержать... Куроро теперь тоже. У офицера даже сердце забилось сильнее. Он хорошо знал это сильное рейацу. Со-тайчо. Тем более такой шанс... Оказаться рядом, прикрываясь тем, что просто сопровождал капитана и испугался, что тому от рывка станет плохо... Впрочем плохо чуть не стало самому Тайре, когда его чуть не приложило буквально вырванной с петель дверью. Шинигами едва успел шарахнуться к стене... и двери пролетели мимо. Куроро хотел и сам броситсья в палату... Но... Пришлось замереть на пороге...  Сначала вежливо склонить голову, а потом и вовсе опуститсья на колено и попытаться остаться незамеченным.

Тайра не понимал только одного. Почему отец все время приклоняет колено перед генералом... Это же обязательно только для офицеров. Сколько он помнил, перед Ямой-джи капитаны никогда не склонялись. Только вежливо кланялись и все. А тут так...
Но сам офицер приподнял голову, что бы разглядеть тонкую фигурку Со-тайче на фоне окна. На секунду посмотреть в глаза и снова склонить голову. Даже не слушать.. просто слышать голоса самых важных для офицера-одиночки людей. Пусть они оба никогда не подпустят его к себе ближе, чем этого требует этикет.

0

34

Смотреть на квохтания одного «мужчины» над другим было немного смешно. Офицеры, воители, боги смерти, блин. Больше похожи на какую-то размазню вроде закваски или теста для блинов. Течет, телится, пускает слюни и сопли. Раньше было проще – войны воинам, а больные – лекарям. И никто с пробитой головой в бой не рвался – знал, что только мешать будет. И то правда, одно дело, истекая кровью завершать сражение, другое сбежать на бой из госпиталя… «Да не умрет он уже» - отчаянно хотелось зевать, а еще ныли лодыжки. Правую ногу неприятно саднило – кажется, она наступила на камень пока шла по коридорам, - «Кровь остановлена, дырки в голове нет, да и смешно просто – чтобы шинигами уровня капитана умер от сотрясения мозга…Расскажи Зараки – так тот живот со смеху надорвет!»
-  У меня мания величия? – Рито возмущенно вспылила, - Да у меня такая мания величия, что другие мании величия, по сравнению с ней просто комплекс неполноценности! А у тебя он кажись в запущенной форме… - девушка скосила глаза на капитана, взявшегося их успокаивать. «Не рычали бы вы, тайчо – голосовые связки напрягаются, а напрягаться вам вредно. Еще случится что-нибудь, от перенапряжения-то…» Вообще, причины для успокаивания были - и без того натянутые с утра нервы начали к вечеру сдавать, заставляя говорить необдуманно. Рито слегка нахмурилась и отвернувшись от Тайры, недовольно пробурчала в слух, - Слушаюсь, капитан...

Девушка расслабленно прислонилась к стене, провожая взглядом убежавшего медика. Суета в приемной, рыки раненых, запах лекарств вызывали в памяти воспоминания. Ненужные сейчас и не прошенные – время Сейрентея закончилось, как когда-то закончилось время феодальных войн между кланами. Очередная эпоха. Правления шинигами хватило на тысячу лет, интересно сколько продержится на троне Белый Владыка?
Камень под спиной пропитывает холодом через два слоя одежды – уйдя в подземелья, они сменили ткань формы на тонкую шерсть, но теплей не стало. Впрочем, иногда ей казалось, что весь холод - это от сердца. Она может сколько угодно фыркать и огрызаться, благо за словом в карман не лезла никогда – ее время давно закончилось. Наверное, даже не тогда, когда на плечи Сообщества Душ легла вечная зима, а еще раньше – когда пропал брат, когда она ушла от жизни и армии в сонною морь взвода Кидо. Там были свои порядки и своя служба, там жизнь ценилась выше, чем слово, а совесть была ничем перед буквой закона. Противоречия рождали баланс, как ни странно. Идеальное прибежище для мечущейся души, потерявшейся в чужом времени. Маленькие руки с тонкими запястьями прячутся в широкие рукава – у нее мерзли пальцы, а по вечерам болели суставы в фалангах. В ней осталось мало души, часть ее проглотило старое заклинание еще три года назад. Поврежденная способность к восстановлению и циркуляции рейацу - побочный эффект от использования запретных фуд. Интересно, как она тогда умудрилась выжить, зачем ее тогда спасли? Три года назад, на залитых кровью улицах она действительно хотела умереть, чтобы пойти за любимым человеком даже в перерождении…
И вот – снова запах лекарств вызывает в памяти старое время с душными закатами и сонной жарой, с мягкой улыбкой Уноханы-тайчо, с веселыми подколами и криками бойцов одиннадцатого из палаты. Хорошее было время. Тогда она еще была намного моложе. Где-то на четыре или пять сотен лет… В долгой жизни нет ничего страшного, сложно устать жить. Единственное что тяготит, что имеет значение – это память. От нее и все проблемы. И вовсе это не мудрость и опыт – старики просто устали от своих воспоминаний.

Мир за закрытыми глазами расцвечен переливами чужих рейрёку. Спокойные зеленоватые и белые волны врачей, пульсирающая болью и тревогой – Комамуры, неприятная и холодная – Тайры, и другая – тоже холодная, но ясная. «Все-таки в госпитале... Кто бы мог подумать. Все же отступник тебе до сих пор не по зубам, хоть ты и стал со-тайчо… Ками-сама, до чего мы дожили – генералом у нас мальчишка, в отрядами руководят лейтенанты, а боги смерти про эту самую смерть уже и забыли. Мы слишком слабые. Душой даже больше – так мы никогда не победим…» Грохот и крики заставляют открыть глаза и хмуро осмотреться. Конечно же, драгоценный тайчо. Рванул со скоростью сошедшего с рейс паровоза в сторону палаты, в которой она еще с момента прихода в госпиталь заметила знакомую, искрящуюся как лед на солнце, рейацу. «Заметил… Вот черт» - останавливать бегущего на всех парах Комамуру будет только самоубийца, но да в четвертом отряде самоубийц много – каждый третий хоть раз да одевал петлю на шею. Вроде, это и было одной из причин, по которым она ушла в другой отряд – надоело вытаскивать друзей и знакомых с того света… Отлипнув от стены Маё неторопливо идет следом, благо ориентиров после сорвавшегося по свежему следу пса у нее куча – от перепуганных и жмущихся к стенкам врачей, до разбросанной мебели и сорванной с петель двери. «Трогательную» сцену воссоединения она пропустила, но и так картина маслом: двое на коленях, один у окна в ореоле бледного искусственного света. Игры в благородство самурайскую честь объявляю открытыми. На сухие губы наползает ядовитая усмешка:

- Вот вы где, со-тайчо-сан, - беглый взгляд ран не обнаружил, от чего Рито начинает тихо трясти от сдерживаемого бешенства. Беловолосое сокровище обнаружилось целым и невредимым - у нее как камень с души упал, зато желание надрать ему уши, чтобы в следующий раз предупреждал куда исчезает и не заставлял их волноваться, никуда не делось... Сжатая прижина в груди распрямилась, выпуская наружу все накопленные за день нервы. Она думала, что мелкий паршивец при смерти как минимум, а на нем ни царапины, тем более что в палате ощутимо пахнет живой душой – девчонка-реока была здесь, прежде чем уйти на собрание… Была и вылечила. Генерал, кошки его раздери! Лежит в больнице, в то время как в городе предатель, а совет уже идет полным ходом! Знать бы еще, кто тот умник, который додумался все решить без ведома командования. Если дело было таким срочным – проводили бы собрание в лазарете!  - Поздравляю-с. Сегодня в игре в прятки выиграли вы. Я вас с утра ищу, а вы как сквозь землю… - синие глаза сердито сверкали, - Видимо играли вместе с Комамурой-тайчо, он-то как раз под землю и провалился. А вернее, она на него свалилась… Но да ладно – капитана я и из-под земли достану, что собственно и сделала, а вот с вами осечка вышла-с... Хорошая была идея – прятаться в лазарете, в жизни бы не додумалась вас тут искать… Особенно в то время, как в зале идет собрание капитанов с предателем в роли главного гостя!
Высказавшись, Рито фыркнула и облокотилась на искореженный косяк. Холод сквозь ткань снова впился в плечо - она прекрасно знала, что позволила себе ляпнуть слишком многое лишнее, но беспокойство требовало выхода. Она слишком переволновалась. И за этого глупого мужчину, и за этого ребенка. Отправят ли ее за такие слова в карцер? Что ж, может быть, но не велика цена…

Отредактировано Rito Muoy (2009-05-14 13:49:33)

0

35

Трудно описать, какое облегчение почувствовал капитан охраны, когда маленькая детская рука ласково коснулась его лба. Сотайчо был жив и здоров. От него пахло мылом, снегом и сном - но не кровью, и это было самым важным - важнее не было в данный момент ничего. Только через несколько мгновений пришло неловкое чувство, которое  обычно возникало от прикосновений Хитсугайи. Сотайчо, сам того не желая, иногда обращался с капитаном, как с большой, пушистой, умной собакой. Будь перед ним капитан Кучики, к примеру, разве бы генерал позволил себе гладить его по волосам? Не то чтобы Комамуре это не нравилось: он знал, что маленький господин даже не думает оскорблять его этим и даже рад был, что Хитсугайя так просто держится, но неловкость всё равно не прошла, а даже усугубилась, потому что в дверях объявились Рито и Тайра.

