Bleach: Disappearing in the Darkness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Покои » Покои Гриммджо


Покои Гриммджо

Сообщений 31 страница 54 из 54

31

Ильфорт медленно приподнялся с колен и подошёл к изголовью кровати, где лежал его Господин и присел рядом, понимая немного свою вину, и что не стоило сильно так падать духом, потому что Гримм на удивление оказался даже немного добрым, так показалось Грантцу. Грантц молча взял лежавшее в углу одеяло и не говоря ни слова принёс этот кусок ткани оказавшийся тёплым и просто достаточно мягким чтобы можно было нежится, он укрыл им Сексту и присев вздохнул словно опускаясь в омут прошлого.
- Почему боюсь? Потому что, мне дорога моя ниточка жизни, а моё оправдание не настолько хорошо, чтобы ты мог спокойно отпустить меня. Я расскажу это только тебе и никому больше, ты мой повелитель, в конце концов, и ты приказываешь. Это очень долгая история, если я правильно сумел уловить ход времени с тех пор. - Ильфорт полу сидел и глядя на своего синеволосого Сексту, печально улыбнулся вспоминая мельчайшие подробности своих странствий с тех пор, как он оказался между жизнью и смертью, он положил руку так чтобы опереться на неё и начал.

- Началось всё с того момента, когда мы твоя фракция последовали за тобой в Мир Живых, чтобы разобраться с рыжеволосым Куросаки Ичиго, насколько я помню имя этого ... шинигами. В том бою, я не знал, что шинигами опустили свои силы почти до минимума, я дрался, будучи уверенным, что это всё. Правда, у моего соперника появились друзья, и не очень слабые даже, но, активировав свой меч, я был уверен - победа за мной. И тут он хохоча говорит что, входя в мир Живых, они прячут больше 80 процентов их духовной мощи- Ильфорт сделал паузу и вздохнул словно вспоминая и снова повёл Гриммджоу за собой в омуты своего прошлого.
- За один удар он оттеснил меня и ещё за один почти прикончил, я рухнул на землю спиной, но уже не чувствовал вашей реяцу, я подумал что вы оставили меня... Господин... Что вы решили меня бросить, только потому, что я оказался тогда слаб. Я не видел того, что случилось с вашей рукой...- Грантц взял руку Сексты и сжал легко словно стараясь сочувствовать тому инциденту, и продолжил.

- Очнулся я уже, три года спустя. Очнулся в лаборатории брата, который вылечил моё тело, но моя память не вернуть ко мне полностью, и чтобы заполнить пропасть утраченного, во мне возник некто... Сошедший с ума отщепенец, считавший вас виновником всех злоключений моей души. Моим сознанием поочереди владели тот, кто был верен вам, и это... ничтожество. Я ушёл в Уэко, туда, где был рождён, и где встретил вас. Там я искал ответ, ко из них на самом деле есть настоящий я, в этих поисках сила моя возросла. Я был изгнанником некоего рода, я тренировался в драках с пустыми, я учился... И теперь я вернулся в Крепость,- Грантц чуть помолчал и, смотря в синие глаза, продолжал рассказ о печальных событиях.
- В тот день в Крепости я не нашёл вас. В тот день Айзен отдал распоряжение вернуть сбежавшего к врагу Ичимару, где тайный ход, или лаз у шинигами я не знал. Когда Дэсима предложил мне наведаться с ним и Кварто в Руконгай, я согласился не затем, что бы исполнить приказ Владыки, а потому, что мечтал найти вас или хоть какой-то след вашего реяцу.
В Руконгай нами за три года не особенно исследовался, есть лишь старые карты, на которых это всё ещё город, а не развалины. Если вас не было в Крепости, не было в Уэко, не было в мире Живых, я надеялся найти вас именно там. В общем, мы встретились и сразились с четырьмя офицерами, я с Ямми, в пылу боя меня снова переключило на вторую личность которую я не поборол и я ранив одного, убил другого. Был приказ взять пленного, а этот придурок Ямми... когда я ему говорю "Там за сугробом раненый", он убил всех...чёртов выродок...
- Грантц разозлился и в глазах промелькнула злость и ненависть.

- Я не люблю подводить, никого... затем пришёл Шаолон и уведя мня с собой так разозлил ту натуру, что заорав что во всём виноват ты, я развернулся и ушёл снова, в Пустыни где встретил весьма удивительного члена нашей Эспады, это был Квинта...он...он... не знаю, он по всей видимости возродился в Пустыне, он сообщил мне о смерти Заэля, и по моим догадкам были некие ренегаты среди Эспад. Не знаю, кроме Заэля и Джируги мало кто мог на такое пойти, с другой стороны это глупо наверное идти вдвоём против всех Эспад, Заэль конечно гламурен и любит выпендриваться, но мой брат никогда бы не сделал ставки на что-то без веских причин. - Грантц поправил свои пряди и вздохнул продолжил эту исповедь без индульгенции, а может и помилуют, во всяком случае он узнает всё.
- Затем я про шатался малое время с ним, даже было место бою между нами, меня достало то что он упоминает меня, как слабого....я не слаб... теперь не слаб... и мы решили было идти с ним ещё куда-то, как вдруг появился вайзард с ножом... вместо зампакто, как оказалось он спокойно разделался со мной, и почти победил меня ... вот благодаря потрясению в душе, я сумел стать одним целым и вспомнить что произошло, я до боя с ним думал, что прошло малость, какие-то там 3 дня. А прошло почти два с половиной, а то и три года пока я валялся в коме с той  драки. Я выжил и порвав просто связи,скользнул в Гарганту решив снова уйти в Крепость, и вот я здесь... я не поверил глазам когда увидел вашу реяцу, и это конец моих блужданий. Спрашивайте, если что-то неясно... или непонятно- блондин поник головой и смотрел в его глаза с усталостью, он так измучался пока, наконец-то нашёл Сексту, и что тот теперь станет делать неизвестно, в любом случае надо ждать.

Отредактировано Ilforte Grantz (2009-01-22 18:57:32)

0

32

Гриммджо удивленно посмотрел на Ильфорте, мало того, что принесшего одеяло, да еще и укрывшего арранкара. Секста почувствовал тепло от мягкой ткани и осторожно повернулся на бок, чтобы легче было слушать рассказ фрассиона. Тот начал длинный рассказ, говоря  о том, что с ним происходило. Джаггерджек задумчиво посмотрел на Гранца, размышляя над его словами.

" - Ну, то, что произошло тогда, я примерно знаю. Было время поинтересоваться, какого черта мою фракцию за раз уничтожили шинигами… Решил, что я его оставил… вот идиот. Я ведь даже не заметил сначала, что их реацу исчезла, слишком был занят да и уверен в том, что фрассионы не проиграют… И узнал о том, что же все-таки произошло, лишь когда Тоусен приперся… Ладно, это все равно ничего не объясняет, где Ильфорте был столько времени."

Джаггерджек вынырнул из своих мыслей-воспоминаний, когда пятнадцатый взял его за руку, несказанно удивив арранкара. Секста недоуменно посмотрел на фрассиона, но промолчал, поскольку Ильфорте вновь продолжил говорить, давая пищу для размышлений о том, что же все-таки произошло.

А произошло довольно много, начиная от блужданий арранкара по пустыне, заканчивая его ссорой с Шаолоном и последующим возвращением в пустыню. Это рассмешило и разозлило Шестого Эспада. Он фыркнул, насмешливо посмотрев на поникшего Гранца. Ни жалости, ни сочувствия, разумеется, не было. Даже злости особой не было. Разве что злость на то, что Ильфорте решил, что он, Джаггерджек, предал свою стаю. Все-таки, если арранкар и жалел когда-либо о чем-то, так это о том, что от стаи осталось так мало. Ведь даже арранкар или Пустой привыкает к кому-то, если вместе были столько времени.

- Ты идиот! И Шаолон тоже! Оба! – в насмешливо-злом голосе Сексты были нотки раздражения на все и вся. – Мне вот интересно, как можно было заметить мою реацу только сейчас? Хотя… ты говоришь, что был в Пустыне… А, ладно. Черт с этим. Вернулся, значит, вернулся. Но если я от тебя еще хоть раз услышу подобное заявление о том, что я вас тогда бросил, я тебе просто голову оторву!!!

