Bleach: Disappearing in the Darkness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Комната для допросов


Комната для допросов

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

На вид обычная комната с небольшим столом и парой простых, жестких стульев. Хмурые стены из серого камня, не пропускающего реацу. На трех стенах камень шершавый, а на одной гладки и отполированный так идеально, что в нем можно увидеть свое собственное отражение. За этой стеной находится еще одна комната, из которой, сквозь полированную стену, видно все происходящее в комнате для допросов.

0

2

Абарай Ренджи, Исе Нанао, Кучики Рукия, Ичимару Гин -----> Информационный центр Аналитического отряда

Ичимару ввели в комнату для допросов. Слишком яркий свет в комнате раздражал, потому Ренджи здесь чувствовал себя не уютно. Ему ни разу не приходилось присутствовать на допросах, как и проводить их. Абараи особо не рассчитывал оставаться в информационном отряде так долго,  но пока не придет замена, он был обязан хотя бы присутствовать.

" - Скорее всего, в таком деле как допрос моя помощь не понадобится," - Ренджи и осмотрелся, куда бы лучше всего посадить пленника.  Пару стульев, стол – ничего интересного – почти с разочарованием подумал рыжеволосый капитан. Где-то глубоко в подкорках, или не очень глубоко он знал, что нужно делать. Но глядя на ухмыльчивого Гина, руки опускались и совсем не думалось о том, что надо бы что-нибудь связать из конечностей и как-нибудь «оформить» Ичимару для допроса. Ренджи подождал пока войдут девушки, и закроется дверь. Предоставив разбираться со всем этим опытной Нанао, он вышел в соседнюю дверь, оказавшись  перед тем самым стеклом, внешняя сторона выходила в комнату для допросов.
" - Если я понадоблюсь - меня позовут," – резонно заключил Абараи и удобно уперевшись о стену, стал наблюдать за происходящим в комнате. Оставалось только набраться терпения и ждать.

0

3

При появлении Нанао, Рукия вздохнула с облегчением. Она мысленно уже отругала себя за несдержанность, проявленную в разговоре с Ичимару. Фукутайчо не имеет права вести себя подобным образом и позволять себе публично демонстрировать такую бурю эмоций, тем более перед врагом. Рукия не была намерена больше поддаваться на провокации и что-либо отвечать Гину, но он явно не собирался униматься, поэтому появление двух капитанов было для младшей Кучики настоящим спасением.
Строгая и сдержанная Исе-тайчо была образцовым капитаном. Вот уж кто действительно никогда не позволит себе кричать и что-то доказывать врагам… да и союзникам тоже. В тайне, Рукия восхищалась ею. Конечно, у Исе не было такого опыта как, допустим, у Шихоуин-тайчо, но со своими обязанностями она справлялась хорошо, с учетом того, сколь ответственна была работа аналитического отряда.
" - Строгая и сдержанная женщина-капитан," - думала Рукия, глядя на невозмутимую Исе-тайчо, пока конвой следовал в комнату для допросов.
Внимание девушки привлекла пара офицеров, ожидавших у дверей. Это были бойцы патрульного отряда.
" - Вероятно, Исе-тайчо вызвала их," - Рукия позволила себе еще раз восхититься предусмотрительностью Нанао.
В комнате для допросов ей и Ренджи делать было совершенно нечего. Если уж проведение допроса поручено капитану Нанао, то пусть она этим и занимается.
По правде говоря, Кучики-фукутайчо давно уже хотелось вернуться в казармы отряда, а не находиться в такой неприятной близости с этой белой лисой – Ичимару, но так как дозорные получили прямое поручение сотайчо, то ответственность за предателя автоматически возлагалась на Ренджи, а стало быть и на Рукию. Недовольно хмыкнув, Кучики окинула беглым взглядом бывшего капитан и пошла в комнату для наблюдения, следом за Абараем.
Там, за полированным камнем, внешне похожим на стекло, Гин Ичимару казался ничуть не приятнее, чем в туннеле или в приемной Исе-тайчо. Повернувшись к рыжеволосому капитану, Рукия нахмурилась и наконец-то задала вопрос, который терзал ее, пока они конвоировали экс-тайчо.
- Ренджи, как ты думаешь, зачем он вернулся?

0

4

Ичимару даже не мог с уверенностью сказать, помешал ли приход Нанао ответить Рукии или та просто проглотила свой остренький язычок от неожиданности. Спрашивать об этом лис не стал, лишь гаденько усмехнувшись, последний раз глянул на новоявленного лейтенанта.
" - Неужели тебе нечего больше сказать?"– почти с разочарованием протянул лис, переводя взгляд на очередного капитана. –" Какие неожиданные изменения!" – Гин хмыкнул.
О бывшем лейтенанте восьмого отряда он мало что мог сказать. Откровенно, она никогда не занимала его настолько, чтобы о чем-то с ней переговариваться. Соответственно, весь её образ был сложен из визуальных и нечаянных наблюдений. Теперь же все изменилось.
" – Интересно, как бы изменилось лицо строгой Нанао-тайчо, если бы она узнала о своем бывшем капитане?" – лис буквально вытянулся в очередной улыбке, с расстройством подмечая болевые ощущения.

- Доброго… утра, дня, вечера, - Гин неопределенно пожал плечами, как бы выражая сожаление за свою неинформированность. - С определением времени суток здесь явные проблемы, не так ли, Нанао-тайчо? Впрочем, наверное, не для капитана аналитического отряда, не так ли? Примите мои запоздалые поздравления с принятием на эту должность. Раньше, увы, не смог. Было как-то не до этого... дела-дела.
Отлипать от стены совсем не хотелось – она была приятной, холодной и уже почти родной, поэтому экс-капитан паясничал, по возможности растягивая время до момента их очередного перехода. В конце концов, что он не видел в этих темных коридорах, освещенных тусклыми лампами? Путь из туннелей в госпиталь, а оттуда в аналитический отряд в принципе давал представление обо всем городе. Надежда на то, что оно было неверным, казалась слишком слабой для того, чтобы порождать любопытство.

- Я бы сказал, что название какое-то сухое и длинное, - поморщив нос, Ичимару вернулся к «волнующему» его вопросу, отступая от стены и следуя за капитаном аналитического отряда. Говорить все равно было особо не о чем, несмотря на то, что вопросов на лисьем языке было не мало, ответов дождаться он пока не надеялся. – Ни романтики приключений, ни жажды великий побед в нем, увы, не чувствуется…. А кто его придумывал, Нанао-тайчо? Уж не аналитический отряд ли?

Комната, в которую его привели, не оказалась интересней коридоров - такая же серая, безликая. Единственная её индивидуальность заключалась в ярком освещении. Оглядев всю обстановку, Гин с удивленным раздражением подметил стол и стулья. Спрашивается, чем все это время занимались арранкары, если шинигами успели обзавестись таким бытом?! Каменные стены, увы, не давали ответа. По ним даже предположить-то трудно были ли они возведены недавно или же стояли здесь под землей очень долго.
Обойдя назло бдящей рядом охране комнату, Ичимару усмехнулся, подмечая сощуренные глаза других присутствующих. Его привычка здесь явно играла на руку – никаких особых неудобств, не считая уже имеющихся, он не испытывал.
- Я смотрю, Абараи-тайчо и Кучики-фукутайчо решили нас покинуть, - проговорил Ичимару, с явной усмешкой следуя глазами от гладкой отполированной до зеркального блеска стены до двери, в которой исчезли старые знакомые. – Интересно, далеко ли они собрались?