Лейтенант всегда должен следовать за капитаном - это один из принципов лейтенантской службы - что-то вроде кодекса. Но следовать - не значит вмешиваться в дела капитана - будь то бой или деловая встреча, младший по званию должен молчать. Иба - шинигами старой закалки - жил этим принципом, а вот Рито... В компании своих офицеров и главнокомандующего, Комамура вдруг снова почувствовал, будто к нему, вместо опытных шинигами, приставили выводок маленьких детей. Милых, конечно, но шумных, драчливых и непоседливых. Сайджин и рад бы был обращаться с ними, как со взрослыми, да вот только повода дети не давали.
"Пусть не обижаются", - подумал Комамура, поднимаясь с колен. - "Они это заслужили".
- Прошу прощения,  сотайчо-доно, - пробасил он, развернулся к своим офицерам, без церемоний поднял их, как котят, над землёй, за удобно оттопыривающийся "шкирки"-воротники шихакушо, и выставил в коридор. 
- Кто давал вам разрешение входить туда, где отдыхает сотайчо, да ещё и нарушать его покой? - вопрос был, естественно, риторический. - Постойте-ка лучше здесь, подумайте о своём поведении. Давно, видно, вам никто не рассказывал, как себя должны вести офицеры, так что, сегодня вечером придётся это сделать мне. - он подумал, что получилось недостаточно строго, и добавил - А если я услышу, как вы здесь, в коридоре, снова ссоритесь - немедленно отправлю обоих в карцер!
Не дождавшись ответа, грозный Комамура захлопнул уцелевшую створку двери, снова опасно заскрипевшую, и повернулся к сотайчо.
В знак извинения (а больше затем, чтобы мальчику не приходилось задирать голову, разговаривая с ним), лис вновь опустился на одно колено.
- Не беспокойтесь о моей ране - она не опасна. Прошу прощения, что ворвался без стука: совет капитанов был начат без вас, поэтому я и подумал о самом худшем... - он вздохнул и склонился ещё ниже. - Прошу прощения за поведение моего лейтенанта - она хочет, как лучше, только уж очень несдержанна. Я постараюсь её от этого отучить. Прошу прощения.
И...
- Комамура собрался с силами и придал голосу как можно большую торжественность - даже перешёл на архаичный. высокопарный стиль. -  Разрешите спросить сразу: Угодно ли вам, чтобы ваш слуга совершил харакири и смыл свой позор сегодня же вечером, или завтра утром?

Отредактировано Komamura Saijin (2009-05-17 15:33:44)

+3

36

Времени рассердиться на поведение Рито у Хитсугайи не было, как и отреагировать на действия Комамуры, споро выставившего подчинённых за дверь. Сама мысль о том, что все капитаны, за исключением Сайджина, изволили рехнуться, не укладывалась в голове генерала. Собрание без сотайчо? Чушь - что операция без хирурга. Был отдан чёткий приказ не предпринимать действий без особого распоряжения. Приказ, отданный не посыльному, не рядовому шинигами, а капитану. Да, мелкие или не очень нарушения дисциплины и раньше наблюдались за высшим командным составом, почти за всеми его членами, но вот чтобы сразу восемь здраво рассуждающих, ответственных шинигами таким вопиюще грубым образом намеренно нарушили чуть ли не половину устава... Тоширо отказывался в это верить. Он должен был проверить сам. Проще было заподозрить собственного лейтенанта во лжи, чем всех капитанов в массовом помешательстве.
  Сотайчо тряхнул головой, отгоняя схватившее было за горло оцепенение,  и решительно нахмурился, как вернувшийся в коленопреклонное положение Комамура вновь выбил у него почву из-под ног. Идиот!-чуть было не бросил Тоширо в лицо этому без меры правильному и абсолютно ни в чём не виноватому шинигами. Злость на своевольных капитанов, на собственное бессилие и недальновидность, на так не вовремя явившегося альбиноса и на идиотское предложение Комамуры всколыхнулась в сотайчо и вылилась на несчастного капитана личной охраны неудержимым потоком ледяной рейацу, мгновенно покрывая все поверхности в палате толстым слоем инея.
  -Не угодно,-сквозь зубы проговорил Хитсугайя, изо всех сил стараясь удержать рейацу. Это больница, а от генеральской вспыльчивости наверняка страдает не только Комамура. - И если я ещё раз подобное от тебя услышу, то разжалую в рядовые.
Тоширо приходится сжать кулаки и свести брови на переносице, чтобы хоть немного сосредоточиться. Но гнев никак не желает униматься. За эти три с половиной года сотайчо так и не научился держать свой нрав, а вместе с ним и духовную силу, в узде. Сайджин такого обращения с его стороны не заслужил, не говоря уже о пациентах и шинигами-медиках.
-За мной, - почти рявкает посерьёзневший главнокомандующий, в шунпо проносясь мимо замершего лиса и двух офицеров.

----> Зал для совещаний

0

37

Куроро не собирался никому мешать. Роль охраны в том и состоит, что бы во всем быть рядом с командующим. Он смотрел на маленького со-тайче из-за широкой спины своего капитана и сердце его немного успокоилось. Владелец самого сильного из ледяных занпакто был в порядке.

Тайра еще ниже склонил голову, когда в палату влетела лейтенантша и с порога, не поклонившись толком, начала катать истерику. Вот за это ее и правда, как она сказала, следовало бы отправить в карцер... суток на 40... Тайра невольно сжал руки в кулаки. Но то, что она говорила...
А? Совет созван без со-тайче? Почему? Они.. они его даже,в ыходит не искали? Куроро вздрогнул. А.. не собираются ли его убрать? Нет... чушь... Капитан Хитсугайя уже не раз доказывал, что способен руководить и руководить хорошо...

Вдруг сильные руки-лапы схватили его, приподняли над полом, несмотря на высокий рост Куроро, конечно, сильно уступал трехметровому Комамуре. Офицер едва подавил вскрик, как оказался в коридоре у стены,а  двери перед его носом захлопнулись.

Шинигами сполз по стенке и заплакал... Впервые, как ребенок.
-Отец... за что? Почему ты даже не позволяешь мне выполнять мои обязанности и... и... - Тайру трясло. Сейчас бы сильная пощечина Майю не была лишней...  - Отец... Комамура-тайчо... - сдавленно, меж всхлипами...  - не ты один....  - Не ты один хочешь выпонять свои обязанности... ты сильнее нас... Но... Позволь мне быть верным хоть кому то... Шинигами сам не понимал, почему после этого слезы льются по его лицу. Понимание пришло чуть позже... когда Куроро немного подуспокоился и смог встать. Капитан был им НЕДОВОЛЕН! А это было хуже всего. Он что-то где-то сделал не так. Подвел его. Как же плохо...
-Прости меня... Отец... - Тихо проговорил шинигами.

0

38

В тот момент когда ноги Рито оторвались от земли, только здравый смысл смог сдержать инстинкт самосохранения и не пнуть меховой бок родного тайчо в целях самообороны. От удивления заорать не позволило многолетнее воспитание. Когда ее выставили за выбитую за пару минут до этого дверь, прочитав напоследок нравоучение, оставалось только отыскать на полу свою челюсть и перестав хлопать ресницами, вставить ее наместо и пойти по своим делам в отряд, благо отчетности ей еще было писать просто гору.

- У меня нет слов, - от негодования Маё даже покраснела, начав покрываться пятнами крапивницы. "Кто мне дал разрешение входить, туда где отдыхает со-тайчо? Наверное тот же кто разрешил тебе разнести половину госпиталя?! Если я нарушила "его покой", то в момент твоего явления он должен был перенести просто стресс с летальным исходом!!!" Мысленная тирада продолжалась, а атмосфера вокруг лейтенанта наливалась насыщенным фиолетовым цветом. "Вот уж воистину пословица про бревно и соринку!" продолжала истекать ядом девушка, оглядывая повреждения в коридоре, вспоминая перевернутую мебель, сбитых людей и прочие прелести. От самозабвенного скрипения зубами на стоящего за остатками двери тайчо, ее отвлекло сырое хлюпанье за спиной. Рито с подозрение оглянулась, чтобы убедиться в собственных подозрениях. Увы, реальность оказалась именно такой, какой она представляла - офицер охраны со-тайчо, краса и гордость ее отряда, элита проще говоря, рыдал стоя у стеночки так же самозабвенно, как она секунду назад материлась. Она недолго понаблюдала за этим спектаклем, прислушиваясь в невнятному бормотанию. Выдавливаемые сквозь слезы слова, наверное, были очень милыми и трогательным. Но если она что-то и понимала в соплях, так это то, что сопли - это сопли. Синий взгляд потяжелел. В два быстрых шага подойдя к растекающемуся в луже жалости к самому себе парню, лейтенант без замаха отвесила ему тяжелую оплеуху:
- Подбери сопли, тряпка, - спокойно с расстановкой, глядя прямо в глаза, - Если хочешь убиваться и заниматься самоуничижением, то делай это не на глазах старшего по званию. Тут дело даже не в уважении. Это называется гордость, мальчик мой. Если она у тебя есть, то запомни - мужчина никогда не должен плакать перед женщиной.