Джаггерджек нахмурился, глядя в глаза Ильфорте. Хотелось как следует того ударить, чтобы дурь вся вышла, но арранкар не стал этого делать. Мало ли. Снова еще что-нибудь с головой Гранца случится, а фрассион с раздвоением личности может доставить одни лишь проблемы. Гриммджо вздохнул и, устроившись поудобнее, натянув одеяло как можно выше, продолжил более спокойным голосом, чем до этого.

- Итак, и что же ты намерен делать дальше? Останешься со мной до конца или снова уйдешь в пустыню? Выбирай, пока даю такую возможность. Потом за любую малодушность или попытку сбежать лично догоню и убью.

Арранкар внимательно посмотрел в глаза Ильфорте, размышляя о том, с чего это он сегодня такой добрый. Устал что ли? Или просто рад видеть фрассиона? Гриммджо не знал и задумываться еще больше над этим не собирался, просто решив оставить все как есть.

" - До конца… А ведь может и действительно до конца. Если кто-либо расценит мои действия как предательство… Хм… Ну хотя бы повеселиться я точно смогу, а то в этой чертовой Крепости целых три года, как в каком-то непрерываемом болоте. Все тихо, относительно мирно. Ни подраться, ни убить никого, все шинигами попрятались, дракам с Хичиго все время мешал Тоусен, чтоб ему, а других сильных арранкров либо не было, либо не получалось столкнуться в драке. Еще немного в подобном темпе, и я вообще разучился бы сражаться…"

Секста вынырнул из размышлений и внимательно посмотрел на Ильфорте, нетерпеливо ожидая его ответа.

Внешний вид: Новые, слегка помятые, куртка и хакама. По всему телу, особенно на руках, слегка побледневшие пятна от ожогов, оставленные серо. На боку свежий шрам. Волосы растрепаны, потеряли изначальную форму прически, и теперь челка падает на глаза, да и остальные волосы лежат кое-как.

0

33

Ильфорт решился таки, сказать Сексте что он думает по поводу бросания службы и его тихий ответ шелестом разнёсся по спальне.
- Нет, я не брошу вас. Я вас искал столько времени, и ради того, что бы сказать вам " Я ухожу"? Нет… вы плохо обо мне думаете, я плохой слуга, но не настолько. Я не идиот, я всего лишь потерял половину своих способностей после лечения у брата. Как иначе я бы мог найти вас? Можете меня ударить и разломать мне кости, но я отрицаю ваши слова, я думал вы поймёте, а вы… орёте мне идиот, потому я оказался слабее. Печально сознавать что вы так и не поняли, жертвы которой я принёс… Делайте что хотите, я подчинюсь.

Грантц сидел на постели и смотрел в глаза Сексты спокойно и уверенно, даже если бы в его челюсть сейчас врезался кулак, он бы спокойно перетерпел все лишения и обиды. Он нашёл своего господина, остальное теперь не имеет значения.
-Убить хочешь? Убивай… я в твоём распоряжении, посмертно.
" - Наконец-то я снова смогу быть при нём и помогать ему, хотя после его слов убежать точно захотелось бы многим. Но не мне, я останусь, я смогу доказать что я достоин его и может быть даже смогу скоро встать на место этого жирного Ямми. Ильфорт Грантц - Дэсима Эспада, Заэль в гробу удавит себя своим зампакто. Хотя нет для Эспады, нужен высокий уровень, намного выше моего и наверное владение какой-то техникой в релизе. Эх, но что я могу? Заэль мне говорил что такое вряд ли возможно, но верить Заэлю... значит верить на 50%. Ксо, возможно ли достижение высшего уровня, путём тренировок и упорного накапливания сил? Если да, то я стану сильнее..."

0

34

Гриммджо вздохнул, поворачиваясь на спину и закрывая глаза, не собираясь что-либо объяснять фрассиону, который ничего не понял. Джаггерджек фыркнул и относительно спокойным голосом сказал:

- Жертва? Да, не понял. Что же это за жертва? Потаскаться по пустыне в компании с Нноиторой? Или то, что ты чуть не умер по своей же глупости, напав на противника, который намного сильнее тебя? – Секста немного помолчал и добавил. – К тому же ты меня, похоже, не слушал. Я еще раз повторю: я тебя убью лишь тогда, когда ты смалодушничаешь и убежишь.

Джаггерджек раздраженно сел на кровати, сбросив одеяло. Под куртку тут же забрался прохладный воздух комнаты, но арранкар не обратил на это ровно никакого внимания, глядя на Ильфорте. В глазах Шестого сейчас было только раздражение, смешанное с усталостью, да ярость от почти проигранного боя. Хотя почему почти? Именно проигранного. Хичиго ведь его просто вырубил, хотя мог и убить. А это жутко бесило, заставляя сжимать кулаки и машинально тянуться к замакто. Но Гриммджо пока держал себя в руках и не бросался искать Хичиго, чтобы ему как следует врезать, да и возможности такой пока не было.

" - Черт, как же это все бесит. Жертвы, подчиняюсь… Еще бы не подчинился! В конце концов, он фрассион, а значит должен подчиняться. Да и еще тогда, когда мы все были Пустыми, он вместе со всеми поклялся мне в верности, разве нет? Хотя, к черту все это… Сейчас от стаи почти ничего не осталось, а мы уже не Пустые… Ладно, к черту эти размышления, посмотрю, что же скажет Ильфорте…"

Гриммджо снова лег на спину, закрыв глаза, но даже не собирался дремать или спать. Просто устал, ведь день был весьма насыщенным, да и эта драка у входа… Естественно, что даже выносливый Секста в конце концов устал...

0

35

- Лучше забудьте, вам не понять моих слов, боюсь, что мало кто поймёт их. Я слишком разговорчив стал для фрассьона, прошу простить и забыть. Я слушал внимательно, просто я готов смиренно принять свою участь, избранную вами, несмотря на то, да думаю вы и сами уже почувствовали, что мой уровень силы увеличился. Я не уверен, сумел ли создать свою технику в форме, но что-то близкое я чувствую... Я не покину вас, даже если сдохну на месте. Другой вопрос, что нас ждёт? Я хотел бы узнать, что вы планируете в дальнейшем. Ещё  сегодня хотелось бы успеть заглянуть к брату в лабораторию... Он погиб, но у меня осталось там кое-что, что я хотел бы унести с собой...- глаза Пятнадцатого странно блеснули, он решительно задумал что-то, странные воспоминания проносились перед глазами и лицо Ильфорта больше теперь напоминало очерченный профиль статуи которую увековечили, за неизвестные деяния.

Блондинистые пряди спускались по спине и укрывали фигуру делая её почти женской, наверное Грантцу суждено было стать прелестной дамой, а судьба решила подшутить и наделить этого арранкара такой вот внешностью больше подходящей для красивых моментов, чем для боя. А помимо красоты достаточной во внешне виде, она наделила его невольно кроме рогатых конечностей ещё и рогами вообще: упрямый и твердолобый Ильфорт протаранил бы собой насквозь любого если бы был сильнее, он всегда был прям и относительно честен, чуточку заносчив, но в последнее время очень изменился.
Стал больше аккуратным и подозрительным, природная упёртость теперь проявлялась в других качествах, куда более аккуратней стал и сильнее опытом, теперь он понимал ту истину, из-за которой собственно и проиграл. Он сидел и ждал что скажет ему Секста, может предложить рвануть куда-то, может ещё что-то.

0

36

Губы Гриммджо сами собой растянулись в ухмылку, когда он услышал слова Ильфорте. Джаггерджек приоткрыл глаза, с насмешкой глядя на фрассиона, и веселым тоном заявил:

- А в дальнейшем я планирую найти шинигами и как следует развлечься!

Всех своих планов Секста не стал говорить даже фрассиону: незачем. Да и не надо было, чтобы Гранц забивал свою блондинистую голову лишними мыслями. Тут до Шестого «дошли» последние слова Ильфорте. Арранкар фыркнул и повернулся на бок, отворачиваясь от фрассиона: он никак не мог найти удобного положения, при котором усталые мышцы могли отдохнуть, а ссадины быстрее затянуться.

- Иди куда хочешь. Я в любом случае пока что собираюсь как следует поспать. Только не вздумай снова пропадать куда-либо! Хотя, я не понимаю, что могло тебе понадобиться в лабораториях «братишки». Может, просветишь меня?