0

5

Нанао на мгновение замерла, взглянула на Ичимару, и медленно кивнула, как бы принимая его поздравления. Аналитический отряд – сложная, но любимая работа. Девушка снова вспомнила о временах, когда была лейтенантом… О Кеораку-тайчо было ничего не известно, Говорили, что он возможно погиб… Но она до сих пор надеялась, что он жив. Как он там? Вечно беззаботный, любитель выпить, в важные моменты он мог стать серьезным и собранным, совсем как Нанао. Исе-тайчо отвернулась, чтобы никто не увидел ее огорченного лица.  Вопрос о названии Города она пропустила мимо ушей, и не посчитала нужным на него отвечать.
В комнате для допросов было прохладно. Казалось сами стены источали прохладу. Яркий свет вызывал неприязнь, но Нанао не стала обращать на нем своего внимания, лишь слекга сощурив глаза с непривычки, она проводила взглядом Ичимару Гина, обходившего комнату.
- Прошу вас, садитесь. – Исе указала на один из стульев, который располагался «лицом» к зеркальной стене.

- Я смотрю, Абараи-тайчо и Кучики-фукутайчо решили нас покинуть, Интересно, далеко ли они собрались?
- Сейчас это вас не должно волновать – Нанао тоже проводила взглядом Абарая, и Кучики.
Приступим. Девушка положила мешочек на стол и достала от туда детектор.
-Этот прибор для дознания. Конечно узнать ваши истинные намерения он не поможет, но зато я буду знать, правду вы говорите или нет. –

Исе сверкнула очками
– Прошу проявить благоразумиие. В случае, если вы будете говорить неправду, прибор издаст неприятный звук.
" - Интересно, подчинится он, или будет крутиться словно лис на сковороде?" На мгновение в голове Нанао прокрутилась мысль, а вдруг он знает что то о Кеораку-тайчо? " - Хоть что нибудь?"
Но она откинула эту мысль. Это неважно. Неважно для дела, но не для Нанао-чан. С каменным лицом девушка прикрепила проводок к руке Гина и нажала на кнопку сбоку, включая прибор и ожидая когда прибор настроится на частоту колебаний реацу.

Отредактировано Ise Nanao (2008-09-07 18:08:06)

0

6

- Разве можно вам отказать, Нанао-тайчо, раз вы просите, - хмыкнул Ичимару, переведя взгляд на отражение капитана в отполированном камне. Девушка отгородилась от него бликами на стеклах своих очком, как он от неё сощуренными до темных полосок глазами. Вся такая строгая и поучительная, она была похожа на какого-то преподавателя. Для полного соответствия с создаваемым образом ей не хватало только указки.
" - Беседа обещала бы быть интересной, если бы она подалась на провокацию."

- С чего вы взяли, что это меня волнует? - Гин вопросительно наклонил голову. В полупустой, замкнутой комнате каждый звук отдавался коротким эхом, даже шорох его шагов по каменному полу или скрип задвигаемого стула. Казалось, что он преследовал своего создателя, пытаясь оставить хотя бы какой-то след в памяти, но порождал только другой образ.
" - Если закрыть глаза можно подумать, что ты среди белых стен Крепости Айзена или даже Лас Ночес. Хотя нет, там другой воздух, другая атмосфера, там все ощущается по-другому, совсем не так как здесь."

- Вообще-то, вас это должно волновать куда сильнее или я не прав?
Лис с любопытством глянул на загадочный прибор. Довольно маленький и простой, ничего подозрительного с первого взгляда он не представлял, хотя зная искусность всяких изобретателей, Ичимару не стал бы ручаться ни за его свойства, ни за безопасность применения.
- Я всегда знал, что война двигатель прогресса, но никогда не видел столь явные этому доказательства. Вот ведь, теперь в Сейрейтее аналог детектора лжи имеется, того гляди и пистолеты с автоматами появятся, - почти с разочарованием протянул лис.
" - Люди – они всегда люди, даже когда умирают и становятся шинигами, они все равно не могут преодолеть свою породу." Гин особо не интересовался историей Генсея, а вот Айзен всегда знал много, поэтому волей не волей, Ичимару приходилось интересоваться даже тем, что ему было не интересно.
- И какой же принцип у него работы?
" - Вы же удовлетворите моё любопытство, не так ли? Всего лишь маленькая дань вежливости," - Ичимару без лишней траты времени позволил закрепить на себе детектор. Несомненно, он был бы рад тому, что у шинигами появился повод доверять ему, но сильно сомневался, что какая-то машина в этом поможет.
- Неприятный звук? Тогда, я думаю, в ваших интересах задавать мне такие вопросы, на которые мне не придется лгать, - мило оскалившись, Ичимару выжидающе посмотрел на Нанао.

0

7

Абараи пустым взглядом смотрел через стекло, ничего необычного, или стоящего внимания не происходило. Нанао строго указала на стул, Ичимару, продолжал жеманничать и не спешил сесть. Ренджи уже начал жалеть о том, что именно ему «посчастливилось» встретить Гина.
" - Словно сторожевой пес" – с иронией подумал рыжеволосый. Устав стоять, капитан дозорного отряда обнаружил в комнате не очень удобный, но вполне приличный стул. " - Было бы еще неплохо всхрапнуть" – с весельем подумал Абараи, но осуществить задуманное не смог, приход Рукии днознаяно исключал такую возможность – " Так она и даст мне спать, как же. "

- Ренджи, как ты думаешь, зачем он вернулся? – неожиданно задала вопрос Рукия. Вопрос, по поводу которого капитан еще в туннелях решил не напрягаться потому, что ответ на такой на него известен только самому Гину, хотя тоже не факт.
- Кто знает. – многозначительно хныкнул рыжеволосый и уставился на экс-капитана – Наверное, напакостить захотел, а среди своих ему неинтересно.
Ренджи сел, незамедлительно развалившись на стуле, нахально скрестил ноги и поставил их на первый попавшийся выступ. Судя по лучезарной улыбке Гина, в комнате для допросов как раз начиналось самое интересное. Нанао вынула из мешка какую-то штуку, ту, что Абараи заприметил еще в её кабинете, и принялась «подключать» Ичимару. Что самое интересное светловолосый тайчо послушно разрешал делать все нужные приготовления, хотя присутствие улыбки на его лице нисколько не удивляла. Нанао еще долго возилась с техникой прежде, чем приор начал работать. Рыжеволосый шинигами же в свою очередь с любопытством следил за каждым её движением.