Кивнув парню, она развернулась и неторопливо пошла по коридору, старательно обходя завалы и чередуя поклоны с извинениями. Опять из бюджета отряда будет вычтена кругленькая сумма за причиненные разрушения. Тайра остался стоять у стенки. Чем он будет занят дальше ее мало волновало:
«И да - ты руконгайский,» - когда она обернулась на выходе, чтобы посмотреть не идет ли офицер следом, в каждой нервной черте ее аристократического лица сквозило презрение, - «Так же как и капитан Комамура. Подобное тянется к подобному, да? "Отец"»- передразнила она, - «У псов рождаются щенки. Хотя, ты действительно щенок. Руконгайское отребье... Сколько бы ты ни пытался, тебе не стать ровней настоящей элите. Вы оба в Готее 13 из-за щедрости Ямамото-доно, из-за его терпимости. Так не роняй своей чести и веди себя как воин - твои слезы оскорбляют не только Готей, но и память генерала…»

--------------- > Казармы отряда охраны со-тайчо:

0

39

Одной из черт, которые привлекали Комамуру в обоих сотайчо, было умение гневаться. Злиться и сердиться умеют все, но вот способность гневаться дана не каждому - так он считал, признавая, что сам гневаться совершенно не умеет.
Гнев Ямамото, более старого и опытного, выражался в поднятии кустистых бровей, в жёстком взгляде... Один такой взгляд, и даже невиновные чувствовали себя не в своей тарелке. Хитсугайе до этого было ещё далеко: молодой и по натуре вспыльчивый, он явно ещё не заботился о выражении лица и не думал, что всю силу гнева можно воплотить в одном жесте или даже в одном слове. Тем не менее, все задатки у мальчика были - не по-детски тяжёлый взгляд исподлобья, способность превратить обычно ворчливый, ломающийся голос в нечто, напоминающее отдалённый рокот грома... Комамура гордился им в такие минуты, пусть гнев и был частично обращён против него. Лис представлял, каким мудрым и сильным со временем станет этот ребёнок, и какой честью будет считаться служба ему, тому, кого сейчас капитаны не уважают настолько, что собирают совет без его ведома.
- Ваше желание - закон, сотайчо-доно, - спокойно ответил Сайджин, поднимаясь с колена и глядя на Хитсугайю сверху вниз. На секунду лису показалось, что в зелёных глазах мальчика промелькнула растерянность, словно тот чувствовал вину перед своим лохматым подчинённым. Комамура хотел сказать ему, что подобные чувства для сотайчо неуместны, что генерал не должен выказывать перед подчинёнными сомнения и нерешительность, но проглотил свои советы. Во-первых, мальчик явно не был настроен выслушивать нотации, а во вторых, уже в следующую секунду, маленький командир сорвался с места, и кортко рявкнув "за мной", вынесся из палаты.
Сайджину не оставалось ничего, кроме как последовать за ним. Он вышел из палаты, на этот раз обойдясь с висевшей на честном слове дверью более аккуратно. Офицеры стояли там, где он их поставил, разве что явно возмущённая Рито решила, видимо, удалиться, а Тайра как-то подозрительно хлюпал носом. Поведение лейтенанта, Комамуру не удивило - он знал, что обидчивая Майо будет переживать и обижаться на далёкое от галантного обращение своего капитана, но Куроро выглядел странно.
"Он плачет? Странно, но что ж, наверное аллергия на лекарства. Я его очень хорошо понимаю - у меня от этих запахов тоже наворачиваются слёзы" - подумал лис, пробегая мимо. Перепалку в коридоре он слышал, но смысл слов пропустил мимо ушей, привычно фильтруя быструю речь лейтенанта.
- Тайра,  вы свободны, - бросил он на бегу. Останавливаться и отдавать более обдуманный приказ не было времени - упускать сотайчо во второй раз ему не хотелось, но придумать что-либо на бегу, когда единственная мысль о том, как бы не разворотить всё в госпитале окончательно, было затруднительно.

-----> Зал для совещаний

0

40

Омомуки медленно прогуливался по коридорам госпиталя, он только что вернулся со строительных работ, и сейчас хотел просто пройтись и немного отдохнуть. В последнее время его всё чаще посещали мысли о Каракуре и его матери. Пожалуй, мало что могло бы вывести Фукуто из его мыслей, но вид почти выломанной двери был одной из тех вещей, что легко выводили его из задумчивости, так как ему было понятно кого, скорее всего, отправят чинить её.
  «Ара, кто мог такое сделать, ой…это же палата сотайчо…»
На лице Фукуто смешались испуг и любопытство, в конце  концов победило уважение и испуг. Реяцу из комнаты шло просто подавляющее  для него,  даже дышать было тяжело. Это глупо но Фукуто очень плохо переносил сильную реяцу, не только потому что его душе было тяжело, отчего-то у него всегда появлялось желание попытаться что-либо сделать с этой энергией, анализировать её, а потом синтезировать в нечто новое. Подобные мысли посещали Фукуто время от времени, в эти моменты он задумывался, а не перевестись ли ему в исследовательский отряд, но зная о слухах, что ходили вокруг него и, зная свою силу, Фукуто прекрасно понимал что в итоге станет лишь подопытной крысой. Всё что произошло далее не коснулось Фукуто , он поклонился всем выходящим, по крайней мере тем кого мог увидеть глазом, мало кто знал что рядовым быть хорошо ещё и потому что тебя не замечают. Он, конечно мог попытаться подслушать, но зачем? Это были бы лишь лишние проблемы.  До  тех пор пока перед ним не остался один молодой на вид синигами, с длинными волосами чёрного цвета.
  «Он ведь плакал? Но отчего? Ммм….это конечно не моё дело, кроме того он офицер…»
Эмоции быстро сменяли одну другую на лице Омомуки, страх, уважение, сострадание, понимание, их вереница проходила и в его душе. Но всё же он не просто так последние три с половиной года пробыл в отряде лечения и поддержки, тут он усвоил что залечить физические раны куда проще чем душевные, но душевные залечить куда важнее.
  «Ксо, всё же идиот, последний, не могу пройти мимо человека которому как мне кажется нужна поиощь, хотя может я просто хочу забыть о своей боли? Возможно, но ему я хочу помочь, так или иначе. Но, я же не могу вот так просто взять и заговорить с ним, что делать…а…можно попытаться так, очень часто срабатывает..хмм..»
Медленно и не очень уверенно Фукуто подошёл к сломанной двери, низко поклонился офицеру, всё ещё стоящему у стены:
-Извините, с вами всё в порядке? Ничего не болит? Вы пациент?

+1

41

Куроро и правда совсем был готов разрыдаться, когда лейтенантша таки сделала свое дело и с силой залепила ему пощечину. В глазах потемнело. Не на долго, но достаточно, что бы бедный офицер схватился за голову и застонал. Но, когда он снова открыл глаза, ему снвоа захотелось заплакать.. мимо проскочил капитан, бросивший на офицера взгляд, как показалось Тайре, полный презрения, или недовольства. Ужасно... Он и правда тряпка. Сколько можно себя жалеть... Эти каменные стены его совсем с ума сведут... 

Постепенно сознание прояснилось окончательно. Куроро потер горящую щеку.
Тьфу... смотрю на эту лейтенантшу и не могу понять то ли лошадь то ли бык, то ли баба, то ль мужик. Как будто дубовой палкой огрели.
Куроро посмотрел на двери, туда, куда ушли и лейтенант и капитан.
-Отец... надеюсь, ты меня простишь... - Шинигами вытянул шелковый платок из-за пояса и вытер глаза. Потом принюхался и сильно чихнул. Глаза снова заслезились. Тайра люто ненавидел запах госпиталя... Запах боли, смешанного с вечным запахом спирта и лекарств.

Спустя еще пару минут напротив тайры остановился мальчишка, пугающе похожий на Сая... Курорро на секунду замер, переживая головокружение, потом присмотрелся, нет показалось... Просто похож... Сильно похож.
Шинигами аж пришлось потереть виски, что бы не свалиться.
-Да, я в порядке, просто тяжелый день выдался... И нет, я не пациент... я седьмой офицер личной охраны со-тайче, Куроро Тайра... - Привычно доложился шинигами, уже более внимательно изучая мальчишку, стоящего напротив него. Хм... какой у него номер?

0

42

От  внимания Фукуто не ушло движение офицера.
  Ему надо  немного отдохнуть, хотя бы просто посидеть… но офицер….отряд сотайчо.. .Но он не кажется слишком высокомерным, хм кажется он приятный человек…А вот девушка что ушла отсюда, хотя она ему помогла, так или иначе. Всё таки я себе нашёл пару проблем. А может и  не проблем?Отчего то мне вспомнилась Каракура, мама…
На лице Фукуто блуждала лёгкая улыбка, хотя в глазах  виделась боль, боль и ужас. Тихий вздох, на одно мгновенье Фукуто отвёл свои глаза в сторону после чего посмотрел прямо в глаза стоящему перед ним офицеру, теперь в его глазах было видно лишь спокойствие и готовность помочь.
-Я рядовой отряда помощи и лечения,  Омомуки Фукуто, рад с вами познакомиться, извините меня за грубость, но у вас  не очень здоровый вид, прошу пройдёмте в палату где вы сможете по немного отдохнуть.
Фукуто указал Куроро на палату рядом с палатой сотайчо, которая сейчас пустовала.
-Прошу вас

0

43

Куроро изучал юношу. Странная рейацу, не слишком сильная, но именно странная. Еще во времена Серетей... Пока он был их домом, Тайра помнил, что такое рейацу исходило от представителей 12го отряда. Так пахло, можно сказать, от ученых. Странно, очень и очень странно. От медиков обычно было иное ощущение.