Все это Секста говорил, закрыв глаза, отвернувшись от Ильфорте, почти уткнувшись в подушку, отчего голос звучал довольно глухо, и даже привычных насмешливо-злых интонаций было почти не слышно.

" - Ха! Чувствую, это будет напоминать скорее бегство, чем прогулку… Вон, Ильфорте уже решил вещей с собой захватить. Шаолонг наверняка тоже чушь какую-нибудь придумает. Или не брать их с собой вообще? Не знаю. Потом подумаю. Хм... Может, не разрешать Ильфорте ходить в лабораторию? Нахватается еще какой-нибудь дряни. Да и после боя там наверняка все полуразрушено. Я в этом уверен. Хотя, к черту, пусть делает что хочет, пока это не может помешать мне. "

Ссадины уже совсем не кровоточили, но стало только хуже. Каждая, даже самая мелкая, царапинка жутко чесалась, а синяки ныли. Джаггерджек испытывал почти непреодолимое желание расчесать ссадины в кровь, чтобы хоть как-то унять невыносимый зуд. Все-таки в быстрой регенерации были и свои минусы, и это один из них. И арранкару приходилось терпеть и на всякий случай засунуть руки под подушку, чтобы не было искушения почесать заживающие ранки, хотя хотелось сделать как раз наоборот, но Шестой упрямо боролся с глупым желанием.

0

37

- Тебе лучше лечь на живот и положить под живот подушку, она прохладная чуть и раны не так будут саднить, да и пройдёт быстрее, да и чесаться поменьше будет,- Грантц встряхнул одеяло и положил его другой стороной чуть прохладной на Гриммджоу, так бы оно хоть чуть-чуть бы охладило чесотку и желание расчесать до крови раны, которые едва затянулись и расчёсывание бы повредило скорейшее выздоровление.

- Приятных снов, если ты конечно их видишь, господин... я вижу лишь мрачные картины прошлого,- слова спокойные, движения лёгкие, если бы смотреть со спины то точно бы казалось милая "девушка" укладывает спать уставшего мужа или друга, как только девушка повернулась картина рассыпалась осколками и почернела, молодой человек спокойно поглядел на лежащего и вздохнул понадеявшись что плохого ничего не станет.
Шаги прозвучали у двери и последние слова обращённые к Нему, господину светловолосого арранкара. Слова прозвучали точно Ильфорт был по меньшей мере Септимой Эспадой, или даже Октавой.

- Я приду, по первому намёку на то что вы проснулись... Гриммджо-сама... я пока пойду, пойду...,- туманные слова и сонидо, которому Грантц учился с потрясаемой скоростью, для фрассьона Гриммджо он был очень и очень быстр, в конце концов Грантц вырос за последнее время и очень сильно, оставив прошлое он решил таки зайти к собратьям по месту в Эспаде. Сонидо переносило его быстрее чем нужно, и поэтому он промелькнув через корридор точно белая линия с жёлтой каймой снова оказался у входа в комнату где сидела остальная братва.

--------> Комната Кейко Казе

0

38

" - Вот нахал! Так и не ответил на мой вопрос... А, к черту... Хочу спать... Потом с ним разберусь... Как-нибудь потом... Хм... а одеяло-то прохладное, совсем немного, но все же. А все равно чешется! Нельзя, нельзя чесать! Чтоб им всем! Особенно Хичиго с Йоруичи! Додумались, черт! Серо и Кидо! Так, стоп. Я жалуюсь, что ли? Нет уж! Хрен с ранами! Заживут... Уже заживают, но че-ешутся!"

Гриммджо не выдержал и с остервенением почесал зудящий шрам на боку. На секунду кольнуло болью, но зуд немного успокоился. Ильфорте вышел из комнаты, оставив Сексту наедине со своими мыслями и мрачными перспективами. Арранкар снова лег на спину и слегка поерзал, шершавая ткань простыни отлично сгодилась для того, чтобы почесать ранки на спине. Джаггерджек блаженно зажмурился и задумался.

Шинигами были вне досягаемости, от Эспады, в частности от Халибелл, могли поступить неудобные вопросы, на которых ответов не было, что будет делать Хичиго - непонятно. Ведь у него же были причины с такой настойчивостью раз за разом спрашивать, как и зачем Гриммджо связался с шинишами. Сейчас, спокойно лежа у себя в комнате у Шестого было время подумать над этим, но... Джаггерджек так хотел спать, что все мысли были какими-то бессвязными и смутными. Все же эта драка с Хичиго изрядно вымотала арранкара. Секста решил пока не думать ни о чем и просто поспать, пока есть время и возможность. Арранкар вздохнул и повернулся набок, закрывая глаза, и почти тут же отрубился, уснув неспокойным сном, часто просыпаясь от каждого громкого звука.

0

39

--------> Тронный зал

Сведя общение со своей спутницей до необходимой, бытовой вежливости, Халибел не тратя далее времени, отвела Унохану в её камеру. Даже с учетом того, что занпакто осталось у шинигами, та не демонстрировала угрозу и, посчитав, что такого и было решение Айзена-сама, Терцеро не стала забирать у женщины явное оружие. Убедившись, что к камере подошел эскорт из нескольких нумерос, Халибел свернула в коридор, ведущий к покоям Эспады. Даже если в её мыслях и присутствовало сомнение на счет целесообразности такой откровенно слабой охраны для шинигамского капитана, это не коем образом не отображалось на её спокойном лице.

Присутствие своей фракции ощущалось близко, намного ближе, чем мог бы находиться Руконгай, следовательно, они уже вернулись из похода по снежной пустыни и, судя потому что очереди с докладом все ещё не было, он оказался безуспешным.
" - Отрицательный результат это тоже результат," - думала Халибел, бесшумно шагая по белому и на удивление пустому коридору. Без привычного сопения, переругивания и пихания за спиной было как-то даже не привычно. Определенно казалось, что Терцеро что-то забыла, но инцидент с Ичимару сейчас казался серым и не важным, на фоне всех событий, случившихся в Крепости, - " Позже надо будет их расспросить, а сейчас пусть греются и отдыхают".

Проходя мимо развороченных покоев Сексты, изначально направляющаяся к себе Халибел остановилась. Ей хотелось бы наконец-то переодеться и привести себя в порядок, но с другой стороны, раз уж Джаггерджек никуда не делся и находился у себя в комнате, можно уже не искать его по всей Цитадели. Учитывая, что сама Халибел нисколько не смущалась своего внешнего вида (о каком смущение вообще можно говорить у арранкара с весьма ограниченным эмоциональным диапазоном?!), и более неотложным считала разговор с тем, кто укрывал в Крепости капитана шинигами, чем свою одежду, её выбор был определенным.

Пройдя в открытую дверь, точнее минуя её остатки, Халибел мельком глянула на суетящихся над восстановлением комнат Сексты нумерос. Точно такие же сейчас наверняка трудились в лаборатории, правда, с большим риском для жизни, учитывая тягу к экспериментом, ловушкам и прочим порождениям ученой шизы её бывшего хозяина.
- Гриммджо, - негромко предупредила о своем присутствие Халибел, проходя дальше вглубь покоев. Вид у гостиной, по сравнению с тем, что Терцеро оставила, уходя в сонидо к лаборатории, был уже вполне сносным. Крупные обломки уже убрали, пол подмели и сейчас старательно заделывали трещины и дыры в стенах и потолке, пытаясь однако не беспокоить хозяина. Халибел же, для которой отдых Сексты стоял чуть ли не на последнем месте в списки приоритетов, ни чуть не таясь зашла в спальню. – Вставай. Мне хотелось бы с тобой поговорить.

Внешний вид: волосы растрепаны, воротник отсутствует, открывая обзор на лицо Халибел. Привычная короткая куртка сожжена церо. На плечи накинуто косодэ Владыки, полы которого Халибел слегка придерживает левой рукой.

+1

40

Гриммджо видел что-то вроде отрывочных снов, которые быстро прерывались и сменяли друг друга. Впрочем, вряд ли это можно было назвать снами, скорее, воспоминания. Арранкар в очередной раз проснулся, услышав довольно-таки громкий удар там, где работали фрассионы, и практически сразу почувствовал реацу Халибелл. Тут же послышался ее спокойный тихий голос. Джаггерджек ругнулся, садясь на кровати, и крайне недружелюбно уставился на вошедшую Третью.