0

8

Беготня по туннелю, переживания за раненного сотайчо и перебранка с Гином – все это сильно вымотало Рукию – она едва стояла на ногах, но расслабляться было еще рано. Глядя сквозь прозрачную стену, Кучики-фукутайчо все еще не могла поверить, что Ичимару здесь, и что все произошедшее, действительно правда, а не игра воображения. Полированный камень немного затемнял образы – девушке показалось, что она смотрит на все происходящее в комнате сквозь солнечные очки… те, что люди в Каракуре носили, чтобы защититься от солнца… когда-то.

" - Ичимару-сама прав только в одном – Ренджи действительно невежлив и плохо воспитан," - Рукия скосила взгляд на своего тайчо, фривольно развалившегося на единственном стуле." – Но это не делает его плохим шинигами, капитаном или другом. Как бы не был вежлив Ичимару-сама – он предатель и никогда не сравнится с Ренджи, с нии-сама, с Исе-тайчо… ни с кем из нас… он никогда не сравнится."
Ответ Ренджи ничего не прояснил, но Рукия и не ждала какого-то конкретного объяснения – ей просто хотелось знать, что он думает об этом, а возможно, просто хотелось поговорить со своим тайчо и другом. Еще утром, младшая Кучики бесновалась и готова была высказать Абарайю-тайчо все, что о нем думает.
Еще в детстве, она не редко это делала – поучала и наставляла его, но все это было ради его же блага, хотя Ренджи, кажется, этого не понимал. С того момента, как Абарай стал капитаном, а младшая Кучики стала его лейтенантом, девушка никогда не позволяла себе отчитывать безрассудного тайчо на людях – это могло подорвать его авторитет, а Рукия стремилась к обратному. Так что теперь Кучики-фукутайчо не так часто удавалось как следует отругать Ренджи. Сейчас момент был идеальный, но Рукие совсем не хотелось ругать Абарайя… да и сил на это не было.
Подойдя к полированной стене, девушка прислонилась к ней лбом и положила рядом ладонь. Гладкая, холодная поверхность остужала лоб, разгоряченный бешеным мельтешением мыслей. Маленькая ладошка скользнула по стене, создавая едва слышный скрип. Хрупкое тельце Кучики-сан последовало тому же примеру, медленно опускаясь на пол. Рукия сидела на полу, прижавшись плечом к холодной стене, а ее сознание разрывала пугающая мысль.
" - Он так легко пробрался к нам. Он ранил сотайчо… Неужели мы так слабы?@

0

9

Капитан удивленно посмотрел на фукутайчо, он как всегда не учел, что девушка за целый день суматохи могла устать. Осознав свою ошибку, рыжеволосый подошел к лейтенанту и, присев рядом, словно извиняясь, приобнял. Что-то определенно её угнетало, добавить еще и физическую усталость, Рукия выглядела крайне измотанной.
- Ну-ну.. – примирительно пробурчал Ренджи и погладил младшую Кучики по макушке, утешать он никогда не умел. Приятно было снова чувствовать мягкие волосы давней подруги. А ведь Абараи  никогда не позволял себе, да и не умел быть нежным с подчиненными. Будь то его близкие друзья, или соратники, кто бы ни был. Рыжеволосый незаметно, по-братски прикоснулся губами к её волосам и, аккуратно взяв девушку на руки, перенес на стул. Затем сел напротив и посмотрел снизу вверх.
- Рукия, если устала, то тебе лучше пойти в казармы отдохнуть. Тебя никто не заставляет здесь быть, тем более я могу подежурить и сам. – серьезно сказал Ренджи и, ухмыльнувшись, добавил - я очень хорошо запомнил банкай Кучики-тайчо и мне бы не хотелось еще раз почувствовать его на собственной шкуре.
Абараи не надеялся, что упрямая фукутайчо его послушается, а приказывать тоже казалось бессмысленно. Все равно, он знал, если она что-то вобьет себе в голову, то избавится от этого, будет сложно. Абараи задумчиво посмотрел на поникшую Рукию.
- Давай, выкладывай что случилось?

+1

10

Девушка слегка склонила голову на бок. Ичимару все так же щурился в своей вечной улыбке.
- Сейчас для меня куда более важен ваш допрос, а не исчезновение двух шинигами. – сказала как отрезала. Разумеется важен. Вдруг ей удастся выведать что-нибудь про Кеораку тайчо? Вдруг хитрый лис все-таки что то знает? Нанао поймала себя на мысли, что сегодня слишком часто думает о своем капитане, когда сейчас куда важнее было знать что здесь понадобилось Гину. Конечно она знала и про соседнюю комнату, и про то, что Ренджи с Рукией будут следить за ними на случай чего либо непредвиденного. Хотелось на это надеяться. С серьезным видом девушка наблюдала за тем, как Ичимару разглядывает прибор, пытаясь разглядеть в его движениях, лице, что нибудь, что выдавало бы его ход мыслей.

- И какой же принцип у него работы?
Нанао прищурила глаза.
" - Узнав принцип работы детектора и хорошо подумав, надеешься его обмануть? Или все же это праздное любопытство?"
Ну не признаваться же, что она сама до сих пор не до конца в этом разобралась? Знала лишь, что он работает на высших уровнях рейацу.
- Вам стоит подумать о том, как заслужить наше доверие, а не о принципах работы этого прибора. – девушка поправила сползшие очки. - Не стоит лгать отвечая на мои вопросы.

- В ваших интересах провести допрос как можно быстрее. Пожалуйста, не будем отвлекаться. - Нанао позволила себе мимолетную улыбку, села напротив Ичимару Гина и пристально посмотрела на него. Тянуть время больше нельзя, прибор готов к использованию.
- Начнем, пожалуй. Как вы попали в туннели? – вопрос пробный, но очень важный, чтобы выяснить слабые места обороны города.
- Цель Вашего визита? – пожалуй один из самых важных вопросов. - По чьему приказу Вы действуете?
Немного помолчав Нанао все же решила добавить:
- Причина вашего нападения на со-тайчо?

Отредактировано Ise Nanao (2008-09-11 22:30:06)

0

11

- Вот значит как? - Ичимару привычно растягивал гласные, словно пробуя каждое слово на вкус. Давать подсказки новенькому капитану он, разумеется, не собирался, от этого рушился весь смысл игры, которую экс-предатель затеял, как только они снова встретились. Не поддразнить человека, столь тщательно скрывающего свои истинные чувства, было просто выше его сил. - Почему же это так важно для вас, Нанао-тай~чо? Из-за охраны оставшихся в живых шинигами? Или может на это есть какие-то личные причины?- Ичимару внимательно следил за выражением лица новоявленного капитана. Рука, к которой присоединили прибор, так и осталась лежать на столе, насмешливо выстукивая чуть слышный ритм.

- Значит, не знаете, - спокойно сделал вывод лис. Желание соврать просто из любопытства, обмануть гениальный прибор, шинигами сидящих в комнате, да и во всем подземном царстве поднялось к горлу, раздвинуло губы в ещё большой улыбке и сошло на нет. В капитане-предателе не проснулась совесть, отнюдь, он просто никогда не был ни дураком, ни самоубийцей. Рисковать там, где риск неуместен, лис не станет, даже для минутного любопытства.
Ичимару думал. Сам детектор ему нисколько не мешал - лгать он не собирался, а вот задаваемые вопросы волновали именно своей формулировкой. Одну ситуацию каждый человек видит по-своему. Истина не меняется от человека к человеку, а вот правда... Она у каждого своя и говорить Ичимару её не хотелось.

