Bleach: Disappearing in the Darkness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Улицы бывшего Руконгая » Западный Руконгай. Улицы


Западный Руконгай. Улицы

Сообщений 1 страница 30 из 119

1

Заброшенное и тёмное место, где, тем не менее, среди обломков домов и странных высоких колонн-домов и скал течёт чистая красивая река с разрушенными мостами и переправами.

0

2

Слегка сгорбившись, Исида напряженно следил за снующими по казавшимся очень и очень старыми развалинам Руконгая Пустыми. На этот раз юный квинси поменял излюбленную белую форму на ее серый эквивалент: яркое белое пятно было слишком заметным на мрачных развалившихся улицах. Нет, Пустых, на которых и охотился Урюу, он переполошить не боялся. Вот только он вполне мог привлечь внимание кого-нибудь похуже Пустых, кого-нибудь, с кем мог бы и не справиться. Яростная битва не входила в его планы на сегодняшний день.

" - Будь здесь Ичиго и Ренджи, они бы обязательно затеяли шумную возню", - неожиданно промелькнула в голове мысль. Уголки губ чуть дернулись. Тут же Исида нахмурился и слегка потряс головой. Такие мысли сильно отвлекали. Квинси продолжил наблюдение за улицей.
" - Необычно тихо…"
Время от времени между большими валунами, в окнах разрушенных домов, в проемах зияющих чернотой дверей или по чудом сохранившимся крышам мелькали тени слабых Пустых. Эти души совсем не интересовали Урюу; он дожидался крупных и сильных Пустых, на которых можно было бы отточить свое мастерство.
От напряжения капелька пота от виска скатилась вниз по щеке, несмотря на относительную прохладу и сырость. Такие «разминки» в Руконгае стали своеобразным развлечением для квинси.
Еще через пару минут ожидания отдаленный грохот достиг слуха Исиды. Звук нарастал, равно как появилось колебание земли.

" - А вот и долгожданный пустой!"
Исида выглянул из-за угла. Довольно большой пустой, приблизительно имеющий форму человека, направлялся на запад по параллельной улице. Исида выбежал из-за угла и отточенным движением натянул тетиву своего духовного лука. В две секунды лук был материализован и стрела полетела в маску повернувшегося к квинси пустого. Глаза Исиды чуть расширились, когда оказавшийся на редкость быстрым пустой уклонился от атаки, так что стрела пролетела сквозь его плечо, заставив пустого яростно взвыть от боли. Кровь брызнула во все стороны, разъедая камни, на которые попала. Пустой отклонился назад, взмахнув уцелевшей левой рукой. Острый коготь распорол рукав отпрыгнувшего от разъедающей крови Исиды, оставив неглубокий порез на руке.
Квинси отбежал чуть дальше, снова натянул тетиву и выпустил стрелу, на этот раз попавшую точно в центр маски пустого.
Урюу внимательно посмотрел на камни, на которые попала кровь уже исчезнувшего пустого. Квинси наскоро перевязал поврежденную руку, опасаясь такого же разъедающего действия.

" - Все крупные пустые обладают довольно сильными свойствами…"
Закончив, Исида взглянул на темное небо. В его глазах отразилось то ясное, светлое небо, которое было над Руконгаем, когда они первый раз попали в Общество Душ...
" - Это война…"
В отдалении снова послышались тяжелые шаги. Исида вышел из оцепенения и бегом направился ко входу в Город не видящих Солнца.
" - Хитсугайя-сан наверняка будет разозлен..."

Отредактировано Исида Урюу (2008-03-31 18:43:34)

+1

3

Резко открыв глаза, сев на кровати и тяжело дыша... Редко так начинается очередное утро капитана... Только с началом этой ужасной войны, только с началом этой зимы... Только сейчас началась эта череда кошмаров с Рукией, Хисаной, о прошлом, о настоящем и о возможном будущем... Никто не знал, что капитанское сердце мучают нехорошие предчувствия. Его холодный ум дал ясно понять, если ничего не изменить... мир покроет вековой слой снега и льда и тьма, чернее южной ночи...
Восстановив душевное равновесие глава дома Кучики, оделся и вышел прогуляться по улицам заброшенного и как будто неживого Руконгая. Пусть и не должно ходить по этим пустым улицам, но ему нужно было развеяться...

" - Родители... Отец... Как я должен поступить?"
Наткнувшись на мелкого холлоу Кучики как на автопилоте взвел руку и направил указательный палец ровно на маску...
- Hadou 4: Вспышка белой молнии...
И холлоу растворился в воздухе...  Вдруг, немного вниз по улице капитан почувствовал рейацу квинси…

" - Интересно, что Исида тут делает в столь неурочный час…" - было забавно наблюдать за крадущимся и выслеживающим квинси. Это зрелище заставило капитана немного подождать и не показываться. " - Да, потенциал у парня есть, но все же еще нужно много и много тренировок до совершенства, но сейчас война, поэтому были призваны все…"

Бьякуя наблюдал, как рассеялся холлоу, как Исида немного замешкался...
" - Вроде, капитан стрелков, а упорно хочет делать все сам, никому не доверяет… Строгость мыслей иногда теряется… Он же еще слишком молодой, господи, чего я придираюсь…"
Закончив себя отчитывать Бьякуя быстро допрыгнул на дорогу ровно перед квинси.
- Доброго времени суток, квинси… Похоже Вы тоже нарушаете установленный порядок. Не пора ли вернутся? – приглашающий жест рукой в сторону входа в город.

0

4

Исида неторопливо поднял голову, услышав голос капитана шестого отряда.

" - Голос Бьякуи-сан нисколько не изменился. Все так же нельзя понять, о чем он думает, или что чувствует..."
Чуть нахмурившись, Исида некоторое время смотрел на шинигами, не произнося ни слова. Внезапная и неприятная мысль заставила квинси нахмуриться еще больше.

" - Он мог видеть мою своевольную тренировку..." Урюу едва удержался, чтобы не показать свое смущение. Почему-то тренировка для него была несколько личным занятием, тем, что он не желал бы кому-либо показывать. Тем более капитану Кучики Бьякуе.
" - Наверняка доклад Хитсугайе-сан о моем выходе в Руконгай не входит в его планы. Тем более, он и сам что-то делает в Руконгае... "
Почувствовав, что молчание затягивается, Исида заговорил:
-Добрый день, Бьякуя-сан. Вы правы, пора возвращаться...

Исида Урюу, Кучики Бьякуя
--->  Главная площадь

0

5

----> Тронный зал

Крепость Айзена и его верных пустых была видна с каждой улицы бывшего Сейретея. Огромная и белоснежная, она словно айсберг возвышалась над морем развалин и темных закоулков. Такая же холодная и неуютная как глыба льда. И в этом льду было заточено живительно тепло. Пусть оно было искусственным, пусть оно было прибежищем для самых бездушных созданий, которых только можно вообразить, но в снежном царстве, в которое обратилось Сообщество душ, тепло это было спасительным.
Постепено отдаляясь от своего пристанища в захваченном, но все еще чужом мире, Нноитра всем телом чувствовал, как с каждым его широким шагом крепчает мороз. Но арранкар гордо держал голову высоко поднятой и взором властелина осматривал ближайшие окрестности, когда тонкие чувствительные пальцы сводило от холода, а при малейших порывах ветра казалось, что ладонь навсегда пристыла к древку Санты Терезы. Джируга слишком ценил свое собственное мнение и решения, чтобы позволить себе повернуть обратно и возвратиться в теплый тихий зал собраний, где в спокойствии можно будет дожидаться прибытия Айзена. Более того арранкар ни на мнгновение не сожалел о своем выборе. В этой ледяной пустыне он почти ощущал тот вкус, который навязчиво возникал на его языке, пока пятый дремал, и который улетучивался с пробуждением, оставляя после себя вязкое и сладкое послевкусие.