Сай... почему этот мальчик так похож на тебя? это ж не ты, правда? Нет.. Только три года прошло.. Сейчас ты должен быть трехлетним очаровательным малышом. Сай... Куроро отбросил за плече длинную прядь иссиня-черных волос. Несколько секунд ему понадобилось, что бы улыбнуться. Он совсем не помнил как же это. Совсем не помнил. Но бессознательное помнило. Улыбка получилась слабая и кривая. Но настоящая, а  не наигранно-слащавая.

Юки... Улыбаться... Так тяжело. Так непривычно. Но.. Он так похож на Сая. Я не могу не улыбнуться ему. Глупо, да? Ой, Юки... Думаешь, мне и правда пора успокоиться? Ой, Юки, ну, ответь...Но оружие упорно молчало. И Куроро пришлось смириться. Возможно, меч испытывал своего владельца, возможно...  Возможно все. Юки всегда отличалась странным характером.
-Фукуто-сан, мне тоже приятно познакомиться... - неуверенно ответил Куроро. В нем сейчас все менялось, становилось другим... И это происходило болезненно-жестоко.

И тут парню надо было заикнутсья про палату. Куроро отшатнул я от него как вампир от креста.
-Нет, я в порядке.  - потом снова потер виски - Вы сейчас заняты? Давайте немного пройдемся. Госпиталь плохо на меня влияет.

0

44

Фукуто внимательно смотрел на Куроро стоящего перед ним. Отчего то мне кажется, что сейчас он сражается с собой и меняется....
После улыбки офицера вновь вихрь мыслей пролетел в голове Фукуто.
Он, такое ощущение что он забыл как улыбаться, но  здесь это не редкость. И ещё, отчего-то я ему понравился,  отчего?  Но, я не могу сказать что он мне противен, видимо мне наконец-то начало везти…?  Ему плохо в госпитале?  Да, сейчас мало кто любит  находиться в них, здесь веет смертью и отчаянием, слишком сильно веет. Да и после моей работы неплохо бы  отдохнуть. А Куроро, он столь сильно сжал свой занпакто, ищет его поддержку? Скорее всего, жаль что у меня нет такой поддержки...очень жаль...
-Да, сейчас я не занят и могу пройтись, если вы желаете.
Во что это выльется? Кто знает, но последние три с половиной года я был подобен мертвецу, а теперь, теперь мне пора вновь стать живым, насколько я смогу и пусть это будет первый шаг.

0

45

Куроро снова слабо улыбнулся, одними уголками губ. Он устало потер глаза, в  который уже наверное раз. Краснота от этого только стала ярче. Не везет ему. Определенно. Теперь, вечером ждет выговор и возможно даже наряд вне очереди.
Куроро невольно вспомнил ситуацию, когда он лишь недавно оказался в Сообществе. Попал он сюда, когда ему с виду было лет 5. И присоединился как-то сразу к семье Сая. Его местные родители были довольно строгими. А Куроро-ребенок был для них слишком непоседлив. Вот и вышло до того, что его как-то раз названный отец пеергнул через колено да отшлепал, прочев похожую речь,  что только прочел капитан. Впрочем, от капитана такой милости, ка кограничение все шлепком пониже спины ждать не приходилось. В лучшем случае мыть завтра Куроро тарелки за всем отрядом. А в худшем душевые мыть. Не.. в худшем светит ему карцер. Если лейтенантша расскажет, что он ей по лицу зарядил. отличился, молодец.

Комамура-тайчо... То-сама... гомен... Куроро несколько раз сжал и расслабил ладонь. Надо было успокаиваться и перестать кусать локти. Тогда, может, толк и будет.

-Да... Идемте. - Куроро развернулся к дверям, как ему на плече села бабочка.  Куроро ее выслушал, прикрыв глаза.  - Простите... Кажется, планы меняются. Капитан требует к себе нескольких офицеров... Мне надо идти.  - Шинигами слегка поклонился.
----> зал.... где собрание капитанов...

0

46

  «Ушёл…Снова я один, ну, видимо что-то произошло….»
Фукуто чуть вздохнул, а потом отправился в одну из свободных палат, конечно у него было место казармах отряда, но он не очень любил дремать там, отчего? Он и сам не знал. В Госпитале же всегда была свободна одна комната, для отдыха персонала, переутомление ведь тоже болезнь, причём достаточно серьёзная.  Пока Омумуки медленно брёл по коридорам он вспоминал сегодняшний день, нужно было построить одно небольшое здание, для него уже стало нормой использовать свои способности, хотя он всё ещё не знал откуда они у него взялись.
  «Странно всё это….Я помню, как в детстве бабушка рассказывала мне историю нашей семьи,  Фукуто, говорила она, мы древний клан, прошу не забывай это, и мы отличаемся от простых людей, чем? Ты поймёшь куда как позже…; стоп, она, что знала про мои способности, но откуда? Неужели это могли делать все в нашей семье? Эхх что за бред я думаю, этого просто не может быть…Не может, как и синигами, и пустых… Мне просто нужно отдохнуть, чтобы странные мысли не лезли в голову.»
Фукуто наконец добрался до палаты, где прилёг на постель и сразу заснул. Он не хотел признаваться себе, но он был сильно истощён, постоянно работая, используя свои способности, он очень мало спал и ел, так было с самого начала, но сейчас, сейчас всё стало ещё хуже.
Сон…пришёл быстро.  Сначала он видел Свою мать, её лицо, она улыбалась, а потом  вспышка пламени, и всё также улыбаясь она сгорела… Вслед за ней пришёл пустой, он был отвратителен, длинное тело, словно у змеи, четыре небольшие лапы, и маска….маска с тёмно-зелёным узорами, такими же как  на руке Фукуто.
“-Ты, чудовище! Также как и я!”
Маска пустого разлетелась на множество осколков? лицо под ней принадлежало Фукуто…
-Ааа….
Тяжело дыша, Фукуто проснулся, казалось, что татуировка на его руке пылала.

0

47

Ямада Ханатаро

---»» Казармы Исследовательского отряда обеспечения ---»» Казармы отряда помощи и лечения

Сегодняшний день был тяжелым, но это никогда не было причиной для уныния. Все друзья живы-здоровы, а это уже повод для радости. Именно по этой причине Ханатаро бодро шагал по коридорам госпиталя и тихо напевал песенку. Со стороны все это действо выглядело до жути комично – идет такая гора белья на тоненьких ножках, облаченных в хакама шинигами, и напевает себе что-то под нос. Превратился в бельевой комок Ханатаро тоже не случайно – ему было поручено собрать грязное белье из пустых палат и отнести его в прачечную. По правде сказать, лейтенант отряда доверяла скромному офицеру куда меньше, чем сердобольная Иноуэ-тайчо, но Ямада-кун об этом не догадывался даже когда получал такие задания, как сбор грязных простыней.

" - Иноуэ-тайчо такая добрая. Ну прямо как Унохана-тайчо," - Ханатаро вышагивал бодрым шагом и вспоминал сегодняшний разговор с капитаном. Тот факт, что он совсем не видит дороги из-за груды простыней, его нисколько не тревожил. Куда важнее было то, что ткань так и норовила выскользнуть из рук. Приходилось останавливаться и поправлять бельевой комок.
- Ой-йо! – произнес Ямада-кун, путаясь в длинных простынях и стараясь удержать их в руках. – Только не падай! Осталась еще немного.
На самом деле Ханатаро глубоко заблуждался, и до прачечной было идти еще долго, но скромный офицер об этом не знал и наивно полагал, что осталось только завернуть за угол и проскользнуть в дверь. Вот уже горка белья уперлась в дверное полотно и тут неожиданно встал вопрос.
- Ой-ой-ой! Как же войти? – вытянув вперед ногу, Ханатаро толкнул дверь и та приоткрылась, но как только нога офицера коснулась пола, дверь вновь бесшумно закрылась. – Ээээх… - вторая попытка так же не увенчалась успехом. Еще немного покрутившись и потоптавшись на месте, офицер развернулся и попробовал толкнуть дверь спиной. Дверь неожиданно легко поддалась и Ханатаро влетел в комнату, прыгая на одной ноге и стараясь удержать равновесие. Все бы хорошо – Ямада почти уже восстановил координацию, как в комнате раздался крик.
- Аааа!!! – завопил паренек в ответ и свалился на пол. Горка белья взлетела вверх, а затем плавно опустилась, накрывая трясущегося офицера.