- Знаете в чем неудобство таких приборов, Нанао-тайчо? Они совершенно не вызывают желания говорить искренне. При других обстоятельствах, я бы потратил кучу вашего и своего времени на сомнительное удовольствие потрепать вам нервы, отвечая на ваши вопросы так, чтобы не ответить на них. При этом, совершенно не раздражая этот милый предмет, - Гин кивнул в сторону прибора. - Но в одном вы правы. Не думаю, что у меня так уж много времени, поэтому облегчу вам задачу. В Руконгае я заметил группу шинигами, следуя за которыми я и попал в туннель, - большая часть повествования была упущена. Ичимару не стал вспоминать Ннойтру или же описывать шинигами, рассчитывая, что позже при расследовании эти факты всплывут сами и не будут выглядеть попыткой обелиться или откровенной подставой. - Цель? Разве я уже не говорил? Я собирался... - перед глазами снова мелькнул образ холодных карих глаз, - да и собираюсь вернуться. Никто мне не приказывал проникнуть в стан шинигами - это лично мое решение. И последнее, я не нападал на со-тайчо, - чуть ли не со смехом ответил Ичимару. Прибор, разумеется, промолчал. Первым, кто вынул занпакто, первым, кто осуществил атаку, первым, кто напал - был маленький беловолосый чибик. Гин пришел к нему говорить. С мертвыми говорить неудобно.

0

12

Оказавшись на стуле, Рукию вцепилась в собственные хакама и отвела взгляд в сторону.
" - Ну, вот. Я опять кажусь слабой и жалкой," - от подобных мыслей большие, темные глаза девушки наполнялись слезами, которые уже готовы были побежать по щекам тоненькими ручейками. Не моргая, Рукия посмотрела в потолок, чтобы не позволить слезам выскользнуть из глаз.

- Нии-сама давно тебя простил, - Кучики немного нахмурилась. – Он не такое чудовище, каким вы все его считаете. Он не злится и больше не будет… пугать тебя Сенбонсакурой.
Разговор о брате, воспоминания о том, как Ичиго с компанией вторглись в Сейретей чтобы ее спасти, о том, как Ренджи выступил против своего капитана и рисковал своей жизнью… из-за нее – все это отнюдь не настраивала на Рукию на веселый лад.

" - Почему все стараются меня спасать и опекать? Возможно, потому, что я такая слабая и ни на что не годна," - по щеке скатилась крупная слезинка, и Рукию поспешила вытереть оставшуюся мокрую дорожку. "– Ничто не изменилось. Я все так же никчемна."
Пробежавшая по щеке слезинка и слова Ренджи окончательно сломили Рукию. Девушка положила ладонь на плечо капитана и зажмурилась, чтобы не позволит слезам выбраться из глаз.

- Ренджи… Ренджи! Я так испугалась там, в туннеле. Как можно сейчас бояться? Сейчас же от нас так многое зависит, а я просто струсила и убежала, - Рукия сжала плечо Ренджи и продолжила свою взволнованную речь. – Он всегда меня пугал… Ичимару-сама вселяет дикий ужас, но сейчас… сейчас это было так неожиданно и поэтому еще ужаснее. Я даже ни о чем не успела подумать – просто сбежала.
Рукия остановилась. Не в силах больше говорить, она уткнулась лицом в плечо Абарайя и тихо всхлипнула.
- Прости… прости меня Ренджи!, - Кучики-фукутайчо прошептала в плечо своего капитана.

+1

13

" - Группа шинигами в Руконгае?" – Исе вспомнила о недавнем донесении. "– Вероятно, это офицер Ашито и ее сестра. Как неосмотрительно со стороны отряда разведки," - словно галочкой в блокноте, Исе-тайчо пометила. –" Сообщить Шихоуин-тайчо о нарушении дисциплины в ее отряде и усилить наблюдение в той зоне."
На упоминание о неких личных причинах, Нанано никак не отреагировала… по крайней мере, внешне. Девушка только немного склонила голову и поправила очки, а когда подняла голову, ее лицо не отразило ни одной эмоции – только привычную строгость.

- Какова причина Вашего возвращение? Вы собираетесь поддержать шинигами в борьбе против Айзена? Каким образом?
Нанао не позволила себе улыбнуться и ее лицо осталось таким же строгим, хотя даже капитан аналитического отряда не верила в искренность намерений Ичимару. Маленький приборчик, призванный уличить неправду, не помогал Ичимару вызвать доверие Исе-тайчо.
" - Он сказал, что не нападал на сотайчо, и прибор остался молчалив. Другого варианта нет – сотайчо сам спровоцировал драку. В принципе, это не удивительно. Почему же Хитсугайя приказал предоставить защиту врагу и предателю?" – этот вопрос волновал Исе-тайчо, но задавать его нужно было отнюдь не экс-тайчо, а действующему главнокомандующему шинигами, поэтому Нанао вернулась к допросу.

- Существует хоть малейшая возможность того, что вы снова предадите шинигами? – пожалуй, это был самый важный вопрос для всех жителей подземного города. – Или попытаетесь убить кого-нибудь из нас?

+1

14

" - Хотел бы я сам знать эту причину, Исе-тайчо. Недавно я прибывал в наивном измышлении, что это было просто мое желание, сейчас же… Я не столь уверен. Три года все-таки большой срок для того, кто всегда знал больше, чем кто-либо не был. Три года могут что-то означать. Но что? Об этом я не буду говорить с вами, Исе-тайчо. Только не с вами. Однако ж формулировки вопросов становятся все более неудобными."

Каменная коробка, над которой где-то там высоко находится ненормально холодное небо. Стало ли ему легче от того, что он променял одну темницу на другую? Если между ними разница? Только уверенность принятого решения мешала ему почувствовать горечь сожаления. Это и чувствительная работа мысли. Именно поэтому он скучал. По необходимости что-то делать. В крепости он впал в сонно-безразличное состояние, которое просто убивало его натуру.
– Скука, - прибор смолчал, хотя эту «причину» можно было считать скорее поводом или как минимум звеном огромной цепочки различных причин.

" – Почему? Потому что я больше не нужен. Меня не выкинули, как надоевшую игрушку, а просто поставили на высокую-высокую полку пылиться. Возможно, я допускаю, что это до лучших времен, но смогу ли я ничего не делая до них дотянуть, сохранить свои качества или просто превращусь во что-то бесполезное? Сломать бездействием… Айзен-тайчо, вы все-таки слишком жестоки по отношению к своим подчиненным."