- Свобода. Такое желанное слово, но Нноитра не решался произнести его громко. Он все еще чувствовал свою зависимость от Повелителя пустых, зная, что рано или поздно все равно придется направиться к крепости, все равно придется терпеть укоризненные, равнодушные и насмешливые взгляды девятки Эспады, золотоглазого Зеро и слепого борца за справедливость во всем мире. Взгляд последнего был особенно тяжелым, и Джируга старался не думать о нем, направляя мысли в другое русло.
Напомнить себе о том, что в сапогах уже полно снега, что совсем недавно ветер принес слабый и далекий запах шинигами, что, черт падери, он забыл взять с собой Теслу. Квинта не тосковал по своему фраксьону и не беспокоился о нем, но тихое дыхание хрупкого арранкара в паре метров за спиной прибавляло Нноитре уверенности еще больше, чем того требовалось для жизни. Наконец, взобравшись на расколотую стену какого-то некогда жилого домишки, он решил ненадолго остановиться.
Порыв ветра вновь доставил тонкому обонянию пустого запах богов смерти, и квинте стало любопытно, откуда в это районе могли взяться шинигами, и куда они после направились.

Отредактировано Нноитра Джируга (2008-06-27 03:50:15)

+1

6

--------> Коридоры

" - Снег?" Почему-то это стало почти открытием. Даже за пределом Крепости Владыки все было бело-черным, выцветшем и неинтересным. Признаться Ичимару очень любил яркие цвета. Не настолько, чтобы как оглоушенный носится по лесам и полям, собирая цветочки и даже недостаточно для кимоно по типу Шинсуевского, но, в общем и целом, яркое, красивое, цветное всегда заставляло его задерживать взгляд. Здесь же его было задержать не на чем. Может это и не справедливо к пейзаже, обладающему определенной красивостью, почти глубоким философским смыслом, но с лисьем сердцем ничего не сделаешь, а белые крупинки снега наводили тоску и злобу. Хотя это вполне может быть связано с  холодом, который услужливо проникал в тонкие кости, сквозь незамысловатый белый наряд. Кто его вытянул на улицу, в мороз, в совершенно привычной одежде не скажет даже сам Айзен. Скорее всего, дело всему в неусидчивости, которая им обычно обуревала, после принятия какого-либо решения. Холод, распространяющийся от каждого шага от ступней по всему телу, навевал воспоминания, не хватало только оголодать. Правда окружающий мир значительно изменился, да и он сам не стоял на месте.

- Арэ? – чуть дальше в заснеженном районе чувствовалось чье-то присутствие. Это было даже интересно! Когда он торчал в коридорах копии Лас Ночеса, ни одна живая душа не проплыла мимо, а тут аж кто-то из Эспады на прогулке. Правда, один…
- Ннойтра-сан, какая встреча! – выплывая из-за очередного поворота, Ичимару с улыбкой уставился на арранкара.

На самом деле он просто обожал суффиксы и игры с ними. Столько всего можно сказать, применив тот или иной суффикс, о скольком намекнуть, сколькое сделать очевидным, для некоторых. Даже сейчас… «-сан» и к арранкару. И это правая рука Владыки?!
– Только не говорите мне, что вы тоже заскучали и решили подышать свежим воздухом, - Ичимару подошел ближе, и каждый его шаг отмечался отчетливым скрипом ломающихся хребтов сотней и тысяч снежинок. Не правда ли, кровожадная мысль?- Мне казалось, в Тронном Зале намечается собрание Эспады или оно уже прошло?

0

7

Монотонные пейзажи развалин Сейретея приводили душу арранкара в умиротворенное состояние. Обломки стен и осколки крыш, торчащие из сугробов тонкие и хрупкие ветви деревьев - все это напоминало о родном Уэко Мундо, а снег действительно был как песок. Нноитра чувствовал себя почти что дома. И если бы не ледяной ветер, трепавший одежду на худощавой фигуре пустого, пятый Эспада бы кинулся рысью туда, откуда веяло запахами шинигами. Полностью бы отдался охоте на слабых жалких существ, не способных противостоять его безграничной, как ему самому казалось, мощи. Но холодный ветер упрямо напоминал, что вокруг уже давно не Уэко Мундо, а шинигами здесь не просто как добыча. Высокий округлый ворот как парус уловливал даже малейшие его дуновения, поэтому Джируга вскоре оторвал бесполезный элемент одежды негнущимися пальцами. Сколько времени прошло с тех пор, как он забрался на эту стену, Нноитра не знал. Может быть, пять минут, а может быть, и несколько часов. Так или иначе его единение с природой прервал ненавистный, слащаво-ядовитый голос, который арранкар надеялся еще не скоро услышать. Он даже не успел удивиться, что не почуствовал приближающуюся рейацу Гина.

" - Уходя от проблем, только скорее к ним приближаешься." Не видя возможности избежать беседы и не желая находиться спиной к этому лису, квинта обернулся через правое плечо, и не подумав о том, чтобы спуститься к главному помошнику своего Повелителя. Этот будет омерзительней желтоглазого в общении и неприятнее слепца с его вечно укоряющим взглядом. Эдакий хищник, взращенный среди шинигами. Немного жаль, что он не стал в свое время пустым, интересно было бы увидеть это животное за охотой. Нноитра не исключал, что и сам мог оказаться в любое мнгновение жертвой, сам того не подозревая. И наиболее неприятным было бы то, что Ичимару редко когда убивал свою добычу. У него несколько иной подход.

- Повелитель никак не соизволит почтить нас своим присутствием. Скаля зубы, отозвался арранкар, делая вид, что не заметил наиграно-почтительного тона в голосе бывшего капитана Готей 13. Если тому угодно, пусть играет в свои игры, но Джируга в них участвовать не намеревался.
- Что же вы не с ним, Ичимару?

0

8

Ичимару любил все нескучное. Опасность, таящаяся на дне раздраженных натур, была не скучной. Но ещё более интересной была мотивация. Вот что им всем, созданиям Айзена, которыми он так ловко манипулировал, на самом деле надо? Они пустые, порожденные горечью человеческого сердца, но есть ли в них человеческие желания, стремления, сожаления? Соуске всегда нравилась играть именно на них. Так он совладал с Гриммджоу, так обошел всех этих маленьких и глупых шинигами, зацикленных на благородстве, так сманил на свою сторону Тоусена… Нет ничего сильнее, страшнее и опасней, чем желания человеческого сердца. Ичимару же интересовало другое…
- Вай, какой тяжелый взгляд! – притворный страх под снежный скрип. Навряд ли, Ннойтра-сан рад встречи с ним, но в этом нет ничего удивительного. Мало кто любил серебристого лиса, мало. Да и за что его любить? Существо, которое никогда не ответит взаимностью. – Не зачем кидать такие злые взгляды, их можно понять как-нибудь совсем не правильно.
Только сейчас Ичимару изволил заметить остаточное реяцу шинигами. И что им надо в этом Королем забытом месте? Боги смерти на старых развалинах – это даже не подходит под определение «забавное». Задумчиво глянув в ту сторону, в которую, судя по всему, и удалились нарушители спокойствия, Ичимару задумчиво протянул:
- Надо же… здесь все ещё есть кто-то живой. Неужто Ннойтра-сан захотел поохотиться? Дичь-то уже почти редкая, - ухмыльнувшись, Ичимару вернулся к первоначальному разговору с коротким вздохом, - Повелитель видимо не вполне желает меня видеть, ибо занят своими планами в глубоком одиночестве.
Как все-таки глубоко в память запечатлеются привычки, особенно если это привычки других. Все привыкли, что Ичимару ходит за Айзеном хвостиком. В этом было все его положение, предназначение и назначение. И сейчас даже спустя кучу времени, никто не переубедит всех в обратном. Ичимару же улыбался с самым загадочным и умным видом, лишь подтверждая мысли о собственной осведомленности.
- Ннойтра-сан, вам нравится в Сейрентее? – неожиданно задал свой вопрос Ичимару, также обозревая неказистые окрестности. Холод все никак не сбавлял свое навязчивое дуновение, а внешний вид наводил тоску. Пусто, холодно, бело… Ичимару ненавидел белый.