офф:
Omomuki Fukuto
Ханатаро - седьмой офицер твоего отряда, так что вы друг друга знаете

0

48

Фукуто был крайне удивлён сцене произошедшей перед ним.
«Отчего то этот крик показался мне знакомым…это же Ханаторо!  Охх… 7 офицер, везёт мне на них сегодня, и где все рядовые..? »
-Эмм, с вами всё в порядке, Ханаторо-сама?
Фукуто вскочил с кровати и подбежал к груде белья под которой скрылся офицер, быстро стащив  с него простыни, Фукуто хотел было подать руку, но его зашатало и он осел на пол рядом с Ямадой, его мутило и татуировка на его руке источала свет и реяцу…
«Что…что происходит, неужели я переработал? Нет вряд ли, хотя когда я последний раз ел? Или нормально спал,  хе забавно я и не думал что так перестарался… И этот сон, о чём он был? Чудовище …я? Конечно, то что я такое умею немного странно но всё же… Куроро, наверное хороший офицер, ох…Хицугая-сотайчо и зачем вы сломали дверь…»
-Кажется…..мне…нужен…меди….. – Эту фразу Фукуто не договорил, тьма навалилась на него, блаженное забытье.
Перед  Ханаторо, которого только что отчистили о простыней ,лежал рядовой его отряда, без сознания и не изобилующий признаками жизни…

Отредактировано Omomuki Fukuto (2009-09-06 23:49:29)

0

49

Ямада Ханатаро

Душераздирающей, как обманчиво показалось Ханатаро, крик вывел его из равновесия и сильно напугал. Гора простыней сотрясалась, укрывая дрожащее тельце. Возможно, Ямада-кун еще долго боялся бы, строил всевозможные догадки о том, как пустые проникли в город и судорожно вспоминал все приемы самообороны, если бы его кто-то не окликнул по имени, да еще в такой уважительной форме.
- Ханатаро-сама? – словно пробуя собственно имя на вкус, произнес офицерик. А тем временем неизвестный уже помогал ему выбраться из плена разметавшейся по полу ткани. На проверку, неизвестный оказался не так уж неизвестен – как только последняя простыня сползла с растрепанного, темноволосого затылка, паренёк сразу же узнал своего сослуживца.
- Фукуто-кун, ко мне не обязательно обращаться в таком уважительном тоне, - Ямада неловко почесал затылок и немного ссутулился, смущаясь своих собственных слов. Доброжелательно улыбаясь, Ханатаро хотел было добавить, что простого «-кун» или на худой конец «-сан» будет более, чем достаточно, но тут сослуживец накренился и, к полной неожиданности офицерика, шмякнулся в груду рассыпанного белья.

- Фукуто-кун? – только и успел выдавить из себя Ханатаро, округляя глаза и глядя на почти что бездыханное тельце. – Ааааа!!! – понимание происходящего пришло не сразу, но зато в полной мере. – Фукуто-кун, что с тобой?– заверещал паренёк и принялся легонько похлопывать рядового Омомуки по щеке, но на вопрос тот не отвечал и на похлопывания не реагировал.
- Держись, Фукуто-кун! – выпалил Ханатаро и принялся копаться в своей сумочке-аптечке. Бубня что-то нечленораздельное, незадачливый медик разбрасывал содержимое аптечки, в поисках нужно лекарства, но даже когда она полностью опустела, ничего подходящего в ней не обнаружилось. – Эээнно… здесь же было, – Ханатаро перевернул сумочку и встряхнул ее, чтобы удостовериться, что там ничего не осталось. – Неужели потерял? – взгляд упал на лежащее рядом тело и Ямада вновь заторопился. – Держись, Фукуто-кун! Я тебе помогу, - с этим ободряющим воплем, Ханатаро выхватил занпакто и занес его над рядовым. О том, что Фукуто мог не знать о свойствах Хисагомару и подобные действия могли показаться ему пугающими, Ямада, конечно, не подумал, зато он от чистого сердца желал сослуживцу выздоровления и искренне хотел помочь.

0

50

Фукуто провалился в мглу, обычно когда теряют сознание проваливаются в забытье, но в этот раз Фукуто оказался в странном месте. Он оказался посреди города, который, казалось застыл во времени и застыл в последние мгновенья  чудовищной катастрофы, руины, здания застывшие в воздухе, искорёженным машины и не единой живой души.
-Где я? Что я тут делаю, это….. Каракура? – сорвалось с уст Омомуки, странно, но здесь ему не было страшно, скорее наоборот – уютно и приятно.
Но вот в этом безмолвном мире раздались шаги. Тихие, но уверенные, тут они раздавались будто гром. Фукуто посмотрел в строну шагов,  к нему шёл человек. Мужчина, одетый в потрёпанную одежду. Широкополые штаны – хакама со множество заплат, и куртка также заплатанная куртка. На вид ему можно было дать лет  пятьдесят – пятьдесят пять,  рыжие волосы с проседью, заплетённые в достаточно короткий хвост. Черты его лица чем-то напоминали Фукуто, и глаза…его глаза были  абсолютно зелёными без зрачков и белков, зелёными и удивительно пронзительными.
-Я Омумуки  Амакуни, твой предок, ты Фукуто, чересчур страшишься! – голос его был наполнен волей и уверенностью.
-Предок? Страшусь….?
-Да, ты трус? Надеюсь что нет, ты последний из моего рода, так что не смей опозорить нашу семью, семью оружейников! Твои способности это дар  Цукуёми-но микото нашему роду, не страшись его и прими, иначе исчезнешь!
-Цукиёми-но микото…?
-Да, а сейчас, сейчас тебе пора вернуться, прекрати истязать себя, ты должен прожить хорошую жизнь и продолжить наш род!

Мир вокруг начал искажаться, мгновенье и глаза Фукуто открылись, он лежал на полу в палате, а над ним стоял Ханатору ….с обнажённым мечом.  Взгляд Фукуто медленно стекленел от ужаса.
«Что…?! Неужели я сделала нечто такое что разозлило Ханаторо, но что?! Он же сейчас хочет убить меня! Я хочу жить! Чёрт меня подери, я хочу жить!»
-Х-х-ханатору –сама, простите за всё что я вам сделал, но прошу опустите свой меч, если проблема в том что я решил здесь отдохнуть, то я готов выполнить л-л-любую работу, только прикажите!

----->Прошло 3 дня----->

0

51

Полотняно-белое лицо и ошарашенный взгляд, которым Фукуто уставился на Ханатаро, напугал неудавшегося лекаря больше, чем жуткий пустой с полуметровыми зубами.
- А! – взвизгнул Ямада-кун и выронил занпакто, который с характерным лязгом упал на пол. Ручки маленького шинигами подрагивали, а глаза испуганно моргали – он не знал куда деваться и что делать.
- П-ппростите… простите, - начал он заплетающимся языком. – Я просто думал, что ты… Вы… ты ранен и хотел оказать помощь. Потому, что… мой занпакто лечит, - под конец через силу выдавил офицерик и нелепо, немного дурковато, улыбнулся.
Когда первый шок спал, пришло время сгорать от стыда, поэтому Ямада суетливо перебирал ручками, а когда это не помогло, начал собирать разбросанные медикаменты и неуклюже заталкивать их в сумку.
- Еще раз, прости, Фукуто-кун. Я не подумал, что ты не знаешь о свойствах моего занпакто, - Ханатаро почесал затылок и продолжил объяснения. – Когда ты упал в обморок, я за тебя сильно перепугался. Решил, что на тебя… " напал пустой? Нет, пожалуй этого не стоит говорить," - еще одна нервная улыбка. – Решил, что ты ранен, но сразу не сообразил, чем помочь, поэтому воспользовался занпакто, - когда все лекарства были убраны в сумку, Ханатаро не без усилий застегнул ее и перекинул через плечо. – Хорошо, что ты очнулся. Видимо, ты не ранен и это простой обморок, - вслед за сумкой, на свое законное место последовал и занпакто, а когда все личные вещи были убраны на положенные места, Ханатаро наконец-то встал с колен и склонился над Фукуто.
- Наверное, обморок от переутомления. Ты выглядишь усталым, - неуклюжий медик протянул своему коллеге руку. – Я помогу тебе вернуться в кровать.
Возвращение больного на место, то есть, в кровать, происходило крайне нелепо и неуклюже. Впрочем, для Ханатаро это было нормой жизни, поэтому о том, как смешно он буксирует Фукуто в заданном направлении, естественно, даже не задумался. Когда больной вновь оказался в постели, Ямаду вздохнул с облегчением – он даже слишком шумно выдохнул, но спохватившись, тихонько хохотнул и улыбнулся.
- Отдыхай, - заявил он с самым доброжелательным видом. – И еще тебе нужно поесть. Ты полежи здесь, а я принесу тебе еды, - этими словами Ханатаро развернулся, и собрав лежавшие на полу простыни, направился к двери. – Я скоро вернусь, - бросил он напоследок и вывалился за дверь.

----->Прошло 3 дня----->

Офф: На этом мы завершим день и отыгрыш, но ты можешь еще написать сюда заключительный пост от себя... если пожелаешь, конечно.

0

52

----->Прошло 3 дня----->

Фукуто проснулся, снова в палате, последние три дня он провёл в палате. Когда один лишь Ханаторо знал о том что он тут отдыхает всё было ещё более менее, но вот когда старшие офицеры узнали об этом и о том в каком состоянии находился Фукуто, о… это было похоже на бурю. Он прослушал немало лекций о том что не стоит загонять себя, что нужно во всём искать хорошее и  что следует следить за собой. Сейчас, оглядываясь в прошлое Омомуки понимал как глупо себя вёл, тот разговор, помог,  нет не просто помог – он спас его. И кроме того, Цукиёми-но-микото, та что подарила силу роду Омомуки, эту странную силу. Если на душе у Фукуто стало спокойнее и его психика начала возвращаться в нормальное состояние, то тело подводило, последние пару дней его мучили сильные головные боли, и… галлюцинации, время от времени, на пару мгновений мир становился таким же как и когда он применял свою силу, казалось что Фукуто может сказать что из чего состоит и в какой пропорции. Но каждый такой приступ сопровождался сильнейшей головной болью, впрочем, этих приступов уже давно не происходило. Так что Фукуто собирался выписаться и вернуться к работе. 
Хмм, три дня безделья, три дня размышлений, но теперь, теперь я знаю чего хочу – жить. Не существовать как до этого, со смертью Каракуры я не умер, я думал так, но это не правда, я жив и должен прожить свою жизнь! А сейчас надо вернутся к работе. И что важнее надо всё же завести друзей, одному жить тяжело.
Быстро одевшись, Фукуто зашёл к одному из офицеров, который занимался его лечением, тот подписал выписку, но..дал два дня отдыха.
«Два дня..? и что мне с ними делать? Эхх, хм с другой стороны всегда можно найти чем заняться, пожалуй надо прогуляться.  Помнится все нахваливали “Душевный рамен”, небольшой ресторанчик с отличной едой, а я всё никак до туда не мог добраться… а сейчас как раз время есть хмм »
Спокойным, ещё чуть болезненным шагом Фукуто направился прочь из госпиталя, в ресторанчик “Душевный рамен”.