– Да, - согласился Ичимару, тут же добавив некоторое уточнение. – Я уже был на стороне Айзена и знаю его силу. Сейчас же мне хотелось бы попробовать его победить. Одному это не возможно, поэтому я и пришел к вам.
Правда, она такая странная, когда не пробуешь её искажать, а просто несколько манипулируешь фактами. Сказать одно, утаить другое и получить третье. Так легко. Так сложно. Так однозначно.
– Как я могу быть вам полезен? – тут бровь насмешливо вздернулась вверх. – Кроме моих несомненных боевых способностей, я единственный, кто может утверждать, что знает Айзена.
" – Утверждать то могу, но могу ли я быть уверенным? Так или иначе, знал лучше, чем кто-либо другой."
– Возможность существует всегда, Исе-тайчо, и вам ли это не знать, - вопрос откровенно не понравившийся лису. Вопрос, на который не существует ответа «нет», но на который отвечать «да» не стоит.
" – Неприятная ситуация."
– Вопрос в том, какая она эта вероятность. По крайней мере, я могу сказать одно – сейчас я не собираюсь этого делать и более того у меня даже нет таких намерений, но в целом многое зависит от обстоятельств.

+2

15

Допрашивая Гина, Нанао внимательно наблюдала за его реакцией – за его движениями, интонацией, с которой он говорит; наблюдала за тем, как меняется его извечная улыбка, как растягиваются и сужаются щелочки его узких глаз. Конечно, сейчас у нее был детектор, но Исе-тайчо решила не полагаться на изобретение, ведь это просто машина, пусть даже созданная гениальным изобретателем, а в гениальности Киске Урахары она нисколько не сомневалась, как и в том, что этот прибор изобрел именно он.
Анализировать поведение Ичимару было крайне сложно – бывший капитан третьего отряда отлично скрывал правду, пряча свои глаза и отвлекая внимание улыбкой, которая, впрочем, отнюдь не располагала к себе, а, напротив, заставляла напрячься и думать не о мотивах экс-тайчо, а о том, как бы побыстрее закончить допрос, чтобы не чувствовать на себе этого взгляда.
Исе совершенно не нравились ответы Ичимару. Он умудрялся говорить, казалось бы, правдивые слова, но они все же скрывали его истинные цели и намерения. Нанао сдержала усталый вздох.

" - Возможно, он сам не до конца сознает того, к чему стремится. Эта война оказала влияние на многих шинигами – изменила их характер, отношение к происходящему и даже видение мира в целом. Вероятно, она изменила и его… и тех, кто сейчас находится в белоснежной цитадели самопровозглашенного Владыки. Она изменила и меня, "- Нанао чуть склонила голову набок, отгоняя воспоминания о своем без вести пропавшем капитане. И пусть она сама уже носила это звание – «тайчо», Кёраку Шинсуй навсегда останется для нее капитаном, так же, как из сердца строгого «лейтенанта» никогда не исчезнет надежда на его возвращение.

- Скука?! – тайчо аналитического отряда немного удивил подобный ответ. – Неужели в Крепости нечем заняться?! Или в Вас, Ичимару-сама, скорее говорит некоторая обида?
Ответы Ичимару не устраивали Исе-тайчо. Как ей показалось, он хитрил и вилял хвостом подобно лисе, а его спокойствие даже немного раздражало. И даже детектор не мог заставить его занервничать. Именно этим были вызваны провокационные вопросы, взявшиеся ниоткуда, так как сама Нанао сомневалась в том, что отношения Айзена и Ичимару были настолько близкими, чтобы в них имела место обида – скорее всего, уход Гина из Готей 13 был вызван грубым расчетом. А вот чем был вызван уход Ичимару от Айзена?

- Впрочем, можете не отвечать на этот вопрос. Думаю, это слишком личное, - привычным движением тайчо поправила очки и позволила себе слегка дернуть уголками губ.
Ответ на второй вопрос не стал для Исе чем-то неожиданным. В принципе, она и так знала, чем Гин может помочь шинигами. И задан он был лишь для того, чтобы выявить готовность Ичимару к активному сотрудничеству. А вот ответ на последний вопрос строгой Исе-тайчо не понравился совсем. Ответ на него был весьма красноречив – Ичимару Гин не будет играть на стороне шинигами – он будет играть на своей собственной стороне, и не известно кто станет чьим оружием в борьбе с Айзеном – он оружием шинигами, или шинигами его оружием. Поэтому, сейчас, самым важным было оценить – принесет ли данное сотрудничество выгоду жителям подземного города или, напротив, ущерб.

- Ичимару-сама, - Исе выдержала небольшую паузу. – Вы считаете, что можете быть настолько полезны шинигами, что мы сможем согласиться на сотрудничество, допуская возможность очередного… вашего предательства?