Сна не было и в помине, а глаза оставались ясными, в которых не осталось и следа от сонливости или не понимания, что вокруг творится. Сейчас в голубых глазах Сексты ясно можно было увидеть лишь раздражение на то, что его разбудили, не дав толком поспать, ненависть и ярость, и где-то на самом дне, практически незаметно - горечь от поражения в битве. Впрочем, про эту горечь известно наверняка было лишь одному Гриммджо, и он не собирался ее кому бы то ни было показывать.

- Да? И о чем же?

Не то, что бы он действительно не понимал, о чем хочет поговорить Халибелл, но прикидываться идиотом, не способным даже на простейшие мысленные операции, было выгоднее. Авось пронесет. Хотя надеяться на это особо не стоило. Секста вздохнул и окончательно сел на кровати, отшвырнув в сторону одеяло и свешивая ноги вниз. Арранкар нахмурился и задумчиво почесал шрам на виске, глядя в сторону Терсеро. Вставать он не собирался, впрочем, как и предлагать присесть гостье.

" - Вот черт, так и думал, что она наведается ко мне. Я скорее удивлен тем, что она только сейчас решила поговорить и уж явно не о погоде. И что мне ей врать? Не правду же говорить. Если я ей все расскажу как есть – в следующее мгновение я уже труп. Если от меня хоть пепел после этого останется – уже можно радоваться… Тьфу ты, о чем я думаю? Лучше быстро сочинить нечто правдоподобное, может пронесет и она меня сразу не убьет? По крайней мере, в ближайшее время, а там я уже что-нибудь придумаю."

Внешний вид: Новые, слегка помятые, куртка и хакама. По всему телу, особенно на руках, слегка побледневшие пятна от ожогов, оставленные серо. На боку свежий шрам. Волосы растрепаны, потеряли изначальную форму прически, и теперь челка падает на глаза, да и остальные волосы лежат кое-как.

+1

41

Терцеро следила за каждым движением  Гриммджо, ища любое проявление эмоций, совсем не потому, что опасалась нападения или другого проявления агрессии со стороны Сексты, который был на целых три ступени ниже её как по иерархии, так и по силе. Девушка хотела оценить его состояние ещё до того, как начнет задавать вопросы, хотела знать, чего можно ждать от загнанной в угол кошки. Но Джаггерджек не выглядел ни виноватым, ни даже испуганным. Он не был удивлен появлению Халибел и вполне вероятно, что даже ждал и опасался его, но судя по тому, как тянет время, ответы на возможные вопросы ещё не подготовил.

" - Что ж... это было глупо с его стороны, но хорошо для меня. Значит, либо мне придется быть свидетельницей активного творческого процесса под названием “ложь”, либо торжества правдs? Но на второе надеяться на первое особо", - Халибел не оставляла надежды на то, что ему хватит ума хотя бы не лезть на рожон, но зная вспыльчивый характер Гриммджо, зеленые глаза исследовали повреждения арранкара, оценивая их опасность и риск возможной активности. - "Хотя шинигами и говорила, что рана может открытья, я не вижу особого риска, но проверять на прочность лечебные таланты Уноханы не хотелось бы", - потерять три члена эспады за один день было бы более чем печально. Это было абсолютно недопустимо! И пока Айзен-сама не вынес свой приговор по его вопросу, Терцеро хотелось бы знать, что произошло на самом деле.

- Похоже, ты совсем не рад меня видеть, Гриммджо, - проговорила девушка с едва заметной улыбкой в голосе. Она прекрасно понимала, что Джаггерджек, чуждый изворотливости и лицемерию, намерено грубит ей. Это не только не задевало её чувство собственного достоинства, но и скорее потешало, вызывая ответное желание подшутить над Секстой. – Возможно, битва утомила тебя, поэтому можешь не вставать, приветствуя меня, - произнесла Халибел, закрыв за собой дверь и облокотившись на неё таким образом, чтобы никто не мог ни выйти из комнаты, ни зайти в неё, не потревожив при этом Терцеро Эспада, а на это мало кто пойдет. Обеспечив, таким образом, состоятельность и некоторую конфиденциальность их разговора, арранкар привычно сложила руки под грудью и внимательно посмотрела в голубые глаза Сексты.

- Гриммджо, я никогда не считала тебя глупым, поэтому выслушай меня, прежде чем совершить ещё одну глупость. Сегодня Заель, Ннойтра и Киораку напали в лабораториях на Айзена-сама. Учитывая, что первые два скончались, а шинигами был без сознания, узнать причины и цели подобного действа пока не удалось. Скажи, ты знал что-нибудь готовящемся бунте? - Халибел намеренно начала разговор не с шинигамской принцессы, которую Секста волей-неволей защищал, а с бунта, события, казалось бы, нейтрального по отношению к Джаггерджеку.

Внешний вид: волосы растрепаны, воротник отсутствует, открывая обзор на лицо Халибел. Привычная короткая куртка сожжена церо. На плечи поверх занпакто накинуто косодэ Владыки, полы которого Халибел слегка придерживает левой рукой.

0

42

Гриммджо с некоторой тревогой смотрел, как Халибел прислонилась к двери, отрезая путь к бегству. В принципе, оставалось еще и окно, но выпрыгивать в метель не очень-то хотелось, к тому же не было пока что причин. Но неожиданное перекрытие выхода наводило на неприятные мысли. Джаггерджек нахмурился, сосредотачиваясь на словах Терсеро, и решил последовать ее совету, то есть послушать, что она скажет и раньше времени не возникать.

Но речь пошла совсем не о том, чего ожидал Секста. Он думал, что Третья станет выспрашивать про шинигами, но она заговорила совсем про другое, про битву в лаборатории, сбивая арранкара с толку. Шестой машинально начал прикидывать, чем ему это грозит, и что ответить Халибел. Пусть он и был непричастен к этому бунту, и даже не знал о нем, но вопрос этот заставлял напрягать ударенную голову в попытках просчитать мотивы Халибел. Ведь не зря же она завела этот разговор? Впрочем, попытки остались попытками, а Гриммджо, слегка вздохнув, заговорил намеренно ленивым голосом:

- Я понятия не имел об этом бунте. Даже подробностей того, что случилось, не знаю. А уж о том, что этот бунт готовился, понятия не имел, меня как-то не удосужились просветить.

На лице Джаггерджека словно сама собой появилась нахальная усмешка. Он прекрасно понимал, что про Йоруичи его еще спросят, но лишний раз показать, что страха совсем нет, не помешает. Впрочем, страха действительно не было. Ни капли. Да и чего ему бояться? Разве что умереть, не успев отомстить, но… Вряд ли его ждала смерть. Ведь терять еще одного Эспада Айзен вряд ли захотел бы. Хотя кто знает, чего хочет, а чего нет Владыка? В любом случае арранкар прекрасно знал последствия своего поступка, и был готов к тому, что последует наказание. Впрочем, не впервой.

" - Когда-нибудь я доиграюсь, и Айзен меня все-таки убьет. Или не Айзен, а Улькиорра, или Халибел, или Хичиго, или еще кто… Но ведь без риска жить просто скучно! Ходить по самому краю дозволенного, разве это не весело? Хотя падать очень не хотелось бы. Но и трястись за свою жизнь я не стану никогда. Нет ничего такого, чего бы я боялся потерять. Ни место в Эспаде, ни жизнь, ни здоровье."

Внезапно Джаггерджек вспомнил слова Ильфорте. Тот говорил о том, что некоторое время провел в Пустыне вместе с Нноиторой, но тот же скончался. А значит, вернулся в Уэко Мундо? Или произошло еще что-то? Впрочем, сейчас арранкару было не до этого, но на заметку взять стоило. Мало ли…

0

43

Особой любви между "братьями" арранкары не испытывали. Редко, очень редко они заводили какие-то дружеские отношения. Чаще же всего весь диапозон общения арранкаров сужался до "хозяин" и "подчиненный", но... Члены Эспады очень ревниво относились к своим местам, иначе бы не заняли их. Несмотря на внешнее безразличие, мало кто остался бы спокоен, скажи ему, что кто-то из них, из десятки избранных проиграл, мало кто остался спокоен при упоминании бунта против Айзена, но Секста, очевидно, был слишком занят своими проблемами.

- Наверное, ты задаешься вопросом, почему я начала  этот разговор именно со сражения в лаборатории, - произнесла Халибел, прослушав ответ Гриммджоу. - Одна мысль о том, что Заель мог начать или вступить в бунт против Владыки вводит меня в состояние глубокой озадаченности. Гранц очень долго шел к своему месту в Эспаде и то, что он решил им рискнуть, могло означать только одно вещи - ученый хотел поднять свой статус и был уверен в своих силах. Последнее возможно только при большой поддержке, поэтому я и спросила тебя про бунт. Любой, кто был выше Октавы по статусу, мог оказать ему поддержку.
Она не подозревала конкретно кого-то, в это и была основная сложность. Фактически любого в Эспаде можно чем-то зацепить, привлечь, завлечь. Единственного, кого Халибел не подозревала в возможном предательстве, был Улькиорра, но остальные... Мотивы Неллиэль ей были совершенно неизвестны, Сексте лишь бы пойти вопреки, Ннойтре лишь бы доказать свою силу, Барраган держится за свой статус, Старк... был ещё одной темной лошадкой, казалось бы, безразличной ко всему. Халибел не верила в безразличие, только в спокойствие.

- Скажи мне, Гриммджо, важна ли для тебя твоя жизнь и место в Эспаде? – голос Терцеро оставался каким-то нервирующе спокойным, повседневным, ровным, без каких-либо оттенков. Таким голосом спрашивают у незнакомого человека, по недомыслию благожелательного хозяина, сидящего рядом, подать солонку, но никак не спрашивают, собирается ли он дожить до завтрашнего утра. – Любой поступок можно преподнести по-разному, все зависит лишь от твоего желания выжить. Зачем ты привел Шихоуин Йороучи в Цитадель? 

Внешний вид: волосы растрепаны, воротник отсутствует, открывая обзор на лицо Халибел. Привычная короткая куртка сожжена церо. На плечи поверх занпакто накинуто косодэ Владыки, полы которого Халибел слегка придерживает левой рукой.

0

44

Гриммджо буквально застыл, широко раскрытыми глазами глядя на Халибел. Сначала ее слова не воспринимались всерьез, ведь он же не участвовал никаким боком в бунте, но потом Джаггерджеку в голову пришла довольно странная для него мысль: ведь обвинить можно и невиновного, а уж сам Секста был не таким уж и невиновным. Да, он не участвовал в бунте, но он привел в Крепость Шихоуин Йоруичи, врага. При этом он прекрасно осознавал свои действия и последствия этих действий, если их обнаружат.

Собственно, их и обнаружили. А теперь арранкару срочно приходилось придумывать, что сказать, что сделать и как поступить. Внезапно Терсеро снова заговорила, окончательно сбивая Шестого с толку, словно мысли читала. Гриммджо нахмурился и все же полностью поднялся с кровати, почти твердо вставая на ноги: надо было быть готовым ко всему, в том числе и к атаке. Хотя последнее было сомнительно, вряд ли Третья стала бы его атаковать. Арранкар не испугался слов Халибел, сказанных таким спокойным тоном, но немного занервничал. Впрочем, он тут же усмехнулся, нагло заявляя:

- Я не трясусь ни за свою жизнь, ни за место в Эспаде, но и терять их просто так не хочется! – Джаггерджек замолчал, нахмурившись, но продолжая нахально усмехаться, и внезапно почти спокойным голосом вновь заговорил. – А не все ли равно? Спроси у нее самой!

Секста понимал, что такая наглость не могла ему просто так сойти с рук, и что Халибел сейчас может спокойно его убить, и никто ей ничего за это не сделает. Поэтому арранкар напрягся, готовый броситься в сторону или к окну, чтобы избежать атаки. Глупо погибать от рук Терсеро не хотелось.

Внешний вид: Новые, слегка помятые, куртка и хакама. По всему телу, особенно на руках, слегка побледневшие пятна от ожогов, оставленные серо. На боку свежий шрам. Волосы растрепаны, потеряли изначальную форму прически, и теперь челка падает на глаза, да и остальные волосы лежат кое-как.

Отредактировано Grimmjow (2009-02-16 17:03:38)

0

45

Халибел незаметно улыбнулась, наблюдая за реакцией Сексты. Зверь был встревожен и готовился к возможной атаке, но все ещё хмурился, скалился и хамил. Гордый король едва не ставший одиноким нагло шел на рожон.
"Но похоже, ты начинаешь осознавать свое воистину шаткое положение, Гриммджо. Когда-то Тоусен Канаме отрезал тебе руку, потому что из желания перебить всех возможных неприятелей Айзена-самы ты необдуманно привел свою фрассию на убой. Твою ошибку удалось исправить значительно позже, но удалось, все выжили, а мы приобрели дополнительную информацию, но Канаме-сан все равно настаивал на наказании. Что он предложит сегодня, когда Айзен-сама решит задать тебе Гриммджо тот же вопрос, что и я? Пошлешь ли ты Владыку допрашивать Принцессу или все-таки удовлетворишь его любопытство?"

- А как хочется? - зеленые глаза не отрываясь смотрели на Джаггерджека, поднявшегося со своей постели. - Сядь, Гриммджо, если мне вздумается тебя убить, тебя не спасут твои неверные ноги, - Халибел отвернулась от Сексты, глянув в окно, а там за белыми стенами на белую снежную землю падал мелким, мерзкий, холодный, белый снег. Вот уже три года падал, не останавливаясь не на мгновение. За эти годы Терцеро успела его рассмотреть в любом виде - большим и маленьким, величественно летящим и стремительно несущимся к земле. День ото дня менялись лишь малейшие критерии, но не суть - за окном Цитадели всемогущего Айзена шел снег, который возможно, не мог остановить даже он. - Нет ничего постыдного в том, что ты держишься за свою жизнь, Гриммджо. Не нужно воспринимать это как сомнение в твоей смелости. Существо, не борющееся за выживание, недостойно жить.
Истина, которую, казалось бы, должен знать каждый, выводилась Хогиоку из разума арранкаров так же, как туда проникали ложные чувства – гордость, безрассудство, желание кому-то что-то доказать... Арранкары теряли инстинкты, обрастая всем человеческим так, как земля Сейрейтея обрастала снегом.
Слой за слоем теряя свой изначальный облик, что они получали взамен? Силу, разум, статус и невнятные желания.

- Если не хочешь терять то, что принадлежит, по-твоему мнению, тебе, борись за это. Любой поступок можно преподнести по-разному, - повторила Халибел, делая упор на своих словах. В действительности, она не желала зла Сексте, хотя и была готова в любую минуту остановить его, если он перейдет положенную ему границу. - Мне известно, что ты привел в Крепость Йороучи и даже защищал от меня и Широзаки. Так или иначе, её поймали, и твоя возможная добыча стала достоянием Владыки. Я без труда могу догадаться, что ей здесь было нужно, но не могу понять, что нужно было тебе от неё.
В действительности, она не сильно жаждала тайны местонахождения шинигами или лавров за поимку одного из них, хотя не отказалась бы от подобных знаний, открывающих глаза на причину трехлетних пряток. Халибел была и останется третьей до тех пор, пока не появится кто-нибудь сильнее её. Этого факта не изменит ни цеплятельства за это место, ни желание прислужить. Если Терцеро что-то делала, то больше из стремления удовлетворить собственное любопытство, чем выполняя приказ. А сейчас не было даже приказа.
- Разумеется, я могла бы спросить у Йороучи как и где вы встретились, но боюсь она не в состоянии отвечать на мои вопросы. Ждать, пока она сможет вынести мое общество, у меня времени нет. Тем более что я сомневаюсь в её знание твоих мотивов, Гриммджо.

0

46

Гриммджо лишь фыркнул, не отвечая на вопрос Халибел, возможно, он и сам не знал этого ответа. Как хочется? Никак не хочется. Жить все равно хотелось, не хотелось просто сдохнуть. Хотя можно ли это назвать жизнью? Джаггерджек никогда не задумывался. Когда-то он был жив, наверняка имел семью, друзей, или еще что-то, полагающиеся живым, но это время давно исчезло, и даже тени воспоминаний не осталось.

Арранкар тряхнул головой, не желая слишком сильно задумываться, и скрестил руки на груди, облокачиваясь плечом о стену. Естественно, он не стал садиться на кровать. Просто из упрямства. Секста задумчиво уставился в спину Терсеро, понимая, что притворяться или прятать растерянность бессмысленно. Третья, казалось, видела его насквозь.

" - Зачем она это все говорит? Я и сам все это прекрасно знаю! Сожри, или сожрут тебя. Простая истина. Или я уничтожу всех, кто мне мешает, или уничтожат меня. А жить все равно хочется, хотя бы ради того, чтобы сражаться. Вновь и вновь. Ведь для чего еще нужно жить? Какая разница? Я просто не позволю никому уничтожить меня, вот и все. И плевать, сильнее мой противник или слабее. Я уничтожу всех."

Халибел снова заговорила, вырывая Гриммджо из потока непрошенных мыслей. Арранкар довольно оскалился, припоминая свою первую беседу с шинигами. Йоруичи ведь знала его мотивы, но… вряд ли стала бы говорить. И вовсе не из-за желания сохранять это в тайне, а просто чтобы устроить лишнюю пакость арранкаром. Впрочем, то, что Шихоуин поймали, было плохой новостью. Он все-таки обещал вывести ее из Крепости, а теперь сам по сути не может ничего сделать.

Джаггерджек нахмурился сильнее, выкидывая из головы лишние мысли, которые сейчас могли только помешать. Лучше было просто сосредоточиться на разговоре. С Терсеро надо было быть постоянно на чеку.  Гриммджо снова усмехнулся и громко и нагло заявил:

- А какое тебе дело до мотивов моих действий? Опасаешься за своего драгоценного Айзена-сама? – в голосе арранкара ясно слышалась насмешка. - Зря. Я не такой идиот, как Заэль и Нноитора, чтобы начинать бунт против Владыки.

Внешний вид: Новые, слегка помятые, куртка и хакама. По всему телу, особенно на руках, слегка побледневшие пятна от ожогов, оставленные серо. На боку свежий шрам. Волосы растрепаны, потеряли изначальную форму прически, и теперь челка падает на глаза, да и остальные волосы лежат кое-как.

Отредактировано Grimmjow (2009-02-16 21:39:12)

0

47

оос: прошу прощения за паузу

- Каждым из нас движут какие-то мотивы, каждый для чего-то или из-за чего-то пришел к Айзену и стал арранкаром. Вопрос в том, зачем это сделал, Гриммджо? Почему для тебя важно твое место в Эспаде? - голос Халибел, негромкий, глубокий, сильный, почти не прерывал тишину комнаты, естественно вливаясь в неё, обращая на себя внимание. Терцеро не была одной из тех, кто добивается своего криками и истериками. Её спокойствие было доктриной. Она не злилась, она не ненавидела, она ни с кем не соревновалась и именно поэтому не могла понять тех, кто руководствуется подобными мотивами. Её сила, также как и её спокойствие принадлежали только ей. Никому ещё не удавалось вывести Терцеро из внутреннего равновесия, никто её не злил, никогда... до сегодних событий в лаборатории.
- Я задаю тебе эти вопросы, Гриммджо, потому что хочу знать, что тобой движет, что движет такими как ты вообще. Я хочу знать, куда ты направляешься, чтобы вовремя остановить, если движешься ты в тупик, - Халибел на мгновение прикрыла глаза, будто отгораживаясь от окружающей её действительности - от Гриммджо, белой комнаты, снега за окном - позволяя своим мыслям течь ещё спокойней, отстраненней, целенаправленней. - Я хочу знать твои мотивы, чтобы быть уверенной в том, что они удержат тебя от предательства.
Её верность осталась на стороне Айзена, но решение она приняла самостоятельно. Халибел не желала оставлять эту ситуацию только на усмотрение Владыки, как бы это грубо не было. Терцеро до сих пор считала эти разборки внутренними, не стоящими его внимания, не достойными, чтобы он их решал.

- Волнуюсь ли я за Айзена-сама? - Халибел сделала небольшую паузу, будто задумываясь над этим вопросом. В образовавшейся тишине отчетливо послышался грохот - нумеросы трудились над восстановлением комнаты Сексты. - Нет, я не волнуюсь. Никому из нас по отдельности не одолеть Владыку. Мы не сможет его убить, даже если объединимся, а в единение арранкаров трудно поверить. Его сила во много раз превосходит нашу. Его способ сражения не похож на наш. Мне не зачем за него волноваться, Гриммджо. И даже если бы я вообще была способна волноваться, мне бы стоило это сделать не из-за тебя, а за тебя. Твое упрямое нежелание говорить о шинигами не играет тебе на руку. Ты можешь и не участвовал в бунте, но пока ты не докажешь обратного, ты привел врага на нашу территорию, собираясь вывести её отсюда.
Голос Терцеро не поднялся ни на йоту, но в нем отчетливо звенела угроза. Она не собиралась заставлять Джаггерджека силой говорить, все эти вопросы позже задаст Айзен и тогда арранкару придется крутиться и отвечать, хочет он того или нет. Она не собиралась заставлять Гриммджо, хотя имела на это все основания и права, ей просто хотелось знать, зачем?
- Почему ты защищаешь её? Или же ты боишься?..

Внешний вид: волосы растрепаны, воротник отсутствует, открывая обзор на лицо Халибел. Привычная короткая куртка сожжена церо. На плечи поверх занпакто накинуто косодэ Владыки, полы которого Халибел слегка придерживает левой рукой.

0

48

- Разве ты не знаешь? Сила. Сила – это то, ради чего я согласился стать арранкаром. Из-за силы мне нужно место в Эспаде. Это ведь так легко понять.

Гриммджо усмехнулся, прямо глядя на Халибел. Он говорил сейчас правду. Ведь еще тогда, когда он был просто Пустым, он решил, что достоин большего, чем быть просто полуживотным. Джаггерджек еще тогда решил, что станет Васто Лордом. Цель так и не была достигнута, но он ничуть об этом не жалел, ведь то, что он стал арранкаром, тоже дало немало новых сил и возможностей. А уж то, что он – Секста Эспада, говорило само за себя.

И при этом арранкар не считал, что нынешний уровень силы – это все, чего он мог достичь. Ведь это же не предел его возможностей! Правда, если Гриммджо убьют, то тогда стать еще сильнее не получится. Но это было второстепенно.
" - Вовремя остановить, да? Как глупо. Мне плевать, движусь я в тупик или нет. Я не хочу смотреть так далеко вперед. Зачем? И уж точно мне не нужно, чтобы каждый, кто сильнее меня, считал, что может мне указывать! Я остановлюсь только тогда, когда захочу! Либо не остановлюсь никогда. И не Халибел решать, что мне делать, а чего нет! В конце концов, я же Король! И плевать, что она выше меня в Эспаде. Это все ерунда."

Шестой Эспада не стал озвучивать свои мысли, и привычно усмехнулся, не желая, чтобы каждый мог прочитать по выражению его лица все, что он чувствует. К тому же Терсеро задала тот самый крайне неудобный вопрос, которого Гриммджо старался всеми силами избежать. Что ей можно было ответить? Почему он защищает шинигами? Ответить правду – значит подписать себе смертный приговор. Оставалось только врать или молчать. Молчание вряд ли бы устроило Халибел. Вранье не устроило бы ее точно. Но когда это Джаггерджека волновали такие мелочи? Арранкар снова усмехнулся и насмешливо проговорил:

- Боюсь? Нет! Я нисколько не боюсь! Почему я ее защищаю?! Да какая разница? Ни почему. Я ее не защищаю. Разве ты не видишь, что ее здесь нет? Она ведь попалась Айзену. Если бы я ее защищал, то был бы сейчас не здесь! Разве нет? Ты пытаешься разгадать мои мотивы. Ну, давай! Подумай над ними! Ты же умная, значит, тебе будет не составит труда их разгадать!

Секста понимал, что ходит сейчас по самому краю дозволенного, и что в любой момент его может не стать после короткой вспышки серо. Терсеро даже не придется напрягаться, чтобы его уничтожить, но когда это Гриммджо задумывался над такой вещью, как собственная безопасность? О своей жизни он сейчас думал меньше всего. Собственно говоря, Джаггерджек сейчас вообще практически не думал. Нахальство его всегда выручало - трудно рассмотреть истинные намерения или эмоции за непрошибаемым слоем наглости и безрассудства. А сейчас, когда арранкар действительно серьезно провинился, приведя врага в Крепость, приходилось говорить хоть что-то, оттягивая или наоборот приближая тот момент, когда будет уже поздно думать о том, что делать дальше. Поскольку этого «дальше» может и не быть. Впрочем, Гриммджо не заглядывал так далеко. Он предпочитал думать о том, что происходит здесь и сейчас, а не о том, что произойдет где-то там и потом.

Внешний вид: Новые, слегка помятые, куртка и хакама. По всему телу, особенно на руках, слегка побледневшие пятна от ожогов, оставленные серо. На боку свежий шрам. Волосы растрепаны, потеряли изначальную форму прически, и теперь челка падает на глаза, да и остальные волосы лежат кое-как.

0

49

Арранкары могли рассуждать логически, приходя к определенным выводам, но их эгоцентричная натура не позволяла вырваться из рамок собственной личности. Поэтому каждый поступок, каждое суждение рассматривалось с точки зрения только самого себя. Сила? Халибел не могла сказать, что стремилась именно к ней. То желание, которое не давало ей покоя, раз за разом стимулируя живой ум к решению задачи, в которой не может быть решения, вынуждая сражаться, охотится, расти... и наслаждаться этим процессом. Халибел не искала силы, так она, по крайней мере, всегда думала, сила сама нашла её в многочисленных сражениях, но много ли она значила для Терцеро?
"- Может быть, это и легко понять, но не у всех такие же цели. Цели определяют мотивы, а я всего лишь хочу знать".

- Ты перешагиваешь границу дозволенного, Гриммджо, - голос Терцеро оставался спокойным, но в нем отчетливо звенели опасные нотки. Сама ситуация все больше и больше начинала её не злить, как полагалась, а откровенно забавлять. Секста всего лишь шестой, а гонору столько, что хватило бы на первую четверку Эспады. В этом с ним мог поспорить разве что Квинта, но тот за свой уже заплатил. "Явно не достаточно", подвела итог Халибел, отвечая на прямой взгляд хорохорившегося Джаггерджека. - Неужели ты думаешь, что можешь говорить со мной в подобном тоне? - реяцу Терцеро, до того спокойно обволакивающая помещение, начала сгущаться, вытесняя из грудной клетки Гриммджо воздух.
- Нет ничего более утомительного, чем долгие бессмысленные споры. Если я хочу что-то узнать, от того, что ты упрешься на своем, ничего не изменится. Я могу снова и снова задавать вопросы, для этого у меня хватает и терпения, и свободного времени, - говорила Терцеро, пока не подавляя, но и не давая ему дышать спокойно. Джаггерджак был всего лишь шестым, причем шестым раненным, нетвердо стоящим на ногах и хамившим.
"Ты забываешь о своем месте, Гриммджо, и это твоя главная ошибка".
-  Ты прятал Шихоуин Йороучи до тех пор, пока она не была обнаружена в твоей комнате, а потом защищал, пока не был выведен из строя Хичиго, но может быть ты хочешь сказать, что твой проигрыш часть огромного плана, как бы пошумнее вручить шинигами Айзену-сама? - не без иронии поинтересовалась  Халибел.

0

50

Реацу Халибел, ее голос… Такие спокойные были секунду назад. И вот уже невидимая, но мощная сила давит на грудь Гриммджо, мешая нормально дышать… Впрочем, голос Терсеро так и остался спокойным. Джаггерджек пошатнулся, и если бы не опирался плечом о стену, то наверняка упал бы на колени, а так всего лишь широко открыл глаза, словно удивляясь: почему не поступает воздух в легкие?

Арранкар полностью сосредоточился на дыхании, практически не слушая Третью. Вдох-выдох… Вдох-вдох-вдох… Вдох! Выдох… Секста всей спиной прижался к прохладной стене, чувствуя, как реацу сдавливает его со всех сторон, мешая не только стоять и дышать, но и мыслить нормально. Слова Халибел доносились приглушенно, словно она говорила через подушку.

" - Что мне ей ответить? Выложить начитсую? Не знаю… Не хочу… Что лучше, задохнуться или быть убитым, сказать правду или соврать? А может, просто продолжать наглеть дальше? Выбора-то у меня особого нет. То, что люди называют интуицией, подсказывает мне, что надо врать и драпать подальше. Но как отсюда удерешь? И как соврешь? Если только…"

Гриммджо прервал свою мысль и усмехнулся, несмотря на давление реацу. Эта усмешка могла принадлежать сумасшедшему, сбежавшему из психушки, самоубийце или… Шестому Эспада. Арранкар с трудом вздохнул поглубже и насмешливым, но хриплым голосом сказал:

- Я просто хотел подраться. С кем-нибудь, кто посильнее! В Крепости ведь так скучно! Разве это недостаточная причина для того, чтобы прятать шинигами и защищать ее? А, кому я говорю! Тебе ведь плевать на то, что мы тут в этой чертовой Крепости прозябаем уже третий год без серьезных драк, без серьезных стычек... Так недолго и драться разучиться!!!

Джаггерджек снова усмехнулся и все же сел на кровать. Быть гордым и смертельно уставшим гораздо хуже, чем объявить мысленное перемирие с самим собой и более менее отдохнуть. По крайней мере, падать от усталости не будет. Гриммджо, усмехаясь, смотрел на Халибел снизу вверх. Он сказал не правду. Но и не соврал. Иногда все же полезно вспомнить, что не все можно решить непробиваемым нахальством и хамством, ведь и думать тоже надо. Ну или хотя бы задумываться иногда над тем, что, как и кому говорить.

0

51

Глаза Халибел были прикрыты густыми светлыми ресницами, в то время как взгляд исследовал белый пол. Ей не нужно было смотреть, чтобы знать, что творится в комнате. Дыхание Гриммджо, до этого уверенное и четкое, сбилось настолько, что тому пришлось искать опору, а наглая улыбка на время наверняка покинула лицо синеволосого упрямца.
"Жаль только, что это временно... В любом случае, с мертвой точки мы сдвинулись, а то я уже начала было волноваться, что задержусь здесь до завтрашнего утра", - Терцеро подняла взгляд, осматривая последствия своих действий. - "Как можно было предположить - скалится. Да так старательно, что впору беспокоится о сохранности его челюсти".

- Я смотрю, тебе весело, Гриммджо, - тихий, но глубокий голос Халибел без труда концентрировал внимание на себе, но ничего незначащие интонации не выдавали скрытую в словах усмешку. - Рада, что мы, наконец, приблизились к взаимопониманию, но, учитывая, что каждое твое слово приходится тянуть из тебя чуть ли не клещами, перейду сразу к делу, пропуская полную историю, которую мне все-таки хотелось бы услышать, но как-нибудь позже.
Халибел чуть слышно вздохнула, регулируя поток давление реяцу таким образом, чтобы она доставляла Гриммджо ровно такие неудобства, которые он заслуживал – не больше - не меньше. Несмотря на то, что девушка знала - сильный всегда имеет больше прав и свобод, чем слабый, сам факт подобного насилия, к которому её буквально вынудил Джаггерджек, не был ей приятен. Честный бой, а точнее откровенная схватка, была бы правильней, с точки зрения Терцеро, но тогда бы она рисковала остаться без информации, а это делало все её действия бессмысленными.

- Допустим, я поверю, что все твои действия продиктованы скукой, - продолжила Халибел, пропуская мимо ушей очередной выпад. Ей, как и всем в Крепости, было бы тяжело маяться бездельем эти три года, если бы она не умела организовывать свой досуг. К счастью, для того, чтобы чувствовать себя занятой, Терцеро не нужно было с кем-то затевать очередной конфликт. - Сейчас, когда за один день ты получил море ярких впечатлений, твоя скука развеялась, поэтому можно рассчитывать, что ты начнешь приносить пользу, не так ли, Гриммджо?
Халибел не сомневалась в том, что шинигами подготовилась к подобной вылазке - её внешний вид и искусственно скрытая, чуть ли не выжитая реяцу говорили сами за себя, но была ли она изначально ведома блудным Секстой или ей просто повезло встретить
ся с ним где-то по пути Терцеро не знала, хотя и понимала, что наткнуться на подобную гостью, Джаггерджек мог только за территорией бывшего Сейретея. Не зная, что между ними произошло, Халибел могла только надеяться на то, что Гриммджо побывал где-то возле территории шинигами. Учитывая уход Ичимару, задание искать которого Владыка не отменял, все дороги вели в Руконгай, где у неё, помимо всего прочего, было ещё одно дельце.
- Раз твои действия продиктованы только скукой, думаю, тебе не составит труда показать мне то место, где ты встретил Шихоуин Йороучи до того, как привел поиграть в Крепость.

0

52

- Весело? Еще как весело! – Гриммджо снова усмехнулся, чувствуя, как реацу Халибел уже не так давит, что можно нормально дышать.

Джаггерджек с некоторой тревогой слушал Терсеро, еще не понимая, куда она клонит. То, что Третья не стала сейчас выпытывать у него все подробности было хорошо, но то, что это неспроста – плохо. Секста нахмурился, пытаясь сообразить, что Халибел надо от него. Сообразить не удалось, удалось услышать. Услышанное арранкара не обрадовало. Да и как могло обрадовать просьба, хотя вернее приказ, показать место встречи с Йоруичи? Гриммджо вздохнул и усталым голосом сказал:

- Нет. Труда это не составит. Если ты, конечно, хочешь идти на этот чертов мороз только для того, чтобы полюбоваться на заснеженную гору камней. Видишь ли, я совершенно случайно наткнулся на шинигами, провалившись под землю. Сейчас эта дыра закрылась. Не имею представления, чем это тебе поможет, но раз ты так хочешь – пошли.

Арранкар усмехнулся и встал с кровати, сунув руки в разрезы хакама. Шестой Эспада угрюмо, но не переставая усмехаться, посмотрел на Терсеро и пошел к выходу. Арранкар был на сто процентов уверен, что там, где он провалился, не было ничего. Да и наверняка снегом все замело.

" - Черт. Придется ее вести. А что поделаешь? Хотя с другой стороны, это шанс. Шанс попасть снова к шинигами, причем с такой "поддержкой", как Терсеро Эспада. Может, отвяжется она от меня? Хотя впереди еще Владыка с вопросами наверняка меня ожидает. Но, черт. Это все же того стоило! Такая драка получилась! И плевать, что шинигами все же схватили! Я все равно добьюсь своего!"

оос: гомен за маленький и несколько бредовый пост.

0

53

оос: вполне себе хорошенький постик, аж потискать захотелось^^"

Несказанно радовало уже то, что Гриммджо не стал упираться и вставать в позу упрямого животного вцепившегося всеми конечностями в пол родного обиталища и не желающего двигаться с места. В том бы случае ремонт в покоях Сексты затянулся, ведь, несмотря на терпеливость, Халибел умела ценить собственное время даже тогда, когда, казалось, что его предостаточно.
Приведя в порядок свое реяцу, оставив Джаггерджека без её давления, Терцеро отступила от двери, позволяя пройти мимо. Что-то в словах Сексты показалось Халибел не то, чтобы подозрительным, а вызывающим стойкую логическую реакцию найти выход. Казалось, ответ на вопрос "почему он так долго не могли найти шинигами?" лежал буквально на поверхности, оставалось только подойти и взять.

- Ты встретил Йороучи под землей? - бровь Халибел делала едва заметное движение вверх, выражая легкое удивление хозяйки. - Тогда это многое объясняет.
В многочисленных книгах, которые Терцеро читала как-раз-таки от нечего делать, были упомянуты коммуникации. Допустить, что шинигами находились чуть ли не под ногами, Халибел не могла - Цитадель также нуждалась в обеспечение и сейрейтеские туннели были уже исследованы, но возможно что-то подобное было где-нибудь в Руконгае. Судя по битве в Сейретее и имеющимся у них данным, значительная и весьма активная часть шинигами выжила. Арранкарская разведка, брошенная на поиск и обнаружение нового месторасположения шинигами, фактически ничего не обнаружила. Группы отбившихся от своих, которые пошли на поек искателям, были не в счет. Не меньше тысячи богов смерти плюс большая часть жителей Руконгая не могли провалится под землю, если они действительно туда не провались. Сейчас подобный ответ казался не только логичным, но и естественным для жителей Уэко Мундо, где большая часть успешно обитала под самой пустыней в лесу меносов.

- Да, на эту заснеженную гору камней мне хотелось бы посмотреть, но сначала зайдем ко мне.
Необходимость  поддерживать полы расползающегося на груди косодэ не напрягала, но вызывала некоторые неудобства. Кроме того в случае сражения, которое вполне возможно, учитывая шансы обнаружения шинигами, такая одежда будет только мешать и ограничивать движения.

В своих покоях Халибел быстро сменила владыческое косодэ на привычную короткую курточку, внутренне поежившись от четка представляемого холода. Как  странно, Гриммджо был прав, идти морозится в Руконгай не было ни малейшего желания, но сила налагала на носителя ответственность, заставляя зачастую делать не то, что хочется, а то, что нужно.
Уже одевая ремень с занпакто, Халибел застыл, задумчиво глядя на аккуратно сложеное косодэ Айзена-сама. Длинное подобие плаща не могло скрыть все открытые участки тел, защищая от пронизывающего ветра. Недолго мешкая, девушка одела все ещё теплое косодэ и уже поверх него расположила занпакто.
- Идем, - обратилась она к ожидающему Гриммджо. - Можешь описать место, в которое провалился?

Внешний вид: волосы приведены в порядок, кожа чистая, без каких-либо следов недавнего сражения. Поверх привычной формы одето косодэ Айзена. Запакто закреплено на спине.

------ Гриммджо Джаггерджек, Халибел -----> Руконгай (Точнее укажу после поста Гриммджо. Не могу же я знать, куда он меня поведет!)

0

54

Перспектива  выходить на мороз не особо радовала Гриммджо, но что поделаешь. Пришлось тащиться за Халибел к ее покоям и ждать, пока она переоденется. Впрочем, реацу уже не давило, так что ожидание было не особо тягостным, тем более что Тресеро ненадолго задержалась у себя в покоях. Арранкар все это время стоял, опираясь на стенку и тоскливо размышляя над тем, что в Руконгае просто жуткий холод, а одежда у него, мягко говоря, не приспособлена для подобных погодных условий.

Когда Халибел вышла, Секста лишь слегка поморщился и отлепился от стенки. Третья одела косодэ Владыки поверх своей куртки, чем Шестого нисколько не обрадовала – у него-то одеть что-нибудь потеплее короткой распахнутой куртки ничего не было. Впрочем, Гриммджо тряхнул головой и пошел вперед, вновь сунув руки в разрезы хакама, прикидывая, как бы не замерзнуть за пределами Крепости. В прошлый раз Джаггерджек пробыл там относительно недолго и просто не успел по-настоящему прочувствовать весь холод. Сейчас же у него была отличная возможность исправить это. Секста сообразил, что Халибел задала вопрос и неохотно ответил:

- Да что его описывать? Много снега и камней. Ни черта не видно же было за снегом. Да и не стремился я рассматривать окрестности.

Арранкар вздохнул и решительно ушел в сонидо, не глядя, идет ли за ним Халибел. Коридоры превратились в смазанное пятно, а потом и вовсе исчезли. Возле самого выхода Джаггерджеку в голову пришла странная идея, и он усмехнулся, уже выходя на улицы Руконгая, где притормозил, соображая, куда идти.

Простоял Гриммджо недолго, тем более что путь он все равно не помнил. Оставалось лишь надеяться, что удастся его вспомнить по дороге. Или хотя бы на какую-нибудь другую дыру наткнуться. Шестой задумался ненадолго и повернулся к Халибелл, неуверенно протянув:

- Я не уверен, что помню то место. Тут все здания и дороги на одно лицо! Только снег и снег, сугробы и сугробы. Надеюсь, ты меня не прикончишь, если мы все-таки заблудимся?

Арранкар решил, что ответ на вопрос лучше не ждать,  и пешком отправился сквозь снег по сугробам предположительно в нужную сторону, на север, при этом тихо ругаясь и поминая тихим незлым словом Хичиго, Халибел, Йоруичи и Айзена заодно. Услышит ли Терсеро его ругательства или нет, Гриммджо нисколько не заботило.

Внешний вид: Новые, слегка помятые, куртка и хакама. По всему телу, особенно на руках, слегка побледневшие пятна от ожогов, оставленные серо. На боку свежий шрам. Волосы растрепаны, потеряли изначальную форму прически, и теперь челка падает на глаза, да и остальные волосы лежат кое-как.

---------------------->Гриммджо, Хилибел---------------->Северный Руконгай. Улицы

Отредактировано Grimmjow (2009-03-16 00:05:39)

0


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Покои » Покои Гриммджо