---> Душевный рамен

0

53

Ичимару Гин, Кучики Рукия, Кучики Бьякуя, Мугурума Кенсей, Широсаки Хичиго
-------------->> Восточный Руконгай. Площадь.

Из всех троих, пребывавших в данный момент в Руконгае, карту тоннелей знала только Кучики. В принципе, при необходимости Гин смог бы без труда вернуться в город от того же выхода, у которого оказался на поверхности - он запоминал любую нужную информацию с одного раза, а система тоннелей была информацией без сомнения актуальной. Но в данном случае известный ему вход под землю находился на изрядном отдалении, зато Рукия - прямо тут и, более того, активно радеющая за его благополучное попадание обратно в гнездо шинигами - в ином случае намёк на скорую смерть подравшихся станет не просто сарказмом.
Путь до входа занял всего ничего - девочка торопилась, хотя Ичимару по-прежнему ничего не стоило угнаться за ней. После заваленного снегом города, сугробов, в которых увязали ноги и путались хакама, мокрого холода, тёмный каменный лаз казался весьма удобным.

Спустившись, Гин не стал ждать вайзарда и пошёл вперёд, скосив взгляд наблюдая за Рукией. Он чувствовал по её реакции, что Мугурума ей не нравится и, в отличие от альбиноса, она не знала, кто он. Просвящать её предатель был не намерен, но отношение ему импонировало, что было удачей для лейтенанта. Все монологи Кенсея Ичимару проигнорировал, словно и не слышал - командовать им было глупо, а Кучики так же ничего не сказала, оставив возможность не реагировать. Кроме того, командирский тон блудного питомца Урахары раздражал. Конечно же не настолько, чтобы это стоило действительной злости, но испортить ему жизнь и отучить чувствовать себя начальником было бы весьма неплохо.
- Обычно, шпионами оказываются те, кого трудно заподозрить, Рукия-фукутайчо. - фраза прозвучала так, что было ясно - вайзард в глазах Ичимару тянет не больше, чем на досадную случайность, но никак не на шпиона.
"И я тоже слишком подозрителен для шпиона. Но вы все оцениваете только внешнее впечатление - именно потом вас так просто обмануть."
Он почти покровительственно обернулся к девушке и замедлился, выпуская её на полшага вперёд. Коридоры были узкими и с шинигами на руках Гин не успевал бы маневрировать достаточно быстро, чтобы упреждать поворы. Кучики Бьякуя весил почти столько же, сколько сам Ичимару, и был немалого роста, а это мешало даже больше, поскольку занимал капитан немало места в пространстве. Чем ближе они приближались к городу, тем теплее становилось. Альбинос чувствовал, как тает снег на одежде шинигами, пропитывая холодной подкрашенной кровью водой его косоде.
"Сколько неудобств от одного психанувшего аристократа... Хоть бы кто спасибо потом сказал." - без особого недовольства подумал Ичимару, выходя наконец под купол огромной пещеры.
Как только тоннель разошёлся в стороны, открывая живописный вид на город, альбинос поровлялся с фукутайчо и приостановился, оборачиваясь к ней.
- Тебе стоит проводить социально опасного, лейтенант. Мне путь до госпиталя известен. - он говорил довольно и в голос, привлекая к себе внимание всех шинигами в радиусе двух десятков метров. Перехватив тело поудобнее, он как ни в чём не бывало пошёл дальше, обернувшись через несколько шагов, словно что-то забыл.
- Конвой у меня и так есть, - он выразительно приподнял бесчувственного капитана и ушёл в шунпо, направляясь прямиком в госпиталь.

Когда альбинос был на территории бывшего четвёрдтого отряда в прошлый раз, тут царилаизрядная суматоха. Хитсугайя, поднявший на своём хребте лишившийся головы Готей-13, был для шинигами теперь столь важен, что даже царапина на августейшем пальце была бы замечена - не то, что пробитая Шинсо грудь. Сейчас же всё было тихо. Пара дежурных и пара пациентов - светло тихо и заметно теплее, чем в городе с распускающим морозные пары ледником в кабинете.
"Недолго им отдыхать, ничего не скажешь," - ухмыльнулся он, появляясь из шунпо прямо перед ближайшим медиком и лядя на него сверху вниз.
- Уже пора звать Принцессу, мальчик. - вкрадчиво протянул он, с удовольствием наблюдая за реакцией.

Отредактировано Ichimaru Gin (2010-10-21 15:48:49)

+5

54

Мугурума Кенсей, Широсаки Хичиго, Ичимару Гин, Кучики Рукия, Кучики Бьякуя

-------------->> Восточный Руконгай. Площадь.
Девчонка была быстра и в мгновение ока привела всю эту разношёрстную "компашкку" к входу, где нашли приют выжившие шнигами. Приятный и успокаивающий скрип Руконгайского свежевыпавшего снега, сменился раздражающим слух шабуршанием мелких песчинок под ногами.
- Значит всё же ушли под землю, не плохо, весьма не плохо придумано, значит, старикан ещё не впал в маразм, раз смог придумать такое. - лёгкая улыбка проступила на лице вайзарда, но это врядли кто-то из его "спутников" заметил, ведь Кенсей шёл позади остальных неся почти мёртвого Хичиго. Единственное неудобство в ноше было то, что рана на руке, а вернее её обрубке, слегка открылась и кровь начала капать под ноги Кенсею, местами попадая на его ботинки. Сейчас бывшего капитана не очень сильно и волновало то, о чём треплются Ичимару и его подружка, в данный момент вайзард был занят осмотром местности, а именно тоннеля по которому они шли. Судя по тому, что Кенсей пока не чувствовал чьей либо реяцу, то город  укрывший в себе ни одну дюжину шинигами, либо слишком велик, а этих самых шинигами слишком мало, чтобы почувствовать их присутствие, либо стены города были построены из камня скрывающего всю реяцу, что было просто идеальным объяснением того, что за такое долгое время ни Мугурума, ни Айзен со своими "шестёрками" не смог обнаружить пристанище выживших.
Идя всё дальше по тоннелю, Мугуруме удалось чуток подслушать разговор впереди идущих Ичимару и Кучики младшей, и их разговор вайзарда ни как не радовал. Речь шла о шпионах и, судя по тому, как вежливо Рукия разговаривала с лисомордым, шпионом в данный момент считался не он, а идущий позади вайзард и подозрения девушки были вполне обоснованы. Какая-то непонятная личность появилась неизвестно от куда, пытается командовать, да ещё и реяцу этой личность от части напоминало духовную силу пустых, как тут не заподозрить в шпионаже? Да при таких обстоятельствах и бабушку родную можно за шпиона принять уже не говоря о полностью незнакомом человеке. Мугурума понимал опасения девчонки, но он не понимал одного, а именно, почему Ичимару всё ещё не в камере и не посажен на цепь. Этот факт раздражал мужчину, но он пытался вести себя сдержано, но по лицу было видно, что Гина он готов отметелить прямо здесь и сейчас. И вот, небольшая прогулка "весёлого" трио по тоннелю закончилась весьма большим помещением, оно скорее напоминало улицу, окружённую со всех сторон стеной и накрытой сверху каменной глыбой. На импровизированной улице присутствовали и шинигами. Мугурума не знал, радоваться ему или нет, ведь смертный приговор, вошедший в силу около ста лет назад всё ещё действовал. Назвав Мугуруму социально опасным и слегка потреся голову бессознательного Бьякуи, ичимару с улыбкой на лице, впрочем как и всегда, поспешно ретировался в госпиталь, что и следовало сделать и Кенсею, всё ещё держащему Хичиго на руках. Нахмурившись, вайзард проводил вскользь недобрым взглядом удаляющего в сюнпо Гина.
- С радостью бы его придушил. - буркнул Кенсей переводя взгляд на Кучики. - Может за ним последуем и доставим этот кусок мяса в четвёртый отряд? - поинтересовался вайзард у девушки намекая на то, что ещё немного и Хичиго можно будет закапывать.
- Мугурума Кенсей. - хоть и с опоздание, но Кенсей всё же представился и перехватил тело поудобнее. - Мы идём или нет?