+2

16

Ичимару позволил себе удивиться - уголки губ упали, сменив выражение лица с привычной, неестественной улыбки на напряженную озадаченность. Быть может, если бы в комнате для допросов не было так ослепляюще светло, Исе-тайчо увидела бы его глаза, но яркий свет резал чувствительные глаза даже через щелочки, не позволяя дополнить картину истинного удивления.
- А вы довольно сообразительны, Нанао-тайчо, - выражения лица быстро разгладилось, превращаясь в легкую полуулыбку. - Не зря все-таки вас назначили капитаном аналитического отряда. У Кёораку есть все основания гордится своим бывшим лейтенантом, - Ичимару намерено применил настоящее время, да ещё и под детектором лжи. Хитро глядя на девушку, он с любопытством ожидал реакции на свой "подарок". В конце концов, это действительно было благодарностью, пусть и отвлекающей от него самого.
Гин поймал себя на мысли, что, пожалуй бы, в других обстоятельствах, не отказался бы с ней побеседовать и возможно даже рассказал ей настоящую причину своего предательства. "Хотя это уже маловероятно". Гин не любил врать. Гин не умел быть честным. Заглядывая в глаза страху, часто видишь там себя. Кто избитым и окровавленным, кто бедным и голодным, кто обессиленным и слабым. Гин не боялся ничего подобного. Заглядывая в глаза страху, Ичимару видел предательство и ложь. Его не пугали ни смерть, ни голод, ни слабость - все это он уже переживал. Были вещи, которые бы он не хотел потерять, но для их защиту у него были силы. Боялся Ичимару Гин единственной вещи - открыться кому бы то ни было. Наверное, это называется доверие, точнее полное его отсутствие. Открыться, означало бы приручится, а ручные животное не бывает свободным.
- Пожалуй, я воспользуюсь вашей тактичностью и не буду выставлять свои мотивы предательства Айзена на показ.
Айзен умудрялся влюблять в себя всех. Даже теперь, когда его маска Доброго и Терпеливого Капитана снята и одета маска Владыки, все ещё находятся те, кто бы любил его. И таких абсолютное большинство.
Айзен. Айзен. Айзен. Айзен. Ичимару бы многое отдал за возможность никогда не слышать это имя. Ичимару ни за что бы не предал Айзена. Истины, которые бессмысленны перед глазами правды. Ичимару-предатель был привязан к Айзену. Он единственный, кто смотрел на руконгайского альбиноса как на равного. Он и Рангику, но девушка, которую он любил, вполне могла быть ему просто благодарной.
- Предательства? - вопрос девушки вывел лиса из глубокой задумчивости. Он никогда никого не предавал до сегодняшнего дня. Ичимару всегда считал, что был верен только одному человеку - себе, но и эта истина уже не годилась к использованию. Он всегда был волен поступать так, как ему хочется. В любой миг он мог уйти и тех, кому он был дорого, держал этот факт в постоянном напряжении. Ичимару нравилось, что его ждут, что не хотят с ним расставаться. Слабость это или сила, но Ичимару всегда честно признавал свои желания, один из которых - быть нужным. Он всегда был жадным, наверное, это пережиток голодного детства, но ему нравилось владеть чем-либо полностью, без каких либо оговорок, без сомнений. Готов ли Ичимару быть чем-то подобным для кого-то другого? Возможно, где-то в глубине души он доказывал самому себе, что все ещё свободен.
- Мне некого больше предавать, Нанао-тайчо.
Он как маленький ребенок сбежал из дома, чтобы обратить внимание родителей на свою персону, чтобы его вернули. Но никто его не зовет домой и даже не ищет. Дело не в том, что он может "предать", если его позовут обратно, дело в том, что его не позовут. Родители просто выполнили долг, позвонив в полицию и сообщив о пропажи ребенка, и на этом посчитали свой обязанности завершенными.
- Мне некуда больше возвращаться, - Ичимару небрежно перевел плечами, проверяя их подвижность и наличие болевых ощущений. - Айзен-тайчо уже осведомлен о моем уходе, ему известен факт моего боя с Хитсугаей-со-тайчо и то, что я его не убил, совсем не обеляет меня в его глазах.
Гин почувствовал огромный рывок реяцу, который сообщал о том, что на Айзена подняли меч. Один, второй, третий... Нельзя в один единственный миг избавиться от многолетних рефлексов. Нельзя в один день забыть и отбросить сто лет. Он просто оскорблен до глубины души тем, что кто-то посмел поднять руку на его капитана. Пусть Ичимару всегда говорил себе, что свободен и волен поступать, как знает, но сейчас его единственным желанием, пусть и на один единственный миг, но поглощающе всецелым, стало желание оказаться рядом.
- Если вы посчитаете риск в связи с моим возможным "предательством" несоотносимым с моей возможной полезностью, то свое нахождение здесь я явно посчитаю излишним, а значит попытаюсь сбежать. Вне зависимости от удачности этой попытки, ряды шинигами значительно поредеют.
На какой-то момент идея убиться о шинигами, показалась даже забавной и интересной. Собственная слабость и бессилие раздражали. Почему он не может оказаться в нужный момент в нужном месте? Почему не смог подобрать слова, чтобы выразить свое сомнение? Почему позволил себе соврать? Говорить "Я знаю тебя лучше, чем кто-либо не был" легко, но больно осознавать, насколько это в действительности мало.
- Простите, - Ичимару глухо смеялся, облокотившись на стол и прикрыв слезившиеся от смеха и света глаза. Он редко смеялся, особенно так, вслух, при всех, до сведения живота, но эта ситуация казалось ему слишком забавной. Айзена не возможно так просто убить. Когда-то попав в паутину его слов, Гин даже не дернулся, уверенный, что всегда сможет вырваться и уйти. Он даже смог это сделать! Отойти на предельно далекое расстояние, чтобы по-прежнему ловить его взглядом, только теперь со стороны, - но смотреть на то, как три муравья пытаются свергнуть своего ками-саму презабавно.
Ичимару просто наблюдал и запоминал. Когда-нибудь он это им припомнит, если конечно Айзен оставит их в живых, а это более чем вероятно. Когда-нибудь он вернет Ннойтре не только пожатое горло. И Ннойтре, и Заелю, и Кёораку, всем…
- Простите, - повторил Ичимару успокаиваясь. - Нанао-тайчо, но я не смогу отвечать за жизни тек, кто поднимет на меня меч. - И я уж точно постараюсь, чтобы те, кто этого достоин, его подняли. - Ваши опасения мне понятны, но даже просто мой уход из Крепости спровоцировал бунт, что, по-вашему, будет, если арранкары узнают, что я на стороне шинигами? Неужели вам это не на руку?
Немного фарса, немного преувеличения, немного искажения и даже взбудораженная сообщением о нападение на Айзена реяцу не может заставить прибор голосить, а это было бы кстати. Ичимару начинал уставить от этой ситуации. В любой другой раз бы он сказал, что скучает, а его скука ещё ни разу не приводила к добру.

+4

17

Разговор начал принимать интересный оборот, как если бы две знатные особы, ненавидящие друг друга, мирно беседовали на очередном званом приеме, попутно бросаясь колкостями и обмениваясь фальшивыми улыбами. Искусная игра – скрыть истину и подменить ее ложью… истиной ложью. В силу характера – природной скрытности и беспристрастности, Нанао могла в нее играть, но уровень Ичимару был для нее недостижим – в этом деле он был, пожалуй, сильнейшим противником… и не только для нее.

Сердце замерло, но лишь на мгновение. Замерло, чтобы в следующую секунду забиться с бешеной скоростью, чтобы зрачки резко расширились и тут же болезненно сузились от яркого света, а на бледном лице появился едва заметный румянец.
" - Неужели Кёраку-тайчо все-таки жив?" – мозг аналитика уловил сказанную фразу, построил алгоритмы и выдал возможные варианты. " – Может быть он в плену?"

Слегка приоткрытые губы Исе-тайчо дрогнули, а чуть заметно дрожащая рука потянулась к вороту. Нет, в комнате для допросов не было душно, просто капитан аналитического отряда не смогла скрыть своих эмоций – даже она не была холодной и бесчувственной куклой, живущей в пыльном архиве и постоянно окруженной стопками бумаг.
Волнение. Волнение. Волнение. Оно захлестывало. Хотелось броситься к Ичимару с расспросами. Спросить о многом… о том что ее интересует, о том, что интересует именно Нанао, а не строгую Исе-тайчо, но делать этого было нельзя, и девушка это понимала.

Собравшись и успокоившись, она привычным движением поправила очки и продолжила внимательно слушать Ичимару, стараясь не позволить эмоциям повлиять на анализ его слов. Не судить, а беспристрастно анализировать слова, движения и мимику бывшего капитана – это было самой главной задачей Исе-тайчо в данный момент. Для себя она все уже решила и непременно задаст белой лисе все вопросы, интересующие ее саму. Задаст… но не сейчас.

- Каким образом Айзен смог узнать о Вашем бое с Хитсугайей-сотайчо? Вы можете связаться с ним, находясь на таком расстоянии, под землей?
Нанао тут же отреагировала на слова Гина. Его заявление насторожила капитана, так как раскрытие местонахождения логова шинигами могло привести к ужасающим последствиям, поэтому не задать подобного вопроса она не могла. Но Ичимару, казалось, не придавал особого значения сказанным им словам и говорил так, словно это было само собой разумеющимся, продолжая неторопливую беседу.