+1

9

Присутствие Ичимару утомляло, заставляя постоянно находиться настороже. Помимо бдения за улыбчивым шинигами Нноитра мог найти иное для себя дело. Его, например, волновало состояние своей правой кисти, кожа на которой посинела, а пальцы отказывались шевелиться. Волновало и то, что нет рядом верного и покорного Теслы, которого можно было бы обвинить, что он подслушивает разговор вышестоящих по званию, что он просто находиться слишком близко или дышит слишком громко. Квинта нашел бы к чему придраться, лишь бы отвертеться поскорее от Ичимару и любви того к беседам сладким фальшивым голоском. И если в зале собраний, в гнетущей мрачной атмосфере невольно хотелось верить во все актерские выходки Гина, то ледяной ветер никак этой вере не способствовал. Да уж, лисья морда, понять неправильно взгляд. Это я ведь так, для виду только злым претворяюсь, а на самом деле сгораю от желания расцеловать тебя от радости нашей встречи и стиснуть в жарких объятьях. Пока не услышу хруст твоих тонких костей, гиена Айзена. Ворчал про-себя арранкар, почти не вслушиваясь в слова Ичимару, да и не особо желая знать, почему же тот не с Повелителем сейчас, а здесь посреди холодных и неуютных развалин, почему не греется в тепллых комнатах крепости. Тепло. Словно это было много лет назад.
В Сейретее почти как в Уэко Мундо. Нежелание общаться с Гином ничуть не уменьшилось, если даже не наоборот, стало сильнее. Но после секундной паузы Джируга решил высказать экс-капитану третьего отряда свое недовольство жизнью в мире, принадлежащем испокон веков богам смерти. Только здесь все провоняло мерзкими шинигами. И идиотский снег никак не прекратит идти. Небольшая кучка того смого ненавистного снега, собравшаяся под закрученым носом сапога, была стряхнута на землю, а потом жалобно захрустела под каблуком. Нноитра соскочил со своего насеста. Почему-то он чувствовал себя неуютно, находясь выше Ичимару, словно мог что-то очень важное недоглядеть с высоты. Что-то, что нельзя упускать из внимания. Ни песка, ни полумесяца, ни черного неба. После этих заунывных развалин любая пустыня покажется шумной и яркой ярмаркой.

0

10

Странно, что Айзен, так заботящийся о всех тактических моментах, не подумал снабдить свою армию чем-то более теплым, чем обычные хакама и косодэ. Или это очередной план? Чтобы никто из его людей не покидал ряды. Чтобы думали только о возвращение «домой». Является ли эта дура, - Ичимару бросил взгляд на громадину Крепости Владыки, - для кого-то из них «домом». Или все-таки черный мир Уэко им ничего не заменит? Кто их поймет, этих арранкаров?! С Ичимару они особо не стремились беседовать, а так можно было лишь догадываться. Сложив руки в рукава косоде, лис обозревал окрестности, решая, чего ему собственно больше хочется. Что-нибудь горячее, даже  осточертелый айзеновский чай, было бы сейчас  как нельзя кстати, но… Для этого нужно было возвращаться, а Гин не любил возвращаться. Его путь всегда представлялся где-то впереди.
- Ты прав, Ннойтра. Сообщество душ очень похож на мир Уэко Мундо, - ничего не изменилось в его манере говорить, ни насмешливый голос, ни движения, ни поза. Он только легким поворотом головы отслеживал движения Ннойтры. И даже не потому, что опасался, а скорее для удобства имитации диалога. Принятое решение не давало покоя, но двигаться было пока не куда. - Точнее был похож. Пустыня, только выжженная солнцем, где трудно найти не то, чтобы еду, воду. Вечный голод, жажда, желание жить. Чем дальше ты находишься от Сейрентея, тем голоднее, злей и беспощадней становится окружающие тебя люди. Боги Смерти? О, они редкие гости в эти земли, появляющиеся только для того, чтобы уничтожить решивших поохотится в легких условиях пустых. Мир, слабо отличающийся от того, где живут пустые. Насыщенный духовными частица и казалось вечным солнцем. Здесь, как и там, выживает тот, кто становится сильнее. Довольно справедливо, не так ли? Тоусен совсем не хочет в этом со мной соглашаться. Странный человек, ослепленный жаждой справедливости. – Сейчас он почти уже говорил сам с собой. Возможно, это было от недостатка общения, но скорее просто от желания поддерживать хоть какое-то движение. Окружающий холод навевал желание заснуть, что, конечно же, было бы не лучшим решение в данных обстоятельствах. Интересно, что случится с арранкаром, если он замерзнет? Он от этого, разумеется, не умрет, но постепенно превращаясь в статую, что он будет чувствовать? А шинигами? Шинигами, особенно слабые, могут и умереть от такого. А сильные?Мне нравилось с ним спорить о его пути справедливости, но вскоре Айзен посоветовал этого не делать. Тоусен очень трепетно защищает свои убеждения, а проверять, кто из его союзников сильнее, будущему Владыке видимо не хотелось.
Стоять и чувствовать холод, проникающий сквозь одежду, было почти невыносимо. Ичимару двинулся по направлению к какой-то куче обломков, которую тут же надкопал носком. Темные обломки, мокрый снег, какая-то полуразбитая кухонная утварь. На долю секунды в белобрысую голову, припорошенную мелким снегом, стукнулась мысль о простых душах, у которых шанс выжить упал до нуля.
- Так вот, возвращаясь к Сообществу. Таким оно был когда-то. До захвата его Айзеном. Солнечный мир, обратился снежной пустыней, в которой умудряются выживать повстанцы. Довольно скучно, не правда ли? Ты, Ннойтра, хочешь вернуться в Уэко? Не жалеешь, что когда-то пришел к Айзену за силой? – с усмешкой Гин развернулся к арранкару.

0

11

Окраины ---->
Снег под ногами, будто плещущаяся вода, разбрасывался в стороны, а то тут то там под ним оказывался лёд, из-за чего, скользя, девушка несколько раз чуть не упала, с перепугу делая колесо и продолжая бежать вперёд и смотреть на иссиня-мрачное небо и заливающий весь город ледяным светом, месяц. Месяц... такой белый... словно... и вновь она оступилась и, не успев по привычке прыгнуть, скатилась с крыши на какие-то балки, с любовью сваленные в кучу, а с них на широкую дорогу. Оперевшись на локти, девушка констатировала забавный факт о том, что содрала оба, похоже... вместе с коленями. Со вздохом привстав на четвереньки и отдышавшись, Китти вновь бросила взгляд на месяц, по которым... под которым мрачным "индийским" куполом и словно "карандашиками" башнями возвышался такой контрастный новый Лас Ночес. Завоевание СС было серьёзнейшим ударом по всем принципам, мыслям, чувствам Китао, да и других, конечно же. Но... но что в Лас Ночес и... и почему тогда давным давно Гин ушёл вместе с Айзеном, как и Тоусен. И что? Что? Есть ли теперь у вас хоть что-нибудь кроме пресловутой власти? Кто вы теперь? Трое одиночек, которым никогда не узнать и не почувствовать настоящего человеческого тепла, дружбы, любви. И в самом деле лишённые некого критерия жизни.... но как так можно существовать... Гин, почему же Лас Ночес... мне казалось, в Сейретее, как ни крути, забавней, ни это ли влекло тебя всегда... ни это ли заставляло делать что-то. Два оправдания поступков, типичные для Ичимару-тайчо: а мне было скучно; а нет оправдания, да да; Что делали они все теперь в Лас Ночес, Китти не знала и думать боялась. Но то, где же Тоусен видел свою справедливость, она уж точно не могла понять. Во власти? Кровавой и всеобъемлющей власти? Айзен... Айзен... зачем же ты забрал у нас самых дорогих нам капитанов тогда. Тоусен такой хороший, добрый, честный, а Гин такой интересный, харизматичный и вообще... Что вообще, Ашито так и не придумала, ибо подобрать точного определения всё никак не получалось. Одна особо крупная снежинка неспеша плюхнулась на нос, и Китти, тряхнув головой, очнулась от своих воспоминаний и грёз посреди заснеженной дороги. Интуиция подсказывала ей, что сегодня будет что-то интересное. Найти сразу двух живых, да и Хитсугайя со своим странным пророчеством - не поводы и полагать, что как минимум будет что-то больше простого совета тайчо? Что-то всё ещё беспокоило. Неуловимое ощущение чего-то очень приятного, старосейретейского и родного. Но чего? Явно не о рейацу шла речь. Так же не о звуках, не об образах... Но подсознание будто прямо говорило, что рядом есть что-то, без чего никак нельзя. Китао нерешительно встала с колен, осмотрев маленькие кровавые пятнышки на снегу. лечить ссадины надобности не было, кровь уже не шла... Сделав пару шагов в сторону нового Лас Ночес, девушка вновь вскочила на крышу, с неё на какую-то балку и понеслась к ближайшему входу в тоннели, не забывая оглядываться в поисках Цыски и Якиру. На секунду ей показалось, что среди падающего снега где-то совсем близко мелькнула тень, но, скорей всего, это лишь обман зрения, хотя так ли это?

0

12

Нноитра молча кивал, выслушивая монолог Ичимару и не решаясь его перебить. Пусть говорит, если так хочет и если считает это необходимым. Возможно он делает это просто так, или чтобы отвлечься от мороза. Арранкар не помнил от кого, но он слышал, что мысли о тепле могут согреть и помоч перенести холод. Да уж, пока будешь представлять себе теплый мягкий песок и вспоминать ощущения от прикосновения каждой шершавой песчинки, все конечности отморозятся настолько, что будут не только окружающую температуру не чувствовать, но и даже удар молотом. Взглянув на уже отмороженную конечность, намертво впившуюся в оружие, Джируга поспешил отмести подобные мысли и повнимательнее вслушаться в слова Гина. Особенно тот заинтересовал пустого, употребив столь родное слово "пустыня" по отношению к Сообществу Душ. Очень смутно, но Нноитра помнил каким был Сейретей в день нападения на него бесчисленной армии Айзена. Белоснежные домишки с красными черепичными крышами. Яркое синее небо. Сочная зеленая листва на деревьях. О да, листва казалась просто чудом природы. И пусть сохранились воспоминания о одной из прошлых жизней, но разум, привыкший к голым каменным ветвям, торчащим из песков Уэко Мундо, не мог не воспринимать обычные листочки как нечто совершенно невероятное и необычное. Все это было уничтожено в течении суток, растоптано, испепелено в белую, как падающий с небес снег, пыль. Как странно, тогда я даже не подумал бы о том, чтобы обратить на такие мелочи как зелень внимание. Агония битвы, голод по крови, крикам и по лязгу оружия и красная пелена безумия перед взглядом. Разве могло быть что-то слаще, чем все это? Разве сейчас что-то может мне это заменить? А затем тело и прижившиеся за долгое время инстинкты сработали быстрее, чем утонувшее в ностальгиях сознание. Даже глухой гортанный рык вырвался непроизвольно, когда Нноитра вцепился слабо гнущимися пальцами в щею Ичимару и приподнял бывшего капитана над холодной землей.
Я никогда не приходил к Айзену за силой! Прошипел квинта, дрожа и задыхаясь от поднявшейся словно цунами ярости. Как никогда не приду к вам, чертовым шинигами, за чем-то другим. Вы считаете себя правителями всех трех миров, вершите свой суд так, как считаете нужным, и плевали вы с высокой колоколни на мнения остальных. Да и сейчас ведь тебе все равно лис, разве нет? Тонкие пальцы с хрустом разжались, освободив помошника Повелителя пустых и так и не причинив ему никакого вреда. Топай, куда шел раньше. Проворчал пустой, зажимая едва шевелящуюся руку подмышкой, чтобы хотябы немного ее отогреть. Ярость угасла так же внезапно, как и появилась, ввергая Джиругу в легкую апатию. Сутулясь и хмурясь, он быстро зашагал дальше от замка и Гина, не желая видеть ни того ни другого. А ориентиром ему служил чуть усилившийся запах шинигами. Судя по всему, если те и повылазили из своих нор, то сейчас двигались в сторону крепости, а знаит, появится возможность немного разнообразить унылый пейзаж яркими алыми красками.

+1

13

Окраины --->
Беспокойство... что-то было не так. Остановившись в десяти метрах от упавшей с крыши Китао, Цыска настороженно огляделась по сторонам. Близость крепости арранкаров явно не была хорошим знаком, но разведчица двигалась именно в ту сторону, значит где-то... значит где-то там, так близко к опасности, вход в тайный город?! Опасности.. но опасно здесь везде, тогда почему я вдруг так ярко почувствовала эту тревогу.
Снег постепенно переходил в настоящую метель, предметы расплывались. А странное предчувствие чего-то сильного и опасного совсем рядом усиливалось.  Что это... кто это, откуда и почему вдруг именно сейчас? Именно тогда, когда так хочется спокойно пройтись сквозь пелену снега навстречу чему-то новому и точно хорошему, навстречу ответам на те вопросы, что так мучали её уже давно.... нет, вновь бежать куда-то и озираться по сторонам, как загнанный зверёк, который не может ни укусить, ни оцарапать... Враги слишком сильны, да... кто сказал это, чтобы пугать детей по ночам. Каждый силён настолько, насколько может, И среди выживших, наверное, есть те, кто может дать фору даже тем самым великим арранкарам, но кто... И как они смогли сделать "город" так близко к крепости? Ведь это и правда так опасно...и где он, и как защищён? Вопросы выихрем крутились у девушки в голове, а Китти уже шла куда-то вперёд, исчезая в снегу. Ускорившись, Цысс ринулась за "новообретённой сестрой", шаг за шагом чувствуя, что былое волнение куда-то стремительно уходит...

0

14

Сказать, что Ичимару не заметил движения Ннойтры, означало бы соврать. Он не стал реагировать на сжавшие его горло пальцы, даже когда его ноги поднялись над землей. Реяцу, тщательно скрываемая с тех пор, как он вышел из Крепости Айзена, даже не колыхнулась. Рядом кто-то был. Шинигами. Он почти чувствовал их, осязал, где-то не далеко. Не хотелось бы, чтобы его эмоции сбили собственный маленький план, а бой с Ннойтрой, если таковой вдруг будет иметь место, не обернется ничем хорошим для желания быть до поры до времени невидимым. Кроме того, любопытство. Гин не удивиться, если когда-нибудь это чувство приведет его к большим неприятностям. Он не осторожен. Так часто говорил ему Айзен, но сам Ичимару не мог с ним согласиться. Он просто всегда знал, где и насколько можно быть осторожным, а где это может всего лишь помешать. Можно списать это на обыкновенную самоуверенность, но дело не только и не столько в ней.
- Да-да, конечно, - говорить было неудобно, сдавленное горло пропускало не так много воздуха, как хотелось, но это совсем не мешало улыбаться. Как они все-таки похожи, Гриммджоу, теперь Ннойтра…. Возможно даже он, Ичимару. – Ннойтра Джируга совсем не приходил за силой к Айзену, как я мог забыть?! Его туда притащили насильно! Или даже нет? Ну, да! Конечно, нет! Его, сильнейшего в Эспаде, кто же мог заставить? Айзен-сама, сам к нему пришел за его силой. Наш Ннойтра Джируга совсем не стремился быть самым сильным в Эспаде. Да и, как и все арранкары совсем не боится своего создателя. – Купаться в чужой ненависти. Как это может быть приятным? Захватывающим, сдавливающим горло тихим восторгом. Чужая ненависть, ярость, гнев – они похожи на море в шторм. Прекрасно, не с чем не забываемое чувства стихии. Главное следить за тем, чтобы они не утащили тебя с собой в пучину.
- Вам всем так нравится быть умными, не так ли? Считать, что вы способны понять, что-то кроме своих собственных желаний, которые, кстати говоря, зачастую непонятны вам самим, - вспышка адреналина, слегка, разбудила его чувства. Хотелось растереть шею, но бывший капитан не стал этого делать. Боли особой не было, единственное, что осталось от стальных пальцев арранкара – это несколько едва заметных красных следов на коже. – Правителем трех миров? О чем ты? Неужели я создаю впечатление человека, который купится на подобное? Кроме  того… правителем всегда является только один, Ннойтра, а все остальные всего лишь маленькие марионетки в его театре. Не забывай об этом.
Ичимару без труда догнал своего собеседника. Невесомо, почти сливаясь с бело-черным окружающим Гин, всматривался вперед. То, что их путь совпадал, не особо устраивал белого лиса, ибо при таком раскладе встреча с шинигами отложиться на неопределенный срок.
- Хочу повторить, я гулял, - идя чуть поодаль от арранкара, Ичимару бросил ему ещё одну улыбку. – Мне не было приказа тебя возвращать или искать и может быть никто даже не обратил внимание на твое дезертирство. Мне лично нет до этого никакого дела, так что можешь спокойно вернуться. В другом случае… К сожалению, по странному стечению обстоятельств, сейчас мы идем в одну сторону. Хочу предупредить только об одном. Если ты нападешь на тех шинигами, я тебя убью. Думаю, это будет вполне хорошей благодарностью за пожатое горло.

+1

15

К кончикам пальцев словно прилипло тепло от шеи Ичимару. Или же это был обжигающий мороз? Нноитра сутулился сильнее и хмурил бровь. Игнорировать провокации Гина было ой как нелегко, и арранкар бесился, кривя в оскале губы. Сейчас он бы с удовольствием сорвался и впился когтями в тонкую шею, так крепко, что заструилась бы кровь, вырвал бы этот ядовитый и лживый язычишко, выколупал глаза, чтобы увидеть хотя бы раз в жизни их цвет. И к своему огромному огорчению Джируга прекрасно понимал, что не продержиться долго против изворотливого экс-капитана, и рассыпется в белую пыль раньше, чем успеет причинить ему даже незначительный вред. Дикое чудовище, которым звала квинту Неллиел, и которое спало до поры до времени, перенасытившись жертвами, заворочалось внутри арранкара и стало просыпаться по мере того, как слова Гина оседали в его сознании. Усугубляло положение и то, что Нноитра прекрасно знал свою слабость в словестных дуэлях, у него никогда не было к ним таланта, в то время как оппонент чувствовал себя в мире слов превосходно. Пятый чувствовал острую необходимость выпустить куда-то набирающуюся в нем агрессивную энергию, чтобы не дошло до того, что он прекратит удерживать внутри тяжелую рейацу и накинется на белоснежного шинигами. А у него не было желания умирать. Нет желания умирать? Черт подери, что со мной творится? что я сам творю? Кто в меня вбил эту идиотскую мысль? Очевидно, я сам того не зная, захотел прожить тихо и счастливо, найти себе послушную самку и ни о чем не тревожиться... Да не бывать этому никогда! Квинта приосанился и вздернул важно подбородок. И чтобы доказать себе же свою уверенность он размашисто повел примерзшей к оружию рукой в сторону, на осколки разнося Сантой Терезой заиндевевшую стену некогда жилого домишки. Что там пропищал Гин? Не тргать шинигами, иначе он меня убьет? Самодовольный широкий оскал вернулся на его губы.
Ха! Меня вполне устроит твоя благодарность. Длинные ноги позволили в пару шагов поравняться с Гином. Вскипевшая от нетерпения рейацу пустого  начинала медленно просачиваться в замерзший воздух. Если они не нападут первыми, то так и быть, я не сильно их покалечу. постараюсь сделать так, чтобы у них осталась возможность побеседовать с тобой. Длинный язык скользнул по верхней губе. Не прошло и мнгновенья, как загоревшийся диким азартом арранкар, уже был далеко от Ичимару. На сонидо он с головокружительной скоростью мчался навстречу своей добыче, с которой так или иначе можно было немного поиграть.

0

16

Глупый арранкар. Или даже нет… Глупый человек. Зачем злиться на правду? Зачем делать на зло? Эмоции, откуда им взяться в машине, предназначенной для убийства? Эспада. Вся Эспада без исключения всего лишь цепные псы. Разница лишь в длине цепи. У кого-то она длиннее, у кого-то короче - это зависит от желаемой реакции. Ичимару не собирался провоцировать Ннойтру. Точнее это не входило в его планы. В отличие от Айзена, Гин не был отличным стратегом, планирование на долгое время было не для него, но зато лис отлично реагировал на ту или иную ситуацию сразу, без предварительной подготовки, умело подстраивая себе на пользу окружающую обстановку. Он не был марионеточником, но он был тактиком, превосходным тактиком с неплохим знанием человеческой психологии, по-крайней мере той части, которая касалась реакции лично на него.
- Прости, но даже это не вполне мне подходит. - Ичимару не хотел использовать арранкара в своих целях, но с того момента, как тот сделал сонидо по направлению к отряду, все было определено. Любой его шаг теперь был выгоден лису, кроме смерти всего отряда лазутчиков. Более того, смерть любого из них могла обернуться ненужной сейчас задержкой. Было холодно, а кто знает, всем ли известен путь в те крысиные норки, в которые они забились.
Без промедления делая шинпо вслед за арранкаром, Ичимару перебирал возможные варианты дальнейших действий. Бой означал выпуск реяцу и его обнаружение. С другой стороны защита шинигами был неплохим билетом к разговору с новым со-тайчо, иначе беседовать с ним будет проблематично. Точнее убедить беседовать без предварительного накалывания на колюще-режущие предметы и обморожение.
Шаги- вспышки разогревали тело, готовя его к возможному бою, но Гин решил действовать по-другому. Догнать Ннойтру для него не составило труда. Ни просто так для украшения, ни как клоуна Айзен держал при себе белого лиса. Хотя фигурки двух девушек, а это именно на их реяцу так здорово кинулся Джируга, были уже вполне уже просматривались, использование Кидо давало призрачный шанс, что вспышку реяцу шинигами не заметят или хотя бы не признают, как его.
- Bakudo № 61: Rukujyoukourou, - шесть ярких лучей поразили арранкара, не давая ему возможности двигаться. Такое заклинание в почете у клана Кучики, и Гин всегда применял его с особым злорадством. Арранкару, пусть даже и Эспаде, понадобится время, чтобы от него освободиться, а учитывая уровень реяцу самого Ичимару, не так уж и мало времени. – Говоришь, ты не против благодарности, Ннойтра? Bakudo № 15: Kubiva*, - белая лента стянула шею арранкара, перекрывая доступ воздуху, а для «фиксации» она была прибита шестью иглами. Не самый эффективный путь связывания, он как нельзя кстати подходил под данную ситуацию. - Я же сказал, нападать на шинигами нельзя. Что не ясного?

*данное заклинание является моим вымыслом. Ни в анимэ, ни в манге не использовался путь связывания № 15 и я позволил его себе придумать. Кубива - ошейник для собаки.

+1

17

Ветер свистит во время бешеного бега, заглушая все звуки вокруг, кроме стука крови в висках. Крупные снежинки прилипают к лицу, растекаясь холодной водой и мешая обзору. Где-то далеко позади похожий на белую полупрозрачную тень ощущается Ичимару. Нет, не далеко, все ближе и ближе. Прикосновения ног шинигами к снегу словно взмахи крыльев бабочки, легкие и невесомые. Их невозможно услышать, невозможно увидеть, но шестое чувство безошибочно подсказывает, что серебрянный лис не отстает. К дьяволу! К дьяволу эту лисью морду! Какое может быть до него дело, когда совсем недалеко впереди есть добыча? Так близко, что уже не нужен ветер, чтобы уловить тонкий запах, скрываемый под одеждой. И остается только сгорать от нетерпения и бежать вперед и вперед, чтобы увидеть наконец столь желанные жертвы. Пока наконец темные быстрые фигуры видны на снегу. Наверное, они еще не знают об опасности, которая на них надвигается, хотя рейацу арранкара цветем алым цветом, подобное лесному пожару в сухую погоду. Нноитра присматривается, щуря глаз и хмуря тонкую бровь. Мужчина и две женщини. Ха! Глупые шинигами посылают таких жалких и слабых созданий? Неужели у них уже нет достойных воинов и это и есть мощь выживших в Сейретее? Ничтожные... Еще один шаг сонидо. Проголодавшийся после долгого сна дикий зверь, почуствовав свободу, тянется всем телом вперед, но словно из-за толстой стены, слышен голос Ичимару. Мир останавливается за доли мнгновения, и Джируга замирает в довольно нелепой позе. Он пытается потрясти головой, изогнуться, пошевелиться, упираясь рейацу в лучи-ленты, чтобы скорее их разорвать. Шипя и скалясь, пустой отказывается верить, что все так скоро закончилось. А стоит освободить от неподвижности голову, как шею стискивает обруч, прекрывая доступ воздуху и причиняя боль, от которой хочется выть. Ублюдок... белобрысый... гиена... со свой проклятой магией. Хватая немеющими губами воздух от нежелания сдаваться, а уж тем более умирать таким позорным образом, Нноитра глухо рычит, как цепная собака, увидевшая чужака и знающая, что цепь слишком короткая, чтобы добраться до него.
С... кин... сын... Сдавленный хрип и полный ярости и ненависти взгляд в адрес Гина, который посмел все испортить. Такую дивную охоту, такой безумный бег. И теперь эти шинигами могут уйти, а он ничего не способен сделать со связанными руками и ногами, чтобы их задержать.

0

18

Секунда, ещё одна..... снег совсем недалеко от неё вихрем рассыпался по сторонам. Яркая вспышка света, кидо, голоса, до боли знакомая рейацу... не отдавая себе отчёт в действиях, Китао, не найдя поблизости Якиру, схватила сестру за руку и швырнула куда-то в сторону за стену ближайшего здания, надеясь, что Цыска - умная девочка, сможет сбежать, если что-то случится с Китти. Ладонь дотронулась до рукояти занпакто... в три прыжка девушка оказалась на крыше того самого здания поблизости от предполагаемых врагов и, беззвучно вынув катану из ножн, прошептала, почти коснувшись губами лезвия:
- Кружись с ветрами, Ами...
Привычный холод стали на запястьях, лишь кое-где защищённых напульсниками, щекотал нервы, а тёмно-красные сектора веера, переливающиеся от натянутого поверх металла шёлка, напоминали льющуюся кровь. В драку вступать очень не хотелось, а посему веера служили скорей, как оружие в случае экстренной защиты. Китти тряхнула головой и напрягла слух и зрение. К сожалению, увидеть что-то среди такой метели не представлялось возможным. Очертания двух людей... у одного из них в руках нечто вроде довольно большой секиры... судя п рейацу, это явно был арранкар, второй же внешне ничем подобным не выделялся, но очень эффектно терялся в снежных вихрях, а потому, отследить его передвижения хотя бы как-то можно было только по тени на дороге. Слух уловил лишь одну фразу того самого "белого" человека:
- Я же сказал, нападать на шинигами нельзя. Что не ясного?
И тут то Ашито и поняла, почему рейацу, выпущенная лишь на мгновение, была так сильно знакома ей и заставила изрядно понервничать. Этот голос она бы узнала из тысячи, как впрочем,и его обладателя. Ичимару Гин... но правда ли это? Может ли так быть, или это всего-лишь сильный обман слуха из-за воющих ветров? Нет... слишком много совпадений и недосказанности во всём этом. Девушка сделала пару шагов назад и незаметно спустилась к Цыске, после чего, держа веер наготове, прижалась спиной к стене. На самом деле главной задачей было - сбежать, но что-то неведомое не давало ей и шанса двинуться теперь с места, будто что-то, что тут происходило, она должна была увидеть и услышать до конца. А вот рассказывать ли тайчо и сотайчо об этом, она ещё подумает... хорошо подумает, по крайней мере, в зависимости от дальнейших событий. Только колени предательски подрагивали, а пальцы крепко сжимали Ами, надеясь на спасение свыше.
- Цыска.. сиди тихо, это враги, но нам нельзя пока высовываться...
Неужеле он решил защитить нас от того арранкара? Или.. или же они просто дерутся за возможность нас прикончить... как трудно ничего не знать. Если бы я была уверенна, что он на нашей стороне, то спокойно могла бы бежать, ведь, судя по всему, тот арранкар сейчас парализован бакудо, а с другой, если это всё же была драка за добычу, скорей всего, нашу жизнь мы закончим, как креветки на шампуре-Шинсо. Но гадать... не стоит. Гин... окажись хорошим...

+1

19

Ну да, конечно же. Стоит беспокойству и страху куда-то улетучиться, как появляется его возбудители во всей красе. Как она оказалась у стенки какого-то дома, Цысс так и не поняла. Только... серьёзные решительные глаза той девочки, похоже, кинувшей её сюда.. и всё. Если бы она знала проходы в город, то, наверное, кинулась бы наутёк, чтоб не мешать Китао выполнять свою работу но с другой стороны, может ли выжить маленькая девочка шинигами в борьбе против двух явно очень сильных врагов? Тут то и заиграла женская солидарность вместе с жалостью и рвением помочь, только вот тело разума не слушалось и зябко жалось к стенке, а Беара навязчиво и с сарказмом описывал все отрицательные стороны хозяйки, с огромным удовольствием выговаривая "ничтожность" и "слабоволие". Наконец перед глазами вновь появилась, исчезавшая куда-то, Китао, уже облачённая в странные браслеты с громадными веерами алого цвета, усеянными шипами по краю-лезвию.Беара противным голоской изъявил желание драться, но сейчас явно было не до абсурдов и самопожертвований в неравном бою с криками "шинигами но хокори ни какэтэ". Тем более, раз девчонка сказала сидеть тихо, значит она разобралась в ситуации, учитывая, что та уже стояла спиной к стене с веером наготове, будто надеялась двинуть им кому-то по башке.
- Х...хорошо.
Не желая делать очередные попытки осмыслить то, что не дано, Цыска огляделась в поисках вайзарда с надеждой, что он не потерялся по дороге и просто мудро затаился где-то поблизости.

+1

20

Смотреть на скрученного арранкара не было никакого интереса. Также как и убивать его. По-крайней мере, так. Гин зачастую выполнял роль палача, дабы Айзену не приходилось пачкать свои руки, но кто сказал, что ему это интересно? Сложив озябшие руки в рукава белоснежного косоде, Ичимару бросил короткий взгляд в сторону, где последний раз чувствовалась реяцу шинигами. Взгляд, который и ответил на все возможные вопросы. Спрятались. Затаились. А значит и заметили. Не самый лучший исход. Арранкара при нем лучше убить в знак видимой лояльности.
- Бедный Ннойтра, ты так и не понял, кого надо винить за то положение, в котором ты оказался?- разводя губы в улыбке, Ичимару все-таки бросил один единственный взгляд в его сторону. - Возвращайся в тронный зал или выбери себе любую другую дорогу, но не попадайся больше мне на пути. В следующий раз я могу не оказаться таким добрым.
Повернувшись к нему спиной, Ичимару делает всего один шаг, очередное шинпо, чтобы оказаться в непосредственной близости к двум маленьким лазутчикам или точнее лазутчицам. Что им было нужно здесь, так близко от «вражеского логова»? Являются ли они членами сопротивления или просто пытаются выжить в этой зиме?
- Вам не кажется, что находиться в непосредственной близости от Крепости Айзена не самое безопасное решение? – глянув на раскрытое занпакто, Ичимару лишь мысленно хмыкнул. Против Эспады пойти бесполезно.

0

21

Ясное дело кого винить. Вас, чертовых шинигами! И ваши жалкие магические уловки. Пустой не мог принять тот факт, что скрученный и задыхающийся он сейчас только из-за своей упрямости и глупости, и нежелания хотя бы иногда делать то, что ему велено. Поэтому он готов был обвинять кого угодно, даже своего фраксьона, но только не себя. Но Ичимару он ответить не мог из-за катострофической нехватки воздуха в легких, от которой начинала кружиться голова и слабеть зрение. И только арранкару и оставалось, что сверлить пылающим яростью взглядом затылок бывшего капитана третьего отряда и стараться разрушить сязывающие чары до того момента, как наступит удушье. Путы беззвучно трещали под рейацу Нноитры, пока наконец не дали слабину и не разлетелись золотистой пылью. Квинта тяжело рухнул на колени, тря закоченевшей ладонью шею и судорожно, с хрипом хватая ртом морозный воздух. Лисья морда. Нацепил ошейник, как на блохастую псину, и важничает. Хвост распушил. Словно его угрозы могут как-то повлиять на меня... Надышавшись вволю и заработав дерущую боль в горле, арранкар, покачиваясь, поднялся на ноги, оперся о Санту Терезу, которую тонким слоем покрывал иней. Гина уже давно не было рядом. Без сомнений он ушел следом за теми шинигами. Только вот зачем? Говорил, что нужны ему живыми, кажется так? Уж явно не для того, чтобы лично их убить. Может, попугать решил, чтобы жизнь медом не казалась? Ха, что за ересь! Ичимару на такую мелочь размениваться не будет. У него словно дел других нет, кроме как распугивать по округе всякую шушеру. Для этого и в крепости народу достаточно. Сошел с ума от переохлаждения? Или в суицидники решил заделаться? Джируга затряс головой, прекрасно осознавая бредовость этих предположений. Решив, пока не связываться с лисом, как бы сильно он не был на него зол, пустой зашагал сквозь метель куда-то в сторону. Он надеялся обойти эту кучку шинигами и отправиться дальше, но мысль о желании Гина пообщаться с представителями сейретейского сопротивления не давала ему покоя. Еще он говорил, что просто гулял. Нееее, только заядлые самоубийцы попруться гулять в такой мороз и такую даль. Не исключено, что ему дал задание Айзен, подмазаться к кому-нибудь из выживших, втереться к ним в доверие, что-нибудь разнюхать... "Повелитель видимо не вполне желает меня видеть, ибо занят своими планами в глубоком одиночестве." Мог ведь и наврать, тварь, чтобы с распросами не лез. Гррр. Да даже черт не знает, что у этого паразита улыбчатого на уме! Нноитра посмотрел в ту сторону, где по его предположению должен был находиться сейчас Ичимару. Бывшего капитана арранкар не ощущал, зато ощущал рейацу двух девушек, и одна из них была готова к сражению. А я опять столько пропущу. От досады квинта скалился и продолжал медленно отдаляться от богов смерти. В любое мнгновенье он был готов кинуться обратно к ним. Зачем - сам не был точно уверен. На языке у него упрямо вертелось какое-то слово, сказанное Гином и начинавшееся на букву "д". Оно казалось пятому очень важным, но как он ни старался, вспомнить его не мог.

Отредактировано Нноитра Джируга (2008-07-04 23:12:21)

+1

22

Маленькая и белая... кто она на самом деле? В мире живых девочки, такие, как она, бегают в школу, влюбляются, гуляют по магазинам и страдают прочей подростковой фигнёй. Может ли хоть одна из них представить себя бойцом шинигами со стальными веерами на руках? Врядли... тем временем на пути Китао явно пошла чёрная полоса. То странные обмороки, то немое одиночество, а теперь ещё и ситуация, из которой надо выбраться, или хотя бы спасти сестру. Плевать, какой ценой. Пальцы уверенно сжались на веерах... Китти на несколько секунд закрыла глаза и представила себе сотайчо, который носится вокруг и орёт, Какого чёрта без приказа... уж лучше бы вдруг оказаться перед Широ-тяном самой провинившейся на свете, быть наказанной и так далее, чем стоять тут, зная, что лучшим выходом было - бежать со всех ног... 
Когда закрываешь глаза, иногда не хочется снова оказываться в реальном мире, но такова жизнь. Казалось, прошло всего несколько мгновений, а свет вместе с переливающимся снегом ослепил девчонку. Китао тряхнула головой, гоня наваждение (вместе с попавшим на ресницы снегом) и... Когда в последний раз она видела его так близко, Ки не знала. И не знала, а видела ли. Может быть, в академии, но... Эта улыбка... почему она так всех пугает? Разве есть в ней что-то такое страшное? Может, Китти была какой-то особенной, но уж Гин то точно её не пугал ничуть. Но... Господи, как же страшно было в это ледяное время. Как было одиноко и холодно. Стоять по щиколотку в снегу, сжимать рукояти на веерах, мёрзнуть... Долго стоять в такой одежде нельзя. Девушка редко когда останавливалась надолго. И постоянно бежала куда-то в шунпо, но то, что пора менять форму, она точно поняла, когда ноги начали девенеть от холода и мысленно ругаться на неё за короткие шортики. Сказать Гину что-то... обязательно что-то сказать.... но что? Просто сбежать? Он не настроен шибко враждебно... кажется. Спрятанные в рукава руки немного успокаивали девушку, хотя она совершенно точно знала, что чтоб достать занпакто, Ичимару нужна одна секунда. А значит лучше не рисковать. Собравшись с силами, девчонка глубоко вздохнула и посмотрела лису в глаза.
- Руконгай - свободная территория. - настолько же свободная, как и я от моих кшмаров, но всё же - и каждый здесь сам отвечает за свою жизнь. И наши судьбы к вам не имеют никакого отношения!
Какой-то яростно-отчаянный огонь в глазах... Ашито резко пригнулась, оттолкнулась от земли и, кувыркнувшись в прыжке, выстрелила в ближайшую к Гину стену путём разрушения 33. Приземлившись на некотором расстоянии от поднявшейся пыли и обвалившихся камней, Китао огляделась, ловя в пыли хоть малейшее движение, для уверенности в небольшую и шаткую башенку по соседству были запущенны лезвия Ами, вызвавшие второй обвал. Вздохнув, девушка вернула занпакто в обычное состояние, подхватила сестру и на шунпо ринулась к тоннелям. И действительно, кто только придумал такие близкие к крепости проходы. Это и правда было очень опасно, не говоря уже о том, что сам по себе новый Лас Ночес очень уж угнетал. Подбежав к небольшому полуразрушенному домику, Китти внимательно прислушалась. Вроде бы, звуки метели не прерывало ничто. Тогда она достала Ами, отодвинула какой-то ящик, нашарила на полу небольшое отверстие, тонкое, как катана, и сунула туда меч. Пол задрожал, но почти безшумно открыл проход, после чего девушка кивнула сестре и спрыгнула вниз.

Китао Ашито, Циска Ашито
---> Западная система тоннелей

0

23

Ннойтра ушел. Правильное решение. Зачем нарываться на странного улыбчивого шинигами, если можно найти добычу по сговорчивей. Повернув голову в сторону арранкара, он чуть было не упустил действия прыткой девчонки. Заклинание? Ещё одно. Подумаешь. В академии и, правда, многому учили. Самое интересное, что даже не в него. С такого расстояния трудно промахнуться, так что с намерением ошибиться нельзя. Очень мило, я запомню. Скучно? Стена обвалилась поднимая столбы пыли, а Гину даже не надо особо напрягаться, чтобы сделать шинпо, он оборачивается дабы с удивлением посмотреть на падающие белые камни и столбы пыли. Можно было бы поймать этих горе-шинигами за шиворот и вежливо попросить провести его до со-тайчо, но пока в его планы не входило скорейшие возвращение, да и разведать местную обстановку не мешало бы. Кроме того, ему нравилось видеть, как рушатся чужие надежды.
- Свободная зона? Много ты понимаешь, милая. Свободная зона…. Что ж вы в своей свободной зоне прячетесь как крыски, если она такая свободная? – усмехнувшись, Ичимару тихо отступил в облако пыли, откуда неотступно наблюдал за двумя дамами, решившими оставить его общество. Да уж, его популярность весьма сомнительная. – Как все-таки любят люди давать смешные названия для тяжелых ситуаций. Зона, в которой постоянно проводится патрулирование арранкарскими отрядами, для которых жизнь человека, шинигами или даже другого аранкара мало что значит, у них называется «свободной». Ну, да. Здесь ты можете совершенно свободно умереть от холода, голода или же рук, меча, дубины ближнего своего. Каждый здесь действительно сам отвечает за свою жизнь, поскольку всегда выживает только сильнейший. Это называется свободой? Судьба… - в одно шинпо он догнал девочек, даже особо не стараясь прятаться. Белая одежда, белая внешность служит неплохой маскировкой среди белого снега. – О чем ты? О какой судьбе речь? Если она в ваших руках не уж-то вы позволили Айзену захватить Сейрейтей?! – Ичимару спустился в лаз за девушками, сразу же бесшумной, светлой тенью отступив во тьму. - Позволили, сами, забить себя в подземные норки, откуда вы даже носу не показываете. И это уже длиться долгое-долгое время. Судьба в руках сильных, милая, и я тебе как-нибудь об этом расскажу, а пока можешь оставаться со своей наивной верой.

---> Западная система тоннелей

0

24

Даже сквозь завывания ветра, кружащего в воздухе бесконечные снежинки, невозможно было не услышать грохот, создаваемый разрушительными заклинаниями. Нноитра нетерпеливо остановился и обернулся на шум, гадая, что же произошло и кому принадлежало заклинание. Гину или же одной из тех девиц? Определенно не первому, он же у нас с благими намереньями к ним пришел. Гин, да и с благими намереньями. К чертям, к чертям улетели все эти гребанные миры. Еще до того, как Айзен создал престол в Уэко Мундо. И, клянусь своей Сантой Терезой, в этом аду становиться интересно. Словно буря пришла после затишья. И подтверждением "бури" прозвучал еще один взрыв и оглушительный грохот осыпающихся камней. Джируга уже не ждал, когда звук затихнет, он со всех ног мчался туда, где плескалась разбушевавшаяся духовная сила шинигами. Еще всего два шага сонидо. Еще один. Словно пушистый хвост по лицу, скользнула куда-то рейацу Ичимару. А затем все исчезло, словно и не было вовсе ничего. В легком замешательстве квинта остановился почти на том самом месте, где мнгновенья назад проходил разговор между богами смерти, но кроме еще не занесенных снегом обломков зданий не обнаружил ничего, что стоило бы внимания. Кроме обломков и следов. Еще в пустыне, еще когда Нноитра был диким адьюкасом, редкие ленты следов на песке порой помогали найти новую добычу, как бы быстро она не передвигалась. То, чему приходится учиться ради выживания, неозможно забыть.
Некоторое время понадобилось Джируге, чтобы найти лаз, уводящий, судя по запаху затхлости, очень далеко под землю. Арранкар покружил возле прохода в скрытый город шинигами, четырхаясь и скрипя зубами. Сам он и пролез бы туда, но не массивная Санта Тереза. А привлекать к себе лишнее внимание, расширяя дорогу, пятый ой как не хотел. К своему огорчению смерившись с тем, что за шинигами ему последовать не удасться, Нноитра уселся возле ближайшей стены, постаравшись найти место, наиболее недоступное для резких порывов ветра. Рано или поздно кто-нибудь обязательно вновь воспользуется этим путем, и тогда я уже буду поджидать. Удивительно, но свист ветра начинал действовать успокаивающе, а снег больше не казался таким холодным, как в первые минуты прогулки по ледяной пустыне Сейретея. У меня наверное, уже все пальцы на ногах пооткалывались. Арранкар усмехнулся, прикрывая глаз и подтягивая тощие колени к подбородку, чтобы стало еще теплее. Сидя в засаде, особенно зная, что добыча прийдет нескоро, можно и вздремнуть немного, отдаться воспоминаниям о желанном мире прошлого. Главное успеть вовремя проснуться. Главное, не забыть проснуться.

Отредактировано Нноитра Джируга (2008-07-11 00:17:14)

0

25

(----------- Окраины
Якиру в спешки пытался нагнать цыску с сестрой которые уже были вне его видимости. Резко почувствовал чьё то риетсу. Эта духовная энергия отдавала Арранкарским началом и была довольно сильной. Резко остановившись Вайзард попытался как можно лучьше спрятать своё присутствия хотя и понимал что его тоже скорей всего заметили." Надеюсь ктобы он не был он подумает что ему померещилась. Славу богу эта вьюга мешает сосредоточится." Понимая что он скорей всего отстал от шинигами Якиру быстро божелаж в противоположную от Аранкара сторону. Драться с ним рядом с их территорией ему совсем не хотелось."Надеюсь меня те  шинигами наидут меня ,блин и как я мог от них отстать"
----------------)Северный Руконгай. Улицы.

Отредактировано Якиру (2008-07-21 03:43:42)

0

26

Белоснежные кружат в порывах ветра бесчисленные песчинки. Острые и жесткие. Встревоженные, они собрались в песчанную бурю, неся по пустыне смерть маленьким юрким ящеркам в твердых костяных масках, которые не успели скрыться в толще барханов. Безобидные песчинки заметают тощие ветви каменных деревьев, скрывают под собой все, что попадается им на пути. И только холодная громада Лас Ночес устоит перед ее безудержным натиском. С высоты купола крепости как на ладони видно все буйство бури. Она - словно рейацу этого забытого мрачного мира, рейацу дикого, быстрого охотника. Как же охотник, стоящий на глади купола, понимает эту бурю. Если бы кто только знал, как он жаждет сорвать с шеи невидимый тяжелый поводок и окунуться с головой в буйство стихии, сразиться с ней, стать единым целым, А потом долго лежать животом вверх на камнях и глотать чуть солоноватые крупицы песка, которые набились в рот. Раскинуть широко руки, словно желая обнять беззвездное небо, закрыть глаз и погрузиться в темноту, освещаемую кровавым полумесяцем сквозь веки. Охота удалась на славу...
Нноитра слабо вздрогнул, ощутив приблизившееся чужое рейацу, которое тут же стало удаляться прочь. Оно принадлежало тому странному парню, что следовал за двумя женщинами. Рейацу ни шинигами, ни человека. Пятый помнил существ с подобной духовной энергией еще с тех пор, когда произошла атака пустых на Сообщество душ. Вайзарды. Они канули в лету одними из первых. Удивительно, что сейчас, здесь, на развалинах мира богов смерти объявился один из них. Наверное, струхнул, завидев толпы пустых, несущихся разорвать его, вот и поспешил спрятать свою шкуру. С трудом Джируга разомкнул веки и пошевелил головой. Он просидел без движения достаточно долго, чтобы тело его покрылось тонким слоем инея и почти полностью потеряло подвижность. В течении долгих минут квинта разминал шею, руки, ноги, особенно тщательно двигал пальцами левой руки, чтобы придать им былую цепкость. О правой руке он и не думал. Та настолько глубоко замерзла, что приобрела синеватый оттенок и скорее откололась бы, оставшись на древке Санты Терезы, чем начала бы двигаться. Не так уж и скоро Нноитра стоял на ногах и вглядывался в ураган, но не видел ничего. Собственные ноги с трудом удавалось разглядеть. Мысль о том, чтобы пробраться в лаз следом за Гином становилась все привлекательнее, но даже излишне самоуверенный квинта не мог наверняка сказать со сколькими противниками он сможет справиться в таком плачевном состоянии. С другой стороны в крепость возвращаться он был не намерен, как и торчать без дела на этом пустыре, жмясь к ледяной стене, чтобы укрыться от ветра. Очень далеко едва различимые послышались две столкнувшиеся рейацу. Тот парниша вайзард и Гриммджоу. Словно пылающие цветы они блестели даже сквозь плотную завесу снега. И что только синегривый позабыл здесь? Тоже решил сбежать из удушливых корридоров? Стряхнув с тощих плечей снежинки, тяжело и лениво Нноитра поплелся туда, откуда слышались отголоски битвы. Вмешиваться он не хотел, а увидеть ничего толком не смог бы. Но там сейчас кипела жизнь, и прирожденного убийцу словно магнитом тянуло к ней. Санта Тереза огромным лезвием оставляла следом за арранкаром глубокую борозду в сугробах.

+1

27

Зараки Кенпачи, Ячиру Кусаджиши
---> Западная система тоннелей

Лестница в старом доме угрожающе скрипела после каждого шага капитана Зараки. Можно было конечно не морочиться с этой неустойчивой конструкцией и напрямик ломанутся через стену дома, но Кенпачи не был уверен, что эта многовековая хибарка не развалится на кусочки. А вход вроде как должен оставаться секретным...
Лестница наконец кончилась, выведя грозного капитана прямиком в прихожую заброшенного здания. Здесь уже было гораздо холоднее чем в подвале, а старая дубовая дверь настолько примерзла к порогу, что даже пинок Кенпачи не заставил ее открыться сразу. Лишь после второго мощного удара тяжелого сапога шинигами, дверца вздрогнула и распахнулась с противным скрипом. В дом ворвались снежные хлопья, радостно кружась в воздухе и оседая на стенах или на полу. Зараки закрыл лицо ладонью, чтобы защитить глаза от колючего снега.
Хе, а на улице погодка, прямо скажем, отстойная... - подумал капитан, глядя на неистовство снежной стихии за пределами дома. Руконгай, до чертиков знакомый и родной, теперь превратился в закованные в ледяную темницу развалины.
Да, раньше тут было больше народу. В основном всяких слабаков. Теперь народу нет совсем, зато повсюду гуляют арранкары. Черт возьми, мне нравится это место. Тут стало гораздо интереснее, чем во времена моей, хе, молодости...
Зараки с трудом протиснулся в узкий дверной проем и оказался во власти зимы. Похоже, метель только начинала входить во вкус, обильно посыпая город белыми снежными хлопьями и завывая на сотни разных голосов. Но Кенпачи не интересовала метель. Жуткий холод, конечно, донимал, но капитан надеялся вскоре согреться своим любимым способом.
Ну и где же противники? Ни черта не вижу в этом бледном мареве... И реяцу тоже не ощущаю.
Шинигами сделал несколько больших шагов, отойдя от дома на расстояние нескольких метров. И тут как будто что-то взорвалось и взвихрилось всего в нескольких километрах от Кенпачи. Губы Зараки сами собой растянулись в довольной ухмылке.
Ясно. Чертов дом не позволяет замечать духовную силу, пока ты рядом с ним, - Зараки бросил взгляд на темный силует здания, уже плохо различимый из-за обилия снега в воздухе. - Похоже, это действительно Эспада. И не самый слабый... Нужно