+3

55

Весь путь до города Рукия провела в напряжении. Туннели были слишком узкие, неудобные для перемещения с телом на руках. Каждый раз с замиранием сердца Кучики смотрела, как голова нии-сама мелькает в опасной близости от каменной стены. Чертов лис не был достаточно осторожен, а про неизвестного мужчину-шпиона вообще говорить не приходится. Рукия ему не доверяла, но сейчас выбора у нее не было.
- Но это не повод доверять всем подряд, - буркнула лейтенант в ответ на слова Ичимару. Его слова не лишены были смысла, но тон, которым он их произнес, звучал как издевка. В сущности, издевкой они и были – иного от него не приходилось ожидать.
Двигаясь впереди колонны, Рукия то и дело оборачивалась назад, чтобы проверить, справляются ли «санитары» со своей задачей, не отстал ли кто и как там дела у пострадавших. Так же приходилось останавливаться у развилок, чтобы, не дай Ками, кто-нибудь не заблудился. По дороге лейтенанту встретились несколько дозорных постов. Офицеры и рядовые непонимающе округляли глаза, но прежде, чем они успевали что-то сказать, девушка делала жест рукой, останавливая их – не было времени отвечать на вопросы, да и нечего ей было сказать своим подчиненным.
Оказавшись в тепле и почувствовав, что шансы на спасение раненных не так малы, Рукия понемногу успокаивалась и начинала думать о своем долге шинигами и лейтенанта. Мысли эти вновь порождали в душе беспокойство.
«Почему нии-сама оказался на поверхности?» - в первый раз за все время Рукию посетила эта мысль. В обязанности брата входил контроль за городом и его населением, а не за сетью туннелей. Отряд градоуправления обычно не задействовался в боях – для этого вполне хватало боевого, стрелкового, разведывательного и дозорного отрядов. Но нии-сама все равно оказался на поверхности. – «Почему?»
Проступок нии-сама может и был существенный, но лейтенант не знала о его мотивах – может у него были на то объективные причины. У самой же Рукии не было никаких уважительных причин, чтобы бросать в Руконгае полуамнистированного преступника, за которого она отвечала головой, и тем более тащить сюда опасных типов: полупустого Куросаки – предателя и убийцу, и странного, незнакомого типа с весьма необычной реацу. Если не волнение за двух близких ей людей, Рукия сейчас судорожно придумывала бы оправдание своим неуставным действиям.
«А где Ренджи?» - мысль о капитане дозорного отряда пришла вместе с раздражением. – «Почему его не бывает рядом, когда он нужен?»
От размышлений отвлек еще один дозорный пост, где расторопный боец уже успел опознать группу и проявить ненужный интерес.
- Фукутайчо, все ли в порядке? Помощь нужна?
- Оставаться на посту! - громко и четко скомандовала Рукия, даже не останавливаясь и уходя в очередное шинпо.
У входа в город туннель опять сильно сузился и из-за трудности передвижения, незнакомец отстал. Ичимару не преминул воспользоваться моментом. Его лисья натура рвалась на свободу. Хотя бы на пару минут, за которые он достигнет госпиталя.
- Ичимару-сан! – выкрикнула Рукия, но разве смогла бы она остановить китцуне? Съязвив напоследок, Ичимару исчез в шинпо, а Кучики повернулась к подоспевшему вайзарду. Тот тоже выказал недовольство поведением предателя.
- Совет его помиловал, - хмуро ответила Рукия. Она не разделяла столь суровых мер, как удушение, но в чем-то была согласна с незнакомцем.
- Четвертого отряда больше нет, - ответив на вопрос мужчины, Кучики нахмурилась еще больше. – «Откуда ему известно о структуре Готей 13? Он выгладит как шинигами и реацу почти как у шинигами».
Воспользовавшись замешательством Рукии, вайзард представился, но его имя лейтенанту ни о чем не говорило. Она раньше никогда о нем не слышала.
- Следуйте за мной, - скомандовала Кучики и сорвалась в шинпо.
До госпиталя они добрались в считанные минуты. Суета, вызванная сигналом тревоги уже улеглась и город вновь оживился. Фукутайчо старалась не обращать внимание на заинтересованные взгляды, которые встречные шинигами бросали на Мугуруму-сана – важнее было доставить Ичиго к Орихиме-сан. Прибывший в госпиталь первым, Ичимару уже наделал шуму, напугав своей улыбкой и окровавленным телом капитана половину персонала, которые в миг засуетились и забегали как муравьи. Госпиталь загудел от волнения.
- Позовите Иноуэ! – поддавшись общей суете, прокричала Рукия, выходя из шинпо рядом с Гином. – Быстрее позовите Орихиме-тайчо!
«Иноуэ!» - на глаза вновь начали наворачиваться слезы. Рукия сделала все, что могла и если Орихиме не сможет помочь, то уже никто не поможет. – «Нужно сообщить в отряд. Лейтенант нии-сама должен знать».
С бледной, дрожащей ладони младшей Кучики вспорхнула чернокрылая адская бабочка, унося печальные вести в отряд гадоуправления.

+3

56

Уважаемые игроки!

Так как в теме предвидится большое скопление народу – пострадавших, медиков, посетителей и прочих страждущих принять участие в судьбе раненных и невинно убиенных, я составлю список – очередность постов, которой вы должны будете придерживаться.

1. Иноуэ Орихиме
2. Мугурума Кенсей
3. Ичимару Гин
4. Кучики Рукия
5. Иноуэ Орихиме ----»» Вместе с Широсаки Хичиго в отдельную палату
6. Котетсу Исане (бот) ----»» Вместе с Кучики Бьякуей в отдельную палату.

Итак, на данном этапе, в локации остаются – Ичимару Гин, Кучики Рукия и Мугурума Кенсей.
Дальнейшая игра задействованных в больничных темах персонажей так же будет согласована, но чуть позже.

P.S. Если вдруг кто-то с чем-то не согласен, может рискнуть и сказать об этом мне))))

0

57

-----> Кабинет главы мед. Отряда.

Печально, но факт,  за все эти годы она так и не научилась бегать быстро. Торопливо накинутое хаори поверх кимоно плескалось от встречного ветра, только мешая и тормозя шаги. Но сбросить его невозможно. Судорогой сведенные пальцы руки насмерть вцепились в ткань у ключицы – не разжать. Мыслей никаких не было, Орихимэ всего лишь старалась как можно скорее добраться до госпиталя, к которому судя по всему и направлялся мерцающий перед внутренним взором огонёк чёрного пламени. Что это? Не замедляя шага, Иноуэ чуть нахмурилась, стараясь снова поймать мелькнувшее ощущение. Будто…
Тихо ахнув, девушка споткнулась на бегу. Проходящие мимо шинигами пытались поздороваться и удивлённо оборачивались вслед. Орихимэ их не видела. События будто выходили на новый виток спирали, повторяясь в каком-то жутком, искажённом варианте. Куросаки-кун…Бьякуя-сан… Ей казалось, что она бежит не по коридорам города, а среди высохших деревьев. Впереди мелькнула исполинская громада разрушенного Соукиоку…
- Капитан!
Вокруг был густой туман. Только где-то вдалеке звонко и яростно скрежетали два клинка, в очередной раз скрещиваясь друг с другом.
- Капитан, очнитесь!
Орихимэ вздрогнула. Она стояла в дверях госпиталя. Перед ней стоял взволнованный рядовой. Из-за его спины доносился довольно необычный для такого тихого места как это, шум и суматоха.
- Ч…что? – захлопав глазами, девушка непонимающе взглянула на медика. Тот несколько испуганно глядел на Иноуэ.
- Вам плохо? – наконец робко спросил шинигами, осторожно рассматривая лицо Орихимэ, будто пытаясь обнаружить там признаки недомогания. Со мной что-то не так? Эта мысль будто стегнула её. Иноуэ слышала внутри голоса Ичимару и Рукии, встревоженный гул офицеров и рядовых, бестолковый топот ног. Я обещала, что стану сильнее. Но хотелось заплакать, свернуться в комок, закрыть уши и замереть. Не ощущать едва слышного присутствия рядом двух душ, уже замирающих в зыбком сне. Не понимать, что ещё недавно эти две души стремились уничтожить друг друга.
- Быстрее позовите Орихиме-тайчо!
Кучики-сан! Оклик выдернул Иноуэ из калейдоскопа мыслей, стерев догадку о том, что реяцу того, кто сейчас нёс Ичиго к госпиталю ей кого-то напоминает.
- Нет, всё нормально, - ответила девушка, даже сумев слабо улыбнуться. Проходя мимо посторонившегося рядового, она на ходу вдевала руки в рукава хаори, что до этого висело только на одном плече. Мимо неё скользнула Адская бабочка, выпорхнув в открытую дверь, вынудив Орихимэ на секунду замереть.  Кучики-сан…- девушка моргнула. Было больно от той надрывной интонации, которая скользила в голосе шинигами. Иноуэ привыкла видеть Весёлую Рукию, Возмущённую Рукию, Смелую Рукию. Но… Орихимэ несколькими быстрыми шагами оказалась рядом с девушкой. …что я могу сейчас сказать?
- Всё будет хорошо, - ободряюще коснувшись плеча Рукии, она тепло улыбнулась. Затем обернулась к паникующему отряду.
- В палатах есть больные, - тихий голос был прекрасно слышен. Без принуждения перекрыв стоящий в помещении взволнованный гам, он будто выключил его. – Приготовьте две комнаты для тяжелораненых. И найдите Котетсу-сан! Мне понадобится её помощь…
Убедившись, что до состоящих при госпитале шинигами в полной мере дошёл смысл этих слов, Иноуэ кивнула и укоризненно взглянула на Гина. Зрачки девушки на мгновение расширились, практически заполнив всю радужку. Её внимание переключилось на того, кого Ичимару держал на руках. Она могла предполагать, что шинигами был ранен. Но не настолько! О, боги… Если бы не реяцу, Иноуэ бы с трудом опознала в нём капитана Отряда Градоуправления. Как я могла позволить себе так отвлечься?! Сейчас было важным отвлечься от другого. От того, что вся фигура старшего Кучики, каждая его рана, была укутана неровными следами силы другой души. И кричащий вопрос «почему» надо было держать внутри, не давая вырваться наружу. Две золотистые стрелки сорвались с голубых заколок и взволнованно закружились вокруг Ичимару. Орихимэ уже набрала воздух, чтобы заговорить, но её прервали. Вынырнувшая из-за угла Адская бабочка села на плечо Иноуэ и рассыпалась облачком дыма.
Один из офицеров сообщал, что требуемые для пострадавших комнаты готовы.