- Не спешите убегать, Ичимару-сама. Вы же пришли не затем, чтобы ранить сотайчо и попросту сбежать?– Исе сверкнула стеклами очков.
" - Было опасно приходить сюда, но он все-таки пришел – значит, мы ему нужны. Возможно, даже больше, чем он нужен нам."

Но как бы не думала Исе-тайчо, за последние несколько минут разговора беглый предатель уже доказал свою полезность, сообщая капитану аналитического отряда информацию, которая была ценна, и которую шинигами не смогли бы добыть собственными силами.
- Бунт? – все остальное для Нанао тут же отступило на второй план. – Могли бы Вы уточнить, что именно происходит в крепости, Ичимару-сама?

0

18

" - Надо же..."- Ичимару ловил каждое изменение в лице Нанао, надо признать девушка его совсем не разочаровывала. Удивление, надежда, сомнение и решимость сменялись быстро и почти незаметно, позволяя восхититься выдержкой новоявленного капитана. Нанао-тайчо была не только симпатичной девушкой с учительскими замашками, но и умной женщиной с развитым чувством долга. Гину нравились решительные и умные женщины. В них зачастую наблюдалась та изюминка, которую трудно найти в некоторых мужчинах. Женщина не будет искать причины или сомневаться, она просто будет рядом, когда это нужно.
Про себя Ичимару решил, что все ей расскажет, если Нанао, конечно, спросит. Он даже не будет долго водить её в лабиринте слов, просто потому, что ему понравилось, как она расставила приоритеты.
" - Нанао-тян откладывает личные дела на потом, значит, предполагает, что это «потом» наступит. Уже плюс в мою пользу?" - думал Ичимару, выстукивая пальцами по столу едва слышный ритм. "- Или даже два..."
Лис всегда считал, что переломить на свою сторону Хитсугаю будет сложнее всего. Слишком он несгибаемый и упрямый, такой сломается, но не поддастся. "Знаешь, почему хрустит снег под ногами? Это у снежинок ломаются хребты", - что-то совершенно избитое всплыло в голове даже не со времен Руконгая или Сейрентея. Что-то подобное он мог бы сказать Хичиго, мог, но сказал ли?
" - Упрямый маленький идиот!" - про себя хмыкнул Гин, вспоминая его самонакалывание на Шинсо. Казалось, занпакто даже умудрилась удивиться такой глупостью, а может это просто проекция удивления Ичимару? Белый Лис уважал тех, кто держится за свою жизнь. По-своему, но уважал, а этот же мальчишка... Признаться, возникало желание просто вдолбить в него всю тупость его поступка. Безответственно, опасно, а главное бесполезно.

- Связаться? Пожалуй, нет, по-крайней мере, не со мной.
" - Нанао-тайчо, я готов сказать многое, но не все. Информация - это козыри на моих руках, пусть не единственные, но важные именно для таких, как вы, и отдавать их просто так я не хочу."
- Через это костюм, - Ичимару продемонстрировал потрепанный правый рукав, левый он вроде бы где-то выкинул за ненужностью. Сейчас эта идея уже не казалась удачной. Костюмчик мог пригодиться. - В него встроена система оповещения, которая срабатывает рядом с большим источником реяцу. Таким образом, Айзен знает, что бой с Хитсугаей имел место, но где это место ему не известно. Маяк, увы и ах, не предусмотрен.
Время текло, отсчитываемое секундами-стуками "паучей лапки" о гладкую поверхность стола. Вот Кёораку раскрывает занпакто, Ичимару почти видит два ятагана, которыми так неудобно защищаться от прямого колющего удара. Хотя почему прямого? Лис перерос показную честность, даже не побывав в этой ипостаси.

- С чего вы взяли, что я спешу, Нанао~тайчо? Я просто честно предупреждаю вас о том, что будет в случае отрицательного исхода беседы, - снова пренебрежительное передергивание плечами и облитые сладким ядом речи, не более. - Нанао-тайчо, - голос прозвучал, возможно, даже немного раздраженно. Ичимару начинал уставать. От людей, от света, от зудящего чувство на кожи и грязной одежды, а более всего от отсутствия Шинсо. Соблазн призвать занпакто с каждой секундой становился все более сильным, - не могли бы вы не добавлять суффикс "-сама" к моей фамилии. О таком уважение ко мне с вашей стороны и речи быть не может быть, поэтому вежливого "-сан" будет более чем достаточно.
Кёораку делает всего несколько шагов-вспышек и прибивается к земле заклинанием Айзена - Владыка любит использовать кидо, демонстрируя свою силу. Или нет? Вспышка реяцу Ннойтры. Возможно ли, что он принял на себя удар Кёораку?

" - Ярэ-ярэ, все-таки судить о бое только по реяцу довольно утомительно и неудобно". Прикрывая глаза Гин словно в Академии "прислушивался" к витающим где-то далеко в Крепости потокам.
Заель делает свой ход, раскрывая занпакто. Способности Гранца уникальны, Ичимару не раз о них слышал, но видишь воочию так и не пришлось, даже теперь, а он бы не отказался узнать, что будет если отрезать фениксу его горе крылья.
- В Крепости небольшой бунтик устроенный вашим любимым капитаном и двумя арранкарами ранга Эспада. Они напали на Айзена, но... я бы не стал питать большие надежды на этот бой, - Ещё одна вспышка реяцу, хотя нет, даже не вспышка, а ровный, мощный поток - Халибел. - Не все арранкары недовольны. Даже сейчас есть те, кто будут верны Владыки до конца.

0

19

а разве мог Ренджи подумать, что его вопрос может настолько выбить Рукию «из колеи». Он и сам не рад был, что попытался, как обычно неудачно, её утешить. Пора бы уже смириться с тем, что все его попытки соучастия изначально предопределены. Но он пытался, и в который раз наблюдал за полуобморочном состоянием подопечной, Абараи жалел, что сразу не отравил её в казармы.  На последней мысли он и остановился.
" – Нужно было поскорей заканчивать этот разговор и  сваливать. Это всё расшатанные нервы" – начал оправдываться перед собой Ренджи  – "Не может быть, чтоб Ичимару так сильно её напугал, она просто переутомилась."

Тем временем Рукия продолжала во всём винить себя,  красноволосому шинигами  давно хотелось закончить, так не во время начавшийся разговор, но он пока не мог.
" - Тема себя исчерпала, что ещё можно добавить." Абараи понимал, что обязан поддержать подругу, но, как назло, ничего более утешительней, чем просто тихое:
- Перестань, ты не виновата, – не пришло в голову.
В какой-то момент Кучики неожиданно притихла, капитан почувствовал, как девушка доверительно прикоснулась к его плечу. " - Кажется всё... Успокоилась. Зря я её отдал тайчо, он же не понимает как заботится о семье."

А Ренджи понимает, потому, что она, вот эта, упорно сдерживающая слезы, девушка, давно стала для него семьей.  Абараи опустил глаза и с братской нежностью обнял Рукию за талию.
- Не бойся, ты же сильная. Всегда такой была. –  поцеловал её в затылок.
Затем капитан дозорного отряда отпустил фукутайчо, и подошёл к стеклу. Похоже, что Ичимару Гин разболтался, значит, допрос может скоро закончится.

0

20

Сидя на жестком стуле, Кучики-сан в который раз корила себя за слабость и ждала, когда высохнут слезы. Ренджи тактично, как подумала девушка, отошел к стеклу, дабы не смущать ее и позволить привести себя в порядок, и Рукия была ему за это благодарна.

" - Ренджи, я знаю тебя так давно, дольше, чем кого-либо. И ты всегда мне помогал и поддерживал меня. А я, я всего лишь обуза для тебя," - фукутайчо опустила голову и посмотрела на шеврон лейтенанта, закрепленный на ее плече. " – Я думала, если нии-сама возьмет меня к себе, я смогу избавить тебя от этого груза," - печальный вздох.

Успокоившись и придя наконец-то в себя, Рукия поднялась со стула и подошла к Ренджи.
- Спасибо, - тихим шепотом произнесла девушка и, скользнув по руке Абарайя-тайчо, на мгновение сжала его ладонь. – Спасибо, Ренджи.

А тем временем допрос подходил к концу, по крайней мере, так думала Кучики-сан. Предполагалось, что капитан и лейтенант дозорного отряда помогут отконвоировать Ичимару в камеру, в противном случае, если бы допрос продлился дольше, Исе наверняка вызвала бы для конвоя усиленный отряд личной охраны Хитсугай, а дозорных отправила бы по делам. Но Нанао-тайчо этого не сделала, а, следовательно, она не собиралась пытать Ичимару расспросами.

Сквозь затемненное стекло, ярко освещенная комнаты была видна как на ладони – стол, несколько стульев, строгая Исе-тайчо, незванный гость Ичимару и пара охранников. Отсюда, из комнаты для наблюдений, можно было следить за ходом допроса. Обычно, здесь находились несколько аналитиков, которые следили за каждым движением допрашиваемого, пытаясь понять его цели, намерения и степень правдивости его слов. Но сейчас здесь были только дозорные. Видимо, Нанао-тайчо решила не привлекать толпу шинигами к делу, связанному с поимкой Ичимару, к тому же, для допроса она использовала какой-то странный прибор – Рукия никогда прежде не видела таких приборов и тем более не видела, чтобы с их помощью проводили допрос. Но лейтенант дозорного отряда нисколько не волновалась – Исе-тайчо была образцовым капитаном, и на нее можно было положиться – она идеально выполнит любое задание. Оставалось только ждать, когда Нанао-тайчо подаст сигнал и конвой двинется к тюремным камерам.

0

21

Несмотря на то, что Ичимару еще не был признан соратником шинигами и все еще оставался врагом и предателем, он уже начал делиться полезной информацией. Это радовало Иче-тайчо. За прошедшие три года она не получала настолько ценных сведений, как за последние несколько минут разговора с Гином, и это было только начало. По крайней мере, так думала Нанао. Перспективы сотрудничества с Ичимару были весьма заманчивы. Пользуясь только грубой силой, шинигами не смогли защитить Сейретей и даже стратегии капитанов Готей 13, не помогли одержать победу. Как тайчо аналитического отряда, Исе свято верила, что именно информация о противнике, поможет победить. А для того, чтобы Ичимару и дальше делился важными сведениями с шинигами, нужно было официально утвердить его как сторонника оппозиции, ведь хитрый и гордый лис навряд ли согласится сотрудничать, сидя в тюремной камере.

" - Сотайчо намерен сотрудничать с Ичимару. В противном случае, его бы конвоировали строже и сначала в камеру, а потом уже на допрос," - Исе-тайчо еще раз осмотрела Гина, оценивая его раны и отмечая, что нужно будет вызвать кого-нибудь из отряда Орихиме, чтобы оказать ему помощь. " – И все же, пока сотайчо не отдаст соответствующих распоряжений, его стоит держать под арестом."

Но проблема была в том, что сотайчо не мог отдать эти распоряжения, так как находился в госпитале, без сознания.
" - Я не могу самолично принять решение по поводу Ичимару, а это нужно сделать в кратчайшие сроки. Скоро уже весь город будет знать о его «возвращение». И, возможно, к его камере потянутся толпы желающих отомстить. Стоит созвать совет капитанов и принять совместное решение."

Отметив, что следует разослать бабочек-посланниц капитанам и, посетовав на то, что они, как всегда будут долго собираться, Нанао вновь все свое внимание обратила на Гина, который как раз рассказывал о технических возможностях своей одежды.
" - Нужно будет взять образец ткани и направить его в исследовательский отряд. Любопытно, что на это скажет Куротсучи-тайчо," - возможно, потому, что сотайчо был без сознания, Нанао посчитала себе вправе принимать самостоятельные решения по некоторым вопросам. " – А еще любопытнее, что на это скажет Киске Урахара."

Замечание Ичимару по поводу суффикса «-сама» Исе приняла к сведению, но ничего не ответила, а лишь привычным жестом поправила очки. Гладкие стеклышки в тонкой оправе блеснули в свете комнатной лампы, скрывая, расширившиеся от удивления, глаза девушки. Слова Ичимару повергли ее в шок.
" - Кёраку-тайчо?" – поначалу Нанао даже не расслышала о подробностях бунта в цитадели Айзена – сказанные Гином слова, нарушили скорлупу строгости и холодности, которой Нанао пыталась отгородиться от этого мира. Губы капитана аналитического отряда нервно дрогнули и сжались, а рука непроизвольно скомкала хаори, заставляя побелеть костяшки пальцев. Чтобы скрыть накатившее волнение, Исе собиралась вновь поправить очки, нужно было хоть что-то сделать, но, взглянув на свои подрагивающие руки, отказалась от подобной мысли.

" - Это просто случайное совпадение или он умышленно упоминает Кёраку-тайчо? Думаю, второе."
Как бы то ни было, но Исе-тайчо больше не могла продолжать допрос. Даже если у нее оставались силы, чтобы собраться и не броситься к Ичимару с расспросами, она не могла с уверенностью сказать, что следующая «случайно» оброненная фраза Гина не выведет ее из равновесия окончательно.
" - Информации достаточно. Я смогу подготовить отчет, а следующий допрос сотайчо, вероятно, захочет провести сам."

- Я получила всю необходимую информацию, - после непродолжительной паузы сказала Нанао. – На этом допрос окончен. Так как Хитсугайя-сотайчо находится в госпитале, решение по Вашему вопросу примет совет капитанов, но котором вы также будете присутствовать. До этого момента, из соображения Вашей же безопасности, Вы будете находиться под стражей, в тюремной камере, - Исе сняла с Ичимару детектор и убрала его в футляр.

Подав знак находившимся в соседней комнате Рукие и Ренджи, капитан аналитического отряда направилась к выходу, позволив двум офицерам из личной охраны сотайчо и руководителям  дозорного отряда «помочь» Гину подняться. Выйдя из комнаты для допросов, процессия во главе с Нанао отправилась к тюремным камерам.

Исе Нанао, Ичимару Гин, Кучики Рукия, Абарай Ренджи ------> Тюремная камера Ичимару

+1


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Комната для допросов