Bleach: Disappearing in the Darkness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Казармы Отряда Градоуправления


Казармы Отряда Градоуправления

Сообщений 31 страница 60 из 71

31

Кира-фукутайчо никогда не меняется: голос тихий, ровный, почти без интонаций, но проскальзывают в нём буркливые, какие-то насморочные нотки.
Хорошо слушать такой голос с похмелья... Вернее, лучше его, чем что-то другое.
- Уназуки Мичико, шестой офицер отряда боевого реагирования, - хмуро отозвалась Мичико, выпрямляясь, и добавила, глядя, как фукутайчо роется в бумагах, пытаясь найти рапорт. - Да вы не ищите, я вам сама скажу. Меня к вам направили на отработку наказания. Чтобы дармоедов в карцере не плодить.
Офицеру очень не хотелось, чтобы Кира читал, что там понаписали про неё хорошего, потому как в подробностях рапорту наверняка было не отказать. Наверняка ведь всё записали, черти, самым сухим, беспристрастным образом, ничего не пропустили...
Оттого и не хотелось, чтобы кто-то это читал... а вот самой полистать было бы интересно. Можно было бы хоть вспомнить что-то...
"Хорошо таким, как фукутайчо этот! Нажрался, отключился, а бренное тело друзья-собутыльники домой отнесут... пока душа в заоблачных, блин, высях летает... Это нам, непоседам, вентиль срывает, хоть плачь..."
Она тяжко вздохнула. С Кирой Изуру ей пить никогда не приходилось, так что все эти размышления были чистой теорией, только всё равно жалко было, что на отработку к Рангику-сан не послали.
"Рангику-сан поняла бы, пожалела, может и работать бы не заставила... А Кира всегда был правильный, прямо как новый капитан его... Хорошая ж вышла из них парочка, прямо шерочка с машерочкой... Нашли друг-друга, блин".

0

32

Нервные пальцы с тихим шуршание скользят по бумагам, привычно перебирая листки. Кожа пересохла, стала как пергаментная и цепляется. Совсем неприятно. Это все от холода, но что поделать? Студеный воздух охлаждал не только верхние покровы, он пробирался в легкие, сворачиваясь холодной змеей вокруг сердца, сжимал и выпускал когти, словно Белый Дракон Запада. Но тот был добрым драконом, он вел в небесных схватках армию солнца, неся его жар и тепло, а не горечь и воспоминания, воспоминания, воспоминания… Он скапливались в простывших легких скользкой жижей, вырывались наружу с болью и кашлем. Листок смялся под бродящей рукой – фукутайчо привык работать с бумагами, привык и к холоду, но не забыл…

- Да, разумеется, проходите. Я принимал вчера рапорт, - отозвался он немного отрешенно, глядя на офицера, оказавшегося девушкой, сквозь светлые пушистые ресницы. Боевой отряд, шестой офицер – девушка… Тонкие, аккуратные бровки фукутайчо слегка нахмурились. Интересно, сколько шрамов скрывает грубая форменная ткань? Среди сорвиголов Зараки женщине делать нечего. Шальная компания, рвущихся в бой головорезов. Еще служа в четвертом отряде он не понимал их хмельного веселья и разгульного поведения. Унохано-тайчо улыбалась и говорила, что у них доброе сердце и широкая душа, но они мужчины и поэтому не знают как выражать свою доброту по другому, кроме как в битве с врагом. Она говорила, что они бескорыстны и более других защищают Серентей, а молодой офицер не верил, леча очередную сломанную в пьяной драке челюсть…  Вздохнув, Изуру ловко подхватил нужный ему листок и бегло просмотрел. Ну да, как он и думал, ничего нового… Пьянство и драка. Неодобрения в небесном взгляде соломенного мальчика стало чуть больше.

- Наказание уже вынесено, – всем своим видом показывая, что его хата с краю, и он просто передает указ сверху, Кира по казенному забубнил, читая с листа. - Вам нужно будет прибрать в большой общей зале и починить сломанные седзё. Если вы готовы приступить к отработке, то можете начать прямо сейчас. Пройдете на второй склад и спросите Учияма Такеду. Это наш кладовщик. Он вам выдаст халат, перчатки, приспособления, а так же бумагу, клей и деревянные планки, - Кира поднялся из-за стола и подошел к девушке, передавая ей бланк, - Времени у вас весь день. В восемь вечера придет офицер третьего ранга и примет работу. Рапорт сдадите ему.  Обед и ужин вместе с нашим отрядом в общей столовой в тоже самое время, что и обычно.

Голубые, легкомысленные глаза серьезно смотрят на офицера. Мальчик-одуванчик, отличник и умница. Никто не удивился, когда он перевелся из четвертого отряда к своим друзьям в пятый, но вот назначение лейтенантом к Ичимару Гину все восприняли как дурную шутку. Да и сам Кира не поверил, пока не увидел подписанный лично со-тайчо приказ, однако… Он не отказался, хотя мог. Не отказался, пошел… Поверил! Зубы тихо скрипнули. Столько лет прошло, а он все еще ищет ответы на незаданные вопросы, продолжает про себя несуществующую беседу, подбирает слова и доводы, и не находит их…
- Остальное вам разъяснят уже на месте, простите. Мне нужно идти, - капитан сейчас в городе. Совсем рядом, нужно только собраться духом, унять дрожащие пальцы, подойти и спросить ответы. Лис обязательно ответит – не обязательно правду, но что-нибудь на нее похожую, да и все равно ему. Ему просто хочется услышать хоть что-нибудь, любые слова, чтобы больше не мучить свою душу, чтобы…поверить снова.

------------------------- > Кабинет лейтенанта отряда охраны со-тайчо

0

33

Кира вышел, оставив Мичико одну, и зря он, в общем-то, это сделал, потому что  стоило ему закрыть дверь, как у шестого офицера прямо в одном месте зачесалось. В душе то есть. Даже похмелье отступило на второй план по сравнению с желанием узнать, "что вчера было-то?"
Мичико просто об заклад была готова побиться, что рапорт на столе у Киры лежал полный, подробный и чуть ли не в картинках, но чтобы до этого рапорта добраться, нужно было порыться в бумагах, а как в них пороешься, если стол-то лейтенантский?
"Не-не-не. Это дело подсудное, я на такое пойтить не могу!", - убеждала себя Уназуки, а сама всё ближе и ближе подходила к пресловутому столу.
"А с другой стороны... там и рыться-то не придётся, он его откуда-то сверху брал. Возьму, почитаю и на место положу..."
Однако, девушку ждало разочарование. Сверху лежало только донесение со сноской "см. рапорт", а самого рапорта видно что-то не было. Пришлось искать. Это было нелегко: во-первых, действовать надо было аккуратно, чтобы Кира, не дай ками, не заметил, будто кто-то трогал бумаги, во-вторых, приходилось всё время оглядываться на дверь и замирать при каждом звуке, а в третьих, перевёрнутые столбики иероглифов читать с похмелья было возможно... но очень уж от этого мутило. Пришлось обойти стол.
Прошло уже минут пять, а рапорт всё не находился, да и стоять, переминаясь с ноги на ногу было неудобно...
"Да ладно, если кто-то на его стуле посидит, он точно не заметит!", - успокоила себя Мичико и уселась на лейтенантский стул. Так искать было гораздо удобнее, а если бы кто-то зашёл... ну, можно было бы спрятаться под столом!

0

34

Кабинет сотайчо -----------> 3 дня напряжённой работы -----------------> Отряд Градоуправления

Бьякуя неторопливо растёр палочку туши в чернильнице и недовольно стёр чёрное пятнышко с запястья, порадовавшись, что предусмотрительно снял перчатки.
Работа, которой он занимался, была тонкой и кропотливой - не  каллиграфия, а нечто сродни искусству рисования. Бьякуя занимался этим с самого утра, благо все бумаги были подписаны раньше срока и спешить было некуда. Он отодвинул в сторону стол и стул, снял перчатки, хаори и гинпаку, подвязал рукава, разложил на полу карту тоннелей, размером со среднюю скатерть, и теперь, аккуратными, изящными линиями наносил на неё очертания новых ходов.
Намётанному глазу старая карта показалась бы пёстрой - разные шинигами в разное время использовали разные оттенки туши, и капитан, обладавший как раз таким взглядом видел, как старая, местами испачканная бумага переливается полутонами чёрного. Словно одна большая картина, над которой понемногу работали несколько поколений художников.
"Не исключено, что среди них были и мои предки", - отстранённо подумал Бьякуя. - "Хотя я и не помню в архиве записей об исследовании тоннелей шестым отрядом".
Последние три дня выдались урожайными на географические открытия. Офицерами отряда градоуправления была обнаружена целая паутина тоннелей, напоминавшая скорее сложный лабиринт, чем часть города. Однако, коридоры в этом лабиринте были широкими, как улицы. Согласно донесениям, в некоторых его частях сохранились дома, однако всё пребывало в аварийном состоянии, и, что было хуже всего - сверху в "лабиринт" просачивалась вода...
Такие коридоры отмечались красным иероглифом "опасность" и пиктограммой, изображающей каплю. И количество капелек медленно, но неуклонно росло. Это сводило Бьякую с ума и не давало ему спать по ночам: в его покоях аккуратными рядами выстроились генсейские книги о геологии, геофизике и строительстве метрополитена. Он с досадой сознавал, что не понимает и половины написанного, но продолжал упорно, чуть ли не с остервенением читать, стараясь найти ответ, но чем больше он изучал их, тем больше убеждался в том, что единственная надежда Города, лишённого  современных технологий - мощные барьеры рейацу.
Бьякуя лёгким росчерком вывел рядом с очередным тоннелем каплю. С каждой новой каплей он становился всё мрачнее и мрачнее. Ему очень хотелось, чтобы донесения были неточными, чтобы офицеры ошиблись, но, не далее как вчера, он сам, лично, обследовал "лабиринт" и видел всё своими глазами.
"Мы могли бы использовать его в обороне. Заманить противника и взорвать ходы, устроив обвал в этом секторе... Такая стратегия решила бы множество проблем. Но у меня нет уверенности, что взрыв не породит цепную реакцию".
Он выпрямился, разминая уставшие плечи, и бросил взгляд на возвышающийся рядом стол. На столе покоилась стопка карт, ожидающих своей порции красных иероглифов и угрожающих капелек. Работа только началась.

+1

35

Восточный Руконгай. Площадь ----------->>

Тревожная собранность, присущая почти любому воину в битве, уходила постепенно, уступая место привычной деловой сосредоточенности. Главнокомандующий шинигами обладал врождённой привычкой практически к любому делу относиться серьёзно, будь то судьбоносные решения или разговор за чаем. Хотя последнее было плохим примером, поскольку за чаем сотайчо тоже говорил о делах. Он практически не находил момента просто поболтать или, например, повспоминать прошлые радужные годы. Да он и не искал - все мысли Хитсугайи были заняты государственными делами. Единственным за последнее время, о чём он думал, кроме дел, было подтверждение того, что три года назад его подруга детства, Хинамори Момо, погибла. Но это не шокировало его. Пускай тело её и не было найдено, про себя он давно понимал, что она не выжила, и весь ужас этого был прожит им внутри в течении этих лет. И даже груз ответственности за жизни шинигами не мог этого заглушить. Но теперь от боли осталось только одно - ненависть к Айзену, к виновнику. И Тоуширо был уверен, что в конечном итоге убьёт его. Убьёт собственными руками. И именно к этому моменту он стремится.

От этих мыслей злость, накопившаяся после короткой стычки с арранкаром, закипала и мешала думать о деле. И в данный момент это было не кстати. Потому, когда бесконечным лабиринт тоннелей завершился, выпустив Хитсугайю под искусственный свет города, Тоуширо отправил провожавшего его шинигами из дозорного отряда и остановился, пару раз глубоко вздохнув. С минуту он всматривался в громоздившийся перед ним город и потом, нахмурившись, двинулся дальше - к казармам отряда градоуправления, где рассчитывал найти Кучики Бьякую. Гулять у него уже не было времени, потому из шунпо Тоуширо вышел непосредственно у ворот отряда.
Капитан был на месте, и переполошившийся по поводу самолично навестившего отряд главнокомандующего офицер провёл начальство непосредственно к кабинету. Хитсугайя, даже не задумавшись о вежливости, появился в кабинете и окинул взглядом картографическую деятельность советника.
- Кучики, я пришёл поговорить. - безапелляционно объяснил Тоуширо, сдвинув брови ещё больше. Последний раз они разговаривали три дня назад. И тогда это больше походило на выволочку подчинённым, чем на разговор. Однако с тех пор появилось многое, что сотайчо хотел обговорить с Кучики Бьякуей, а время для разговора появилось только сейчас.

0

36

Сотайчо был как всегда внезапен - словно порыв холодного ветра. Как правило, его появление не приносило ничего хорошего, но Бьякуя был втайне рад. Хитсугайя хотел поговорить, судя по тону - о чём-то важном. Следовательно, он не перестал доверять Кучики, и это было самым важным.
Бьякуя отложил кисть, уважительно поклонился, упёршись ладонями в пол, и только после этого встал. Он чувствовал себя несколько смущённым: приветствовать  сотайчо без гинпаку, и, тем более, хаори, казалось ему неприличным, но Хитсугайя, кажется, не обратил на это внимания. Он выглядел слишком озабоченным, для таких мелочей.
- Благодарю за оказанную честь. Я вас внимательно слушаю, сотайчо-доно.
Он не предложил гостю сесть или выпить чаю. Чаепитие в рабочее время он считал неуместным, да и предполагалось, что в любом отряде главнокомандующий может чувствовать себя, как дома.
Казалось бы, во всей этой ситуации не было ничего неловкого, но Бьякуя, привыкший к строгости и традициям, чувствовал себя неуютно. Он был одет не по уставу, мебель была сдвинута, а карта, сразу же показавшаяся ему чем-то лишним, чуть ли не мусором, разделяла его и сотайчо, как небольшое озерцо, наполовину отрезая последнему путь к дивану и чайному прибору.
Была и ещё одна вещь, которая покоробила Кучики, однако, озвучивать он её не стал.
"Ямамото-сотайчо не имел привычки являться к подчинённым. Если кто-то был ему необходим, он посылал за ним..."
Капитан одёрнул себя, заметив, что начинает коситься в сторону хаори.
"Хитсугайе ещё многому предстоит научиться. У него есть задатки руководителя, но он не обращает внимания на мелочи. Сказать ли ему об этом? Нет, не стоит. После того, как я сам совершил крупную ошибку, сравнимую разве что с предательством, мне нужно вести себя особенно строго и аккуратно. Я - всего лишь подчинённый, не имеющий права критиковать своего командира и господина. Пора бы мне это запомнить".

0

37

Как только вошёл, сотайчо, конечно, окинул кабинет взглядом. Но пригляделся к тому, от чего именно отвлёк капитана отряда градоуправления, только поприветствовав Кучики Бьякую и услышав его ответ. Одетый не по уставу капитан, за спиной которого была сдвинутая со своих мест мебель, честно говоря, удивил Хитсугайю. Не потому, что ему это было важно. Отнюдь - форма одежды его мало волновала всегда, поскольку Хитсугайя Тоуширо считал это мелочью - тем более, сейчас, когда в Сейретее правит Айзен Соуске. Просто Кучики Бьякую в последнюю очередь можно было представить выглядящим не официально. С минуту Тоуширо изучал взглядом Кучики, и потом перевёл взгляд на карту, лежавшую на полу. На довольно немалом полотне была изображена система тоннелей вокруг города. И, судя по всему, обозначения на карте как раз и дополнял сейчас капитан.
- Кучики, какие новости о тоннелях? - сотайчо сдвинул брови и обошёл карту с другой стороны, чтобы удобней было смотреть на изображение.

Внешний вид советника сразу же перестал волновать главнокомандующего, потому и неудобство Кучики-тайчо Тоуширо банально не заметил. С другой стороны, и заметь он это, что бы изменилось? Ну не предложил же он бы привести себя в порядок. Да и вряд ли кого удивило бы, что Хитсугайе это не интересно. А тактичность всегда была не его положительной чертой. Так что отметки на карте, свидетельствующие о том, что в заново открытые тоннели поступает вода, сразу же заняли всё свободное внимание сотайчо.
Тем более, он пришёл поговорить обо всём сразу и ни о чём конкретном. Дел в городе всегда было много, а в последние дни тем более. И Хитсугайя, до сих пор так и не привыкший, что всё решать ему, предпочитал при случае обсудить все дела с кем-то, чьему мнению можно было доверять. И капитан отряда градоуправления, без сомнения, в эту категорию входил. В итоге, Тоуширо без зазрения совести отодвинул ту тему, с которой хотел начать, уступая первый план тоннелям и проблемам в них.

+1

38

Новый сотайчо чуждался условностей высшего общества и неписанного элитного кодекса старших офицеров, так что вольность в одежде, которую позволил себе Бьякуя, проигнорировал. Кучики не знал, радоваться этому или огорчаться, ведь с одной стороны он только что избежал незначительного, но неприятного выговора, но с другой, не значило ли это, что традиции и порядок, незыблемые даже в подземном убежище, безжалостно попираются безродным руконгайским мальчишкой? Кто знает, к чему это может привести! Эта мысль нуждалась в серьёзном обдумывании, но капитан решил оставить размышления такого толка на вечер.
Сейчас перед ним стояла куда более важная задача - коротко и ясно доложить сотайчо о ситуации в тоннелях.
- Как вы можете видеть, вода просачивается в восточной части, - он описал деревянным кончиком кисти круг над свеженарисованными ходами. -  Это не единственные участки; менее плотное скопление опасных ходов, находится на юге. Я ещё не сверял эту карту с картой Сообщества Душ, но могу предположить, что в восточной части над городом проходит река. В южной и восточной частях, бойцы обнаружили слизней и гнездо крупных крыс. Требуется немедленная очистка и дезинфекция этих тоннелей. Одного из рядовых укусила крыса, сейчас он находится в лазарете, но результаты анализов ещё не пришли. Это всё. Вас интересуют более полные сведения?
Бьякуя поднял глаза от карты и спокойно взглянул на сотайчо, ожидая вопросов. По виду Кучики вряд ли можно было заподозрить,  насколько  сильно волновали капитана все эти проблемы. Проблема крыс. Проблема воды.
В бою, где всё зависит только от  тебя, сильному человеку куда легче удержать самообладание и не запаниковать, чем в мирное время, когда на тебя наваливаются проблемы, которые никто не сможет решить в одиночку. Однако, Бьякуя, имеющий опыт управления огромным поместьем, за три года, силами своего отряда и при содействии чужих, смог наладить в городе чёткую систему градоуправления и соответствующие инфраструктуры. Казалось бы, уж ему-то точно нечего беспокоиться о подобных проблемах, и всё же, Кучики было неспокойно.

+1

39

С Кучики Бьякуей всегда было одновременно и просто, и сложно разговаривать. Для Хитсугайи-сотайчо скорее просто. Тоуширо не был разговорчивым и чаще всего заговаривал только по делу. В этом ключе ему очень нравилось работать с Кучики-тайчо. Никаких лишних слов, никаких лишних действий, всё точно и по делу. До этикета же, которому так строго следовал капитан, Хитсугайе толком не было дела. Но именно сейчас Тоуширо пришёл поговорить скорее обо всём, чем о чём-то конкретным. И ощущал сейчас, что говорит не только с шинигами, но и с бронёй из порядков и норм. Сотайчо сам не отличался хорошим характером, однако у него проявления были совершенно иными. С другой стороны, к делу это отношения не имеет.
- Насколько активно просачивается вода, и каков возможный ущерб от этого. Кроме того, есть ли в вашем распоряжения средства для прекращения этого процесса? - Хитсугайя для простоты начал задавать встречные вопросы по порядку. - Насколько я понял, гнездо крыс было обнаружено. Что помешало уничтожить их сразу? Найдены ли гнёзда слизней? - последние слова Кучики сотайчо автоматически проигнорировал, поскольку уже задал интересовавшие его вопросы.
Честно говоря, большую часть времени у Хитсугайи не хватало сил и головы для того, чтобы взвалить на себя все проблемы, включая даже слизней в южных тоннелях. Поначалу было совсем сложно - в лучшем случае Тоуширо успевал сделать только самое неотложное, и то было такое чувство, что голова перегревается от стараний успеть всё, что нужно сделать, когда на тебя свалился и Готей-13, и души, и беженцы из Каракуры, и всё это в условиях экстренного отступления в подземные пещеры. Именно по этой причине Готей-13 был быстро переформирован в другие отряды, на каждом из которых была своя конкретная функция, в сумме обеспечивающая город Не видящих Солнца всем необходимым. Сотайчо же по мере сил был в курсе всех этих дел и принимал итоговые решения. Сейчас, спустя три года, жизнь была налажена и стабилизирована. И у Тоуширо стало хватать времени на многие вопросы. От маскировки входа в город до воды в тоннелях.
Хитсугайя ещё раз внимательно присмотрелся к изображённым на карте обозначениям и, выпрямившись, направился к дивану. Может, и логичнее было бы понадвисать над картой ещё, но это всё равно не помогло бы сотайчо узнать о положении в тоннелях больше - то, на что обратил внимание, он усвоил. Разговор не предполагался коротким, а после битвы хотелось немного расслабиться, потому диван заинтересовал Тоуширо вопреки обыкновению: чаще всего сотайчо предпочитал стоять.

+1

40

Несмотря на молодость Хитсугайи, он казался Бьякуе едва ли не самым внушающим доверие капитаном. На данный момент. И не важно, что бывший джубантайтайчо считался теперь персоной более важно, нежели капитан - сердцем, Бьякуя всё ещё не мог принять перемен. Он сознавал их, смирился с ними, но его сердце, непокорное и не умеющее забывать горе, не могло смириться. Для него Хитсугайя навсегда остался капитаном, и даже теперь, когда он "допрашивал" Бьякую, как и положено сотайчо, Кучики не мог отделаться от мысли, что мальчишка-капитан в своём репертуаре - слишком много себе позволяет.
- Тоннели находятся в аварийном состоянии, существует опасность обвала. Я уже задействовал клановые техники строительства и средства, но, боюсь, мы сможем лишь отсрочить опасность.
При мысли о клановых средствах, он слегка нахмурился. С потерей поместья, необходимостью помогать городу, и сумятицей среди вассальных кланов (одни были уничтожены, другие необходимо было частично содержать), средства эти существенно поуменьшились. Бьякуя мог только радоваться, - несколько эгоистично, впрочем, - что военное положение исключает званые обеды, любования сакурой и прочие затратные события, которые, в нынешнем своём положении, глава клана просто не смог бы обставить с должной пышностью.
Нельзя сказать, что до переселения под землю, Кучики швырял деньги на ветер, но, по крайней мере, он мог позволить себе то, что простым смертным было недоступно.
Рукия вряд ли заметила, что брат ввёл режим строжайшей экономии, разве что более скромные завтраки, обеды и ужины, а также существенное сокращение слуг могли бы вызвать подозрения, но и это, к счастью, можно было списать на суровое военное время...
И вот, находясь в таком положении, о котором стыдно сказать даже сестре, глава клана Кучики жертвует солидную часть сбережений на ремонт тоннелей! Бьякуя с содроганием представлял, как, после победы, в обновлённом Сейретее, приходит к новому главе клана Укитаке, чтобы занять деньги...
Эти фантазии настолько угнетали его, что мысли о крысах и слизнях казались спасительными.
- Гнездо не было обнаружено. Я дожидаюсь результата анализов, сообразно которому распоряжусь о вакцинации назначенной поисковой группы. Я отправлю эту группу не раньше, чем вакцинация будет окончена. Бойцы уничтожили стаю крыс, напавшую на них, и гнездо слизней, однако, мы пока не можем утверждать, что это было единственное гнездо. - Бьякуя проследил взглядом движение Хитсугайи. - Не желаете ли чаю, сотайчо-доно?

+1

41

Уже три года прошло с тех пор, как подземные пещеры, связанные огромной сетью ходов, были обустроены проигравшими битву и отступившими шинигами. И всё же, вследствие мелких происшествий удавалось обнаружить всё новые и новые ходы. Какие-то из них были явно пробиты искусственно, какие-то были чуть подправленными естественными тоннелями. Да, как оказалось, информация о подземных коммуникациях тысячи лет хранилась в Готей-13 наравне с другими знаниями, доступными только главнокомандующему. Ямамото Генрюсай вовремя сумел назначить преемника и передать Хитсугайе Тоуширо эти знания, ведь в противном случае обезглавленный Готей-13 был бы полностью уничтожен. Но, не смотря на это, новый сотайчо не успел узнать всего, что мог бы, будь на то больше времени. Так, он до сих пор не знал, кто, когда и с какой целью обустроил эти подземелья.
Чем дальше был тоннель, чем лучше он был скрыт, тем в худшем состоянии он находился, вплоть до угрозы обрушения. Судя по тому, что говорил сейчас капитан отряда градоуправления, средств для восстановления ходов не хватало. Теоретически, в крайнем случае можно было поискать способ сохранить их, например, с помощью силы сотайчо. Но это было рискованно и абсолютно не нужно. Такие тоннели надо было либо полностью восстанавливать и использовать для нужд городе, либо оставлять для того, чтобы в удобный момент обрушить на врага - ни на что больше они не годились.

- В таком случае, сохраните тоннели целыми в меру возможностей и позаботьтесь о том, чтобы туда не лазили без дела. Возможно, эти тоннели нам пригодятся, хотя использовать их для города невозможно. К поиску гнёзд, в случае необходимости, можете подключить бойцов других, менее занятых, отрядов. - сотайчо остановился у дивана, снял перевязь с занпакто, сел, и только тогда продолжил говорить. - С этим всё. - складка между бровей Тоуширо немного разгладилась, лицо стало скорее задумчивым, чем традиционно хмурым. - Не откажусь от чая. - он сделал ещё паузу и заговорил о следующем, что хотел бы обсудить. - Я был на поверхности. Из того, что я видел, складывается впечатление, что Руконгай патрулируют небольшие группы довольно слабых арранкар и адьюкасов. На охрану территории это не похоже. Скорее, им зачем-то актуально встретить шинигами. Возможно, таким образом Айзен надеется вычислить наше местонахождение.
Хитсугайя говорил ровно и серьёзно - просто излагал информацию. Фактически, он успел проанализировать произошедшее на поверхности, но уложить это в стройные выводы - нет. Просто не успел. Однако поводом отложить разговор это в его глазах не являлось. В этом, как и во всём другом, кроме субординации по отношению к себе, Тоуширо был чужд условностей. Правда, и с обращением к себе последнее время всё стало проще: после того, что произошло три года назад, как бы к нему изначально не относились, мало кто всё же позволял себе обращаться к главнокомандующему не по уставу.

+1

42

Он подождал, пока сотайчо возьмёт с принесённого офицером подноса чашку и сделал то же самое.
Бьякуя хотел было поделиться с мальчиком опасениями насчёт взрывания тоннелей, но, видя, что Хитсугайе не терпится обсудить нечто более важное, решил оставить тоннели до лучших времён.
То, что сообщил главнокомандующий, не было для него неожиданностью. Три дня назад, он и сам обратил внимание на поведение пустых.
- Я не думаю, что им удастся найти город. Более того, я уверен, что и Айзен так не думает. - Бьякуя выдержал паузу, и, опустив глаза, невольно увидел то, что несколько сбило его с мысли.
"Он... Не достаёт до пола."
Это простое наблюдение вдруг заставило его смешаться и совсем потерять нить рассуждений.
Диван был довольно высок, и потому, варадзи сотайчо болтались в нескольких сантиметрах от пола. Это до такой степени не вязалось со взрослой, рассудительной речью Хитсугайи, что Кучики счёл за лучшее глубокомысленно отхлебнуть ещё чаю. Он сам не понимал, почему детский вид сотайчо, на который в бывшем Готее почти перестали обращать внимание, так выбил его из колеи, но, глядя на эти маленькие, болтающиеся ножки в варадзи, Бьякуя чувствовал стыд, словно подглядывал за чем-то неприличным.
Он прикрыл глаза, будто бы наслаждаюсь тончайшим вкусом и ароматом чая и мысленно приказал себе смотреть сотайчо исключительно в лицо.

+2

43

Сказав столько слов, сотайчо замолчал. Дождавшись офицера, принесшего чай, он не спеша взял чашку и, прежде чем продолжать разговор, сделал глоток, даже вопреки своему обыкновению почувствовав вкус и аромат. Надо отдать должное капитану отряда градоуправления, чай был замечательный. Он даже сумел отвлечь вечно занятого мыслями главнокомандующего от насущных проблем. Правда ненадолго. Опустив чашку, Тоуширо снова нахмурился.
- Скорее всего, ты прав. Айзен не дурак и вряд ли рассчитывает, что у таких патрулей есть шанс найти наш город. И уйти живыми, даже если найдут. А других идей по поводу смысла этих групп Пустых у меня пока нет. - сотайчо прервался, чтобы сменить направление мысли. Но в этот момент его взгляд зацепился за выражение лица собеседника. Невольно приподняв бровь, Хитсугайя проследил за направлением взгляда и на мгновение замер от некой растерянности, поняв, что Кучики смотрит на его ноги. Первым делом маленький сотайчо банально не понял, на что там смотреть. Вторым понял, что смутить аристократа могла только одна вещь - расстояние между его варадзи и полом. Потому что больше абсолютно ничего, что могло привлечь внимание, там не было.
Прямо скажем, и так несколько накрученный последними событиями, Тоуширо мгновенно из сосредоточенного превратился в раздражённого. Правда, прокомментировать непосредственную причину раздражения он уже не мог, поскольку благородный собеседник уже смотрел в чашку, как будто ничего не было. Но, во-первых, не заметить злобно сведённые брови было нельзя, а во-вторых куда-то это раздражение всё равно денется. Например, в продолжение ответа.
- Кучики, и больше по этому поводу ты ничего сказать не можешь? - как бывало иногда, по словам Хитсугайи было слишком заметно, что это эмоциональная реакция не совсем на саму тему разговора. Нет, дело не в том, что он частто реагировал не соответственно разговору. Скорее, если уж через его холодность пробились эмоции (чаще негативные), они однозначно были видны.

+2

44

Неосторожный взгляд не укрылся от сотайчо - мальчик немедленно вскипел, однако, высказать причину недовольства не смог - то ли от смущения, то ли от боязни оказаться в глупой ситуации. Он, разумеется, не мог сказать Бьякуе: "Прекратите пялиться на мои ноги, Кучики-тайчо", однако, тон его говорил сам за себя.
Бьякуя почувствовал ещё более жгучий стыд. Он нечасто попадал в подобные ситуации. Казалось бы, в этом не было ничего необычного: просто неосторожно брошенный взгляд, но... Для Бьякуи, воспитанного и благородного во всех отношениях, позволить себе такую дерзость было непростительно. Дело было не только в дерзости, по градусу смущения и стыда, в которых пребывал Кучики, этот случай находился где-то между случайным взглядом в вырез кимоно наклонившейся Рукии и тем днём, когда Бьякуя, во время тренировочного марш-броска, увидел моющегося на мелководье Абарая...
Подавить смущение было очень сложно. Внешне Кучики даже не покраснел, и незаметно было, с каким трудом он оторвал взгляд от карты, собрался с мыслями и взглянул в лицо сотайчо.
- С вашего позволения, сотайчо-доно. Я могу добавить лишь, что эти пустые, возможно, что-то ищут.  Или пытаются отвлечь наше внимания от чего-то более важного.
Эти слова вернули его мысли в нормальное, серьёзное русло. Айзен никогда и ничего не делал зря. Если пустые организованно прочёсывали Руконгай, значит, на то была серьёзная причина. Гораздо более серьёзная, чем простая прихоть.
"Его планы похожи на верхушку айсберга", - мрачно подумал Бьякуя. - "О том, что скрывается под водой, может знать только он. Либо его близкие соратники... соратники..."
- Ичимару может  что-то знать.
Капитан не стал просить допроса. Он чувствовал, что допрашивать Ичимару бесполезно - он всё равно скажет только то, что захочет. Когда Бьякуя думал об этом, он каждый раз вспоминал расказы дедушки о тех временах, когда в Сейретее ещё практиковали пытки.
Иногда ему казалось, что традицию можно было бы возродить, с большой пользой для общества.

+1

45

----->Казармы боевого отряда

/кабинет Киры Изуру/
В неярком свете искусственного солнца, разместившегося под куполом пещеры, улицы города казались мрачнее и опаснее, чем в то же время суток на поверхности. Конечно же, не сейчас, а несколько лет назад. Сейчас в Руконгае были только холод и снег, а в Сейретее и вовсе – Крепость Айзена. Как ни странно, городская мрачность Тсубокуру нисколько не пугала. Даже в былые времена офицеры его отряда много времени проводили в лабораториях Куротсучи-тайчо, а по сравнению с ними городская обстановка была настоящим курортом.
Добравшись до казарм отряда градоуправления, Рин принялся топтаться у ворот, решаясь войти. Однако, его мельтешения не остались незамеченными двумя постовыми, которые очень неодобрительно смерили малявку взглядом. Сконфузившись и засмущавшись, Рин собирался вежливо извиниться и сделать вид, что не топчется  здесь уже десять минут, а просто идет мимо, но вовремя сообразил, что это будет выглядеть еще глупее, чем его нерешительность. Чтобы больше не смущать постовых, а то, не приведи Ками, еще что-нибудь спросят, лаборант вежливо поклонился и быстро проскочил через ворота.
На территории этого отряда всегда было спокойно и убрано. Сложно было сказать, чья конкретно это заслуга – капитана Кучики или его лейтенанта, но определенно они оба были блюстителями порядка. В казармах градоупрваленческого отряда Рин бывал не раз. Так получалось, что исследователи, обеспечивающие техническое оснащение города, тесно сотрудничали с грудоуправленцами. Конечно, в кабинете Кучики-тайчо ему не доводилось бывать  – должностью не вышел, но вот к лейтенанту Кире он пару раз заглядывал, а потому нашел его кабинет без труда. К тому же, в этом отряде, в отличие от боевого, шинигами были заняты делами, а не спали, попрятавшись по своим комнатам – было у кого спросить. Петляя по коридорам казарм, Рин надеялся встретить Мичико так и не попавшись на глаза Кире, но нигде ее видно не было. Спрашивать у прохожих лаборант тоже не стал – постеснялся излишнего внимания.
Оказавшись у заветной двери, Рин немного помялся, глубоко вздохнул, а затем постучал и открыл ее.
- Добрый день, Изуру-… фукутайчо? – стоя в дверях, лаборант округлял глаза, отмечая как сильно изменился лейтенант с их последней встречи. – Эээ… - протянул Рин, не найдя что добавить. Ситуация была прямо сказать странная. Вместо ожидаемого, унылого лица Изуру-сана, Тсубокура увидел… странное лицо Мичико-сан. – У-ууназуки-сан? – выдавил Рин, оглядываясь по сторонам в поисках Киры и разумных причин того, почему за его столом сидит направленный на отработку наказания боевой офицер. Киры в комнате не обнаружилось и логических причин нахождения Мичико за его столом тоже. Не зная что и думать, Рин так и застыл в дверях, хлопая глазами и продолжая держаться за дверцу.

+1

46

По большому счёту, очевидное негодование Хитсугайи никак не отразилось на поведении аристократа. Но сотайчо был уверен, что назвать Кучики невнимательным было нельзя. А значит, он просто не показал реакции. Это не было удивительным для главы одного из высоких кланов. Неизменная равнодушная маска на его лице не разрушалась практически никогда. Но, несмотря на это, эмоциональность капитана не была секретом для соратников, в том числе и для главнокомандующего. Хотя Тоуширо на этом никогда не заострял внимание - слишком серьёзным и настроенным на дела он был, чтобы задумываться над личными качествами подчинённых, спрятанными за масками.
Вместо какой-либо логичной реакции на разгневанного Хитсугайю, Кучики Бьякуя только выдержал секундную паузу и снова посмотрел собеседнику в лицо. Продолжив разговор о делах, он переключил на них внимание сотайчо, заглушив таким образом возмущение. Нельзя сказать, чтобы ярость сильнейшего из шинигами было так легко заглушить. Наоборот, он легко распалялся и долго остывал, как ни парадоксально это звучит, учитывая силу его занпакто. Но в данном случае причина раздражения была слишком несерьёзной, чтобы из-за этого пострадали важные дела.

"Что-то ищут? Есть ли вероятность, что интересы Айзена настолько разнообразны, чтобы стремиться к разным целям? Возможно, но не очень похоже. Если же это не так, то он может искать или пророчества, или Врата Рая. Вот только первое искал и Ичимару, а второе не имеет смысла искать в Руконгае при помощи адьюкасов. Так можно искать только шинигами."
Не придя ни к какому заключению на этот счёт, Тоуширо нахмурился и посмотрел в лицо Кучики.
- Ичимару знать может. Но действительно ценной информацией он не поделится. Либо не знает, либо не скажет. Мне сложно поверить, что Айзен настолтко глуп, чтобы допустить уход Ичимару, способного выдать нам важные сведения. - главнокомандующий пару мгновений помедлил. - Либо предатель умнее Айзена. Только это не похоже на правду.
В реальности свою относительную свободу альбинос купил именно за информацию. Но стоит ли полностью рассказывать о пророчествах, Тоуширо пока затруднялся решить. Кроме того, пусть и важная, но эта информация не несла прямой выгоды и пути к победе.

+1

47

/кабинет Киры Изуру/

Мичико не очень любила читать. Знала она приличное количество иероглифов, но, стоило ей открыть какую-нибудь книгу, как она с горечью убеждалась, что почти ничего не понимает.  Книги ей нравились - она вообще любила всякие истории, но попросить кого-нибудь почитать вслух... Вот уж нет! Засмеют ведь!
Читая отчёты, которые писали в отряде Кучики,бедняжка чувствовала такую же беспомощность. Если кому-то читать документы, написанные офицерами, которых муштровал капитан, обожающий каллиграфию, было удовольствием, то Мичико хотелось со злости плакать и ругаться. Она и слов-то таких не знала, какие эти самые офицеры употребляли!
Дошло до того, что одну страницу разбирала чуть ли не пол часа, пытаясь вспомнить, где уже видела такие же закорючки...
Она настолько увлеклась, что даже не услышала, как открылась дверь, и если бы не робкое тсубокуровское мявканье...
Если бы не это, Тсубокуре, может быть, повезло бы больше. Однако, испуганный боец одиннадцатого, ещё страшнее, чем  расхрабрившийся. Мичико действовала чётко и наверняка: в шунпо оказавшись позади не-Ямады, она крепко зажала бедняге рот, и так же, в шунпо, выскочила за дверь, в охапку с офицером.  В процессе бега, тщедушное тельце лаборанта пришлось перехватить поперёк, и нести так, как носят иногда маленьких собачек. Мнением Тсубокуры на этот счёт Мичико не поинтересовалась. Главное для неё было - убрать возможного свидетеля. Хотя бы - с места преступления.
Остановилась девушка только на главной площади, но не-Ямаду так и не отпустила. С ним срочно нужно было что-то делать. По крайней мере, объяснить, что ничего страшного не произошло и вообще это всё недоразумение.

---------------------->Площадь

+1

48

Бьякуя действительно не знал о пророчестве. Ему казалось несколько странным и настораживающим, что сотайчо не поделился с советом информацией, которую так упорно хранил для него Ичимару. Однако, Кучики это не задевало. Он понимал, что поведай предатель нечто, ставящее под угрозу судьбу всего города, Хитсугайя не стал бы молчать. Любопытство в этом случае было излишне.
"Действительно ли Ичимару не сказал ничего важного? Этого не может быть, он слишком стремился сюда попасть. Возможно ли что..."
Ему совсем некстати вспомнилась история с двумя Хьоринмару. Хитсугайя тогда ни с кем не пожелал объясняться...
"Нет. Невозможно", - одёрнул себя Кучики. - "Это дело государственной важности. Оно не затрагивает личных интересов сотайчо".
Он постарался не думать об этом, но зёрнышко сомнения, зароненное в его душу воспоминанием о двух Хьоринмару, уже пустило корни. Бьякуя решил развить тему Ичимару.
Тема эта была благодатной уже потому что  Хитсугайя мог случайно упомянуть в разговоре о той тайной беседе, состоявшейся между ним и предателем.
- Мы не можем определить, насколько Ичимару предан Айзену. Если отбросить стереотипы, сложившиеся о нём за сотню лет и предположить, что верность его достаточно велика... то есть вероятность, что Ичимару - всего лишь шпион. На совете он доказывал нам, что не нуждается в Айзене. Однако, ему нельзя верить. Прошу прощения за внешнюю безосновательность этого суждения - его мне подсказала интуиция.
Он слегка поклонился в качестве извинения.
- Хоть мы и не можем допросить Ичимару, ничто не помешает нам изловить и допросить одного из адьюкасов. С привлечением Маюри-тайчо, если понадобится.
Почему-то Бьякуя не сомневался, что без Маюри допрос не обойдётся.

+1

49

То, что Кучики предпочёл развить тему Ичимару Гина в продолжение разговора, несколько удивило Тоуширо. Реакция проступила незамедлительно в виде вопросительно нахмуренных бровей и быстрого взгляда на собеседника. Фактически, понять, почему именно эту тему поднял капитан, было не сложно, поскольку вариантов было немного. Он не рассказал никому из шинигами о содержании разговора с предателем. И это, вполне естественно, вызывало подозрения и любопытство. Но, хоть это и не казалось Хитсугайе удачным вариантом, он не видел пути к разрешению ситуации, потому что не собирался никому рассказывать о пророчествах. На то были вполне веские по мнению главнокомандующего причины. И довольно разнообразные. Начиная с того, что эту информацию он автоматически приравнивал к той, которая по закону была известна только сотайчо, и заканчивая тем, что чем меньше душ знает о пророчествах, тем сохраннее сведения. Возможно, если бы то, что рассказал Гин, имело реальное применение в жизни Города, Тоуширо и сказал бы информацию. Но оно не влияло. Разве что общие слова, да информация про пленников. Вот это сказать стоило.

- Кучики, - Хитсугайя несколько секунд посмотрел в сторону, потом снова поднял лицо, встречаясь с собеседником взглядами, - помощь Ичимару нам нужна. Нас мало, в руках Айзена - армия арранкаров. Но быть уверенным в намерениях предателя невозможно. - шинигами прервался, хмуря брови. - Я понимал это, идя на договор с ним. Либо всё - либо ничего. Если он не врёт, мы получили сильного и информированного союзника. Если же он шпион - он сделает своё дело, и остановить его мы не сможем. Но у меня были причины выбрать договор, а не казнь. - ещё пауза. Чем серьёзнее говорил сотайчо, тем короче и сдержанней звучал его голос. - Если он шпион, что по-твоему он может у нас искать? Местоположение он знает и так, состав он знает и так, численность - знает, устройство вряд ли важно, как и отсутствующие важные новости. Чего искать здесь, посылая сильнейшего из подручных? Будь его целью диверсия, я был бы уже мёртв. - на последней фразе шинигами остановился и между его бровей залегла ещё более глубокая складка. Это были слова, непосредственно сказанные ему предателем в том разговоре три дня назад.

- Кстати. - Тоуширо потёр лоб, меняя тему. - Он сказал некоторую информацию о пленниках. По его словам капитаны Кёраку, Унохана и Шихоуин находятся в плену. Их жизням ничто не угрожает до тех пор, пока Айзен не решит использовать кого-то из них в своих планах. Конкретики, по его словам, Ичимару не знает. - раздумывая, какую ещё информацию надо озвучить, Хитсугайя снова потянулся к чашке. - Ещё он сказал быть готовыми к тому, что, узнав, как попасть в город, Айзен пошлёт сюда Эспаду. Слова звучали как предупреждение, и, думаю, нам стоит иметь это в виду. Кроме того, Ичимару много говорил об Айзене.
На этом Тоуширо посчитал тему разговора с предателем исчерпанной и, проследив взглядом за лёгким поклоном Бьякуи, перешёл к следующему вопросу.
- Думаю, поимка и допрос адьюкаса - или арранкара - лишними не будут в любом случае. Хотя скорее всего они ничего не знают.
"Я не рассчитываю на то, что Айзен, обманувший Сейретей и захвативший его, даст нам возможность узнать его планы вопреки его замыслам. Однако попытка того стоит."
Последние три дня у Тоуширо было необычное чувство. Если раньше он прикладывал усилия, чтобы успеть за событиями, удержать город, не упустить из виду чего-то важного, то сейчас казалось, что происходящее где-то ниже него. Возможно, это было следом выхода, увиденного в конце. Победить Айзена в прямой битве невозможно - это было очевидно. Но, если пророчества правда, победить Айзена можно один на один. Судьба - насколько она властна над событиями? Хитсугайя склонялся к тому, что её исполнение всегда и во многом зависит от участников. Чтобы возомнивший себя Богом пал от руки хозяина сильнейшего ледяного занпакто, Тоуширо должен был стать сильнее. Настолько, чтобы сила Айзена была над ним не властна. Пока это казалось практически недостижимым. Но ведь он до сих пор не мог в полной мере контролировать силу Хьёринмару. Тем более - использовать всю доступную ледяному дракону силу.

+2

50

- Я не имею права противоречить вам, сотайчо-доно. Всё будет так, как вы скажете.
Бьякуя поклонился и отставил чашку. Спорить с сотайчо о чём-либо было не только невежливо, но ещё и бесполезно. На такое могла отважиться разве что Матсумото, либо ныне покойная Хинамори, но никак не Кучики, держащий с Хитсугайей безукоризненную дистанцию. Не в его правилах было кому-то что-то доказывать: в Бьякую с детства вбивали мысль о том, что низшие - слуги и подчинённые, должны слушаться его беспрекословно, а высших беспрекословно должен слушаться он сам.
"Но при этом", - всегда прибавлял Гинрей, - "всегда поступай так, как велит тебе долг".
Сейчас долг велел Бьякуе забыть о странных тайнах сотайчо и просто выполнять свою работу, однако... Однако, Ичимару обладал способностью отравлять чужие души даже на расстоянии. Кучики, все эти три дня даже подзабывший о то ли узнике, то ли госте, с удивлением обнаружил, что не может больше думать ни о чём, кроме  пресловутого предателя и его секретах. Это раздражало. Но гораздо больше раздражало то, что Бьякуя не мог придумать оправдания своему любопытству. Да, сотайчо поделился с ним некоторыми сведениями, но ощущение недосказанности не покидало капитана. Если Ичимару говорил только о пленниках и Эспаде, то почему именно Хитсугайе и никому другому?
"Возможно ли что он солгал, думая, что совет капитанов уличит его во лжи, а сотайчо - нет? Невероятно. Я вижу только одно объяснение".
- Но... позвольте задать вам вопрос.
Эти слова сорвались с его губ неожиданно, так же неожиданна, как ему в голову пришла эта простая мысль, но сказанного было не воротить.
- Если Ичимару знал, как попасть в Город, почему об этом не знал Айзен? Мы принимаем за аксиому тот факт, что Айзен умнее, следовательно...
Между бровей Бьякуи пролегла тяжёлая складка.
- Не значит ли это, что, пользуясь адьюкасами, как отвлекающим манёвром, к подземельям уже движутся арранкары?

+1

51

Отредактировано Soi Fong (2012-06-09 21:45:56)

0

52

Кучики произнёс вежливый отказ от спора и надолго задумался. По этой фразе понятно было, насколько недоверчиво отнёсся к сказанному Хитсугайей капитан. Но аристократическое воспитание не позволяло вслух перечить командиру. И Тоуширо был сейчас этому рад. Исправлять что-либо было поздно, потому обсужление вряд ли имело значение. А истинные причины договора с шинигами-предателем он не хотел называть.
Сотайчо поднял сосредоточенно-хмурый взгляд на Кучики, и снова его опустил, возвращаясь к своим мыслям. Он вспомнил тот разговор с Ичимару и, кажется, какая-то интересная мысль пришла к нему. Но тут же исчезла, спугнутая рассказом о пленниках, и найти её теперь было не просто. Сузив глаза и глядя в пространство мимо собеседника, Хитсугайя перебирал в воспоминаниях слова капитана-предателя, ища, что же привлекло его внимание. Задумавшись, он не заметил, как сжал пальцы на чашке, превращая недопитую жидкость в кусочек льда. Ещё немного, и иней полез бы на стенки, рискуя превратить весь сосуд в хрупкую ледяную конструкцию.
- Но... позвольте задать вам вопрос.
Эти слова спасли чашку, выдернув Тоуширо из размышлений, так и не приведших к ответу.
- Три года прошло. За это время Айзен не предпринял ничего. И вот сейчас Ичимару вдруг попадает в Город через вход, о котором мы сами не знали. Не похоже, чтобы ему он был известен заранее. Скорее, нашёл случайно, поскольку тот вход не был замаскирован. Но теперь Айзен может о нём уже знать. - главнокомандующий прервался, размораживая чашку и аккуратно отставляя её. - Тогда Эспада уже может быть на подходе. - последние слова были сказаны чуть медленней. Но не похоже было, что это открытие для Хитсугайи. Он готов был к этому. И он готов был драться, потому что другого им не оставалось. Похожие на лабиринт тоннели были их преимуществом, их узость позволяла зажать арранкаров в угол. Драться здесь было проще, чем на открытом пространстве. Особенно - Тоуширо. Это была его территория. Своей силой он мог даже заморозить тоннели.
"Моя территория..." что-то в этом словосочетании навело шинигами на ту самую потерянную мысль. "Моя сила..."
Воспоминание пришло ровно в тот момент, когда на пороге кабинета появилась лейтенант разведывательного отряда.
"-Ты единственный обладатель «самого сильного стихийного занпакто» в этом поколении и к тому же скорее всего Страж Врат Рая, а это, знаешь ли, немало. Ты нужен Айзену, как открывающий путь к Вратам. Ключ у него уже есть, а вот двери нет."
Эта фраза привлекла вдруг его внимание. Появление Сой Фон сразу же показалось удобным для того, чтобы закончить разговор и вернуться к себе, чтобы обдумать мысль. Посмотрев на неё, он поднялся, так и не поменяв выражения лица.
- Я уже ухожу. - сотайчо повернулся к Кучики. - Думаю, мы всё обсудили. Мне нужно вернуться в кабинет.
С этими, несколько торопливыми словами, он надел перевязь с Хьёринмару и энергично покинул кабинет капитана отряда градоуправления.

-------------->> Главная площадь.

+1

53

Сотайчо, судя по всему, пришёл к тем же выводам, что и Бьякуя. Кучики этому не удивился - он привык считать своё мнение единственно правильным, однако, одна вещь всё же заставила его призадуматься.
Сотайчо не отдал никаких приказов. Даже словом не обмолвился о защите города от арранкаров. Он просто встал и ушёл, словно вспомнил о каком-то неотложном деле.
Это одновременно оскорбило и удивило Бьякую.
"Как я должен это понимать? Что сотайчо пытался показать этим? Что он полностью доверяет мне и не сомневается в правильности моих действий? Что он полагает, будто капитаны смогут остановить арранкаров до того, как они подойдут к городу? Или что он всё же считает нападение арранкаров абстрактной теорией?"
- Благодарю за оказанную честь, сотайчо-доно, - суховато отозвался он на прощальные  слова Хитсугайи и вновь поклонился уходящему главнокомандующему. Лишь исполнив этот ритуал он обратил внимание на застывшего в дверях лейтенанта. Произошедшее на совете было достаточно свежо в его памяти, но сейчас он ясно видел, что Сой Фон за эти три дня всё же смирилась и достаточно овладела собой. В её взгляде и движениях была лишь холодная собранность - никакой нервозности и жажды убийства.
"Видимо, она - одна из немногих офицеров, не попавших под тлетворное влияние Ичимару. Это похвально", - отметил про себя Бьякуя.
- Вы вовремя, Сой Фон-фукутайчо. Докладывайте, - официально обратился он  к Сой Фон и аккуратно подтянул к себе карту. Чернила достаточно высохли и хрупкую бумагу уже можно было складывать без опаски испачкать.
"Видимо, картографию придётся отложить на более благоприятное время. Эта женщина не пришла бы, если бы не должна была доложить о чём-то действительно важном".

+1

54

Отредактировано Soi Fong (2012-06-09 21:45:36)

+2

55

Бьякую кивнул, встал, неспеша развязал ленточку, стягивающую рукава, облачился в хаори, перчатки и гинпаку, расправил складки шарфа и лишь потом обратился к Сой Фон. Он не хотел показывать этим своего превосходства или заставлять её ждать, просто считал, что капитан при младших офицерах всегда должен выглядеть по уставу, дабы подавать пример. Впрочем, эта причина была скорее отговоркой, в которую он сам верил. На самом деле, глубоко подсознательно, Бьякуя просто не хотел обсуждать "эту женщину", говорить и вообще упоминать о ней.
У него не было ненависти к Йоруичи - она много раз была на грани того, чтобы перейти черту, отделяющую обычную обиду от смертельной, но ни разу за неё не переступила. Да и что могло быть "смертельной" обидой для мальчишки?
Он не любил "эту женщину" по другой причине. Она была одной из немногих, кто видел его прежним. Она знала обо всех его неудачах, ошибках, глупостях, которые он совершил, о его детских страхах, обо всём, о чём ему было стыдно вспоминать. Но хуже всего было то, что она при каждом удобном случае норовила напомнить ему об этом. Он изменился, но каждая её шуточка, брошенная невзначай, словно отбрасывала его назад, в прошлое, заставляя заново переживать бессильный гнев и унижение четырнадцатилетнего мальчика.
- Оставьте документы на столе.
Он отвернулся к окну, словно на пустой улице происходило нечто заслуживающее внимания.
- Информация о новых тоннелях уже передана аналитикам, в течение дня все отряды получат на мобильные телефоны рассылку с обновлёнными картами.
Бьякуя сделал довольно долгую паузу, и, не меняя тона, продолжил.
- Я не имею никакого отношения к исчезновению Шихоинь Йоруичи. Если у вас есть ещё вопросы, я слушаю.

+2

56

Отредактировано Soi Fong (2012-06-09 21:45:16)

0

57

Бьякуя никогда не сомневался в том, что у него были единомышленники, разделяющие недоверие к Ичимару, но этот факт Кучики не трогал. Наличие сторонников хорошо только когда от тебя что-то зависит. Решения, касающиеся предателя принимал сотайчо, и изменить их Бьякуя был не в силах. Хотя желание возникало неоднократно, и его приходилось тщательнейшим образом подавлять.
"Зачем эта женщина сюда пришла?" - думал он, не поворачиваясь к лейтенанту. - "Искать сочувствия? Это на неё непохоже, да и она слишком хорошо меня знает".
- Высказать точку зрения? - проронил он, обернувшись наконец, и глядя  на Сой Фон сверху вниз. - Я не имею права разбрасываться мнениями, от них слишком многое зависит. Если вы считаете, что Ичимару лжёт, потребуйте у сотайчо санкции на пытки и проверьте этот факт. Возможно, пленники уже мертвы. Возможно, заявление Ичимару - всего лишь блеф предателя. До тех пор, пока мы не узнаем истину, я не могу дать вам ответа.
"Она слишком вежлива, просит, а не требует... Что ей нужно? Не мне учить Сой Фон делать её работу, не мне рассеивать её опасения. Я всё это время старался не общаться с той женщиной, и ни разу не говорил с Ичимару наедине. Сой Фон должна об этом знать. Но она задаёт вопросы.  Значит ли это, что онмицукидо выступает против решения сотайчо и пытается привлечь меня на свою сторону?"
В памяти Бьякуи всплыл разговор с Исэ. Близкое знакомство с женщинами бывшего Готея определённо начинало раздражать Кучики.

+2

58

Отредактировано Soi Fong (2012-06-09 21:44:55)

+2

59

Бьякуя проигнорировал выпад в сторону про "стиль", но отметил про себя отсутствие вежливого обращения. Капитан... вернее, лейтенант Сой Фон, видимо, решив, что здесь ей поживиться нечем, сменила тон. Это было ожидаемо и не вызывало никакой неприязни. Почти. Разве что вновь шевельнулась нелюбовь благородного самурая и безупречно чтящего кодекс воина к щиноби, использующим подчас самые грязные трюки. Даже в беседе.
- Не буду вас задерживать. Отправляйтесь.
Он не сменил тон, ничем не выдал лёгкого раздражения. Кучики всегда запирал эмоции как можно глубже, а при Сой Фон это следовало делать вдвойне тщательно.
"Самоуверенная маленькая женщина. Но почему она пришла ко мне?"
Эти три года, Бьякуя почти не пересекался с Йоруичи - лишь по официальным поводам, и лейтенант не могла этого не знать. Её действия были похожи на... отчаяние?
Растерянная Сой Фон, потерянная Сой Фон, Сой Фон, не понимающая, что делать дальше и готовая ловить любые крохи информации, лишь бы спасти Шихоинь Йоруичи...
Бьякуя не верил в такую Сой Фон.
"Но если смотреть на это с другой стороны... Что, в сущности, я знаю о ней? Только то, что мы почти ровесники и она - вассал клана Шихоинь. Всё - не больше и не меньше".
У него никогда не было желания интересоваться чужой личной жизнью. Люди, подобные Кире или Рикичи существовали для него лишь в качестве рабочих единиц. В последний раз, когда он взглянул на своего фукутайчо, как на человека со своими страхами и страданиями, это только разбередило душевные раны самого Бьякуи.
"Проявления сочувствия и понимания с моей стороны... Никто из них этого не оценит. Особенно лейтенант Сой Фон".
Именно поэтому он не сказал больше ни слова. Вежливость и безразличие. Это было ему гораздо удобнее и полезнее, чем мысли о чужих переживаниях.

0

60

Сигнал тревоги!

Внимание! Общая тревога! Уровень опасности – 3: Враг проник в подземные туннели.
Всем отрядам быть в боевой готовности и действовать согласно инструкциям по чрезвычайным ситуациям.

0


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Казармы Отряда Градоуправления