Отредактировано Inoue Orihime (2010-10-27 19:32:44)

+2

58

- Ичимару-сан? - мысленно возмутился вайзард и сделал своё фирменно лицо-кирпич со сдвинутыми от недовольства и отвращения бровями. По его мнению и мнению ещё, как минимум семерых, Ичимару был достоин не больше, чем на язвительное "-кун" и хорошей взбучки, за соучастие в событиях столетней давности. Следующие же слова новой знакомой, чуть не заставили вазйарда взорваться от негодования.
- Помиловали? Похоже в совете всё так же восседают на своих жирных аристократических задницах такие же недоумки, какие были и раньше, хотя нет, ещё тупее. - возмущался вайзард показывая своё недовольство и инстинктивно сжимая кулаки, но кто мог знать, что он сдавит предплечье и без того еле дышащего Хичиго, что у того кровь, которая капала из руки в этот же момент остановится, заметив это, Мугурума ослабил хватку, но был всё так же не доволен словами девушки. Тому, что чётвёртого отряда больше не существует, Мугурума удивился не меньше.
- Что значит, не существует? - но вопрос был задан впустую, чтобы не терять времени, девушка немедленно сорвалась в сюнпо, мужчине ничего не оставалось, как последовать за дамой.
И вновь две тени неслись по тоннелю одна за другой, встречные лишь успевали расступаться и бросать робкие взгляды вслед спешащим. Поворот, ещё поворот и вот финишная прямая и уже видна дверь в мед. отряд и вот ещё через секунду эти двери распахнулись настежь и ударили рукоятью по стене и попытались дать сдачи, только не девчонке, а следующему за ней вайзарду, но подставив ногу, Кенсей остановил устремившуюся прямо на него деревянную "мстительницу".
Внутри уже все "стояли на ушах" и это было не удивительно ведь к ним на огонёк заглянул Ичимару с израненным Кучики на руках, такое зрелище заставило бы не просто удивиться, но даже и подавиться если бы кто-нибудь в этот момент ел.
- Как всегда наводишь шороху Ичимару? - произнёс Кенсей глядя на вечно давящего лыбу Гина. Ошеломлённые рядовые бегали как тараканы на кухне при включённом свете и старались перекричать друг друга не зная, что им делать с полутрупом на руках Ичимару. Вошедшая Рукия начала быстро наводить порядок приказывая вызвать капитана и имя этого капитана было отдалённо знакомо вайзарду.
- Орихиме-тайчо? - с интересом про себя повторил мужчина следом за девушкой. - Да ну бред, не может же быть такого... - нахмурился Мугурума пытаясь опровергнуть свои догадки на счёт того кто такая эта Орихиме и почему её зовут так же, как и ту рыжую подружку Ичиго, которая как-то умудрилась зайти к вайзардам в ангар.
- Хотя и может... - удивившись и приподняв одну бровь, Мугурума провёл взглядом ту самую рыжую подружку Ичиго, которая вбежала в помещение где находились "путники" и сразу же начала осматривать с испугом в глазах, израненного Бьякую не обращая внимания на стоящего в дверях вайзарда.
- Кто-нибудь заберёт у меня этот кусок мяса или мне его кинуть в углу? - недовольно пробасил вайзард и стоящие в стороне рядовые сразу же ринулись забирать у Кенсея его "тяжёлую" ношу.

+2

59

- Вот видишь, сколько пользы от Ичимару-сана, - протянул Гин, сделавший своё дело по постановке отряда на уши и теперь спокойно стоявший, прислонившись плечом к ближайшей стене, и косивший на примчавшуюся девочку лукавым глазом (правда, этого было не видно, потому что он конечно же щурился), - Не прогуляйся я с тобой наверх, и лежать бы твоему блистательному брату хладным трупом. А так прибежит сейчас Химэ-чан и всех вылечит.
Голос альбиноса звучал абсолютно беспечно, словно он смотрел не первой свежести пьесу и без труда мог догадаться, что будет в следующей сцене. В это впечатление не вписывалось только то, что на руках он держал шинигами, при взгляде на которого медики зеленели и отводили глаза. Не мудрено, учитывая, что узнать Кучики Бьякую в лицо было сейчас несколько затруднительно. Гин с неудовольствием почувствовал, как капает между пальцев разбавленная водой кровь и она же пропитала уже насквозь косодэ. Сырость вызывала неудовольствие медиками, не удосужившимися даже переложить пострадавших на более соответствующую поверхность, чем руки доброжелателей.
- Хм, любопытно поглядеть, к кому первому бросится капитан. К коллеге и советнику сотайчо или к выродку, его покалечившему, который был её Куросаки-куном. Когда-то. - задумчиво проговорил Ичимару, лениво следя взглядом за вспорхнувшей с пальцев Кучики бабочкой. Насекомое порхнуло к дверям и чуть не встретилось с лёгкой на помине вчерашней школьницей.
Год как капитан отряда была рессеянна, как будто не её тут дожидались тела. Замерла на пороге, пока не окликнули, примчалась к Рукии утешать, на раненых не успела даже глянуть, потом таки вспомнила распорядиться о комнатах. Смотревший на неё сверху вниз Гин уже хотел было обратить на себя внимание, но девушка обернулась к нему раньше. Во взгляде было столько укоризны, что альбинос искренне удивился. При всём желании, в данный момент обвинить его было не в чем. Разве что в пугании мед персонала (ах как подскочил и побледнел мальчик, над которым надвис предатель, предлагая позвать капитана). Следующим пунктом в программе осмотра Иноуэ был Кучики, и зрелище явно произвело впечатление.
- Не лови ворон, тайчо. - нежно прошипел Ичимару продолжая смотреть на неё. - Пора исполнять обязанности и нести тела по палатам.
Интересно было посмотреть, что получилось из милосердно отпущенной им год назад девочки.
"Не полезнее было дать уйти Унохане, м?.. Хотя Айзен бы этого не оценил."
Вопрос Мугурумы, который был в сущности риторическим, Гин с чистой совестью проигнорировал. Вайзард говорил так, как будто встретил альбиноса не третий раз в жизни, да ещё и говорил о "всегда". Глупо, что сказать.

+1

60

Котетсу Исане

Реанимационные мероприятия, за весь период медицинской работы Исане, стали чем-то естественным и обыденным, но раньше все это проходило без сучка без задоринки только благодаря командованию Унохаты-тайчо. Доброй и всегда такой спокойной тайчо не было в отряде уже три года, и Котетсу-сан пришлось взять на себя изрядную долю обязанностей, которые раньше исполняла мудрая Унохана. К своему новому капитану Исане относилась с большим уважением и симпатией – рыжая риока была действительно сильна и могла едва ли не воскрешать полумертвых. Ее сила впечатляла, но по своей сущности она была просто человеком и тем более ребенком. Человеческий ребенок, тем более столь нежный и хрупкий, как Иноуэ Орихиме, не смог бы руководить отрядом – слишком тяжела была ноша организации работы целой больницы, о нуждах которой юный капитан порой даже не подозревала. Котетсу-фукутайчо считала своим долгом помочь ей и взять организационные вопросы на себя.
Появившись в коридоре, Исане сразу же поняла, что капитану требуется ее помощь. Едва ли кто-то из присутствующих смог бы скрыть свое волнение и на лице лейтенанта так же появилась тень тревоги. Но поддаваться панике она не могла.
- Почему до сих пор не принесли носилки? – появившись рядом с тайчо, скомандовала Исане. Кто-то из офицеров засуетился, кто-то пожимал плечами, а два расторопных рядовых выкатили из ближайших палат две свободные койки и подкатили их к раненным.
Пока Орихиме-тайчо терялась от волнения, Исане взялась организовывать процесс.
- Осторожно опустите его на койку, - обратилась она к Ичимару и сама помогла ему уложить капитана Кучики на ровную поверхность. На белых простынях моментально начали расплываться кровавые потеки. Даже лейтенант, видевшая во время зимней битвы немало кровавых ужасов, не могла равнодушно смотреть на раны Кучики Бьякуи.
Когда она подняла взгляд на второго раненного, оказалось, что дела у ее сослуживцев идут не так хорошо, как у нее – офицеры и рядовые беспомощно суетились возле смутно знакомого шинигами (шинигами ли?), опасаясь то ли его, то ли того, кого он держал на руках. – Он раненный, которому нужна помощь, - громко и четко проговорила лейтенант, давая понять, что не стоит делать разницы между капитаном и полупустым – сейчас они оба пациенты подземного госпиталя. После окрика, дела сразу пошли на лад и второе тело так же было уложено на койку.
В коридоре госпиталя толпилось много народу. Большинство из них Котетсу-фукутайчо хорошо знала, но были и те, чье появление здесь могло вызвать любопытство и интерес. Вызвало бы… но не сейчас.
- Орихиме-тайчо… - Исане аккуратно взяла девушку за плечи и подтолкнула ее к койке капитана Кучики. – Ему нужно восстановить глаза и стянуть глубокую рану на плече. Это не отнимет у Вас много сил и вы сможете занять лечением… второго, - лейтенант так и не смогла произнести имя мальчишки, но Орихиме наверняка и без этого все поняла, - а с остальным мы справимся сами.

+1


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Госпиталь города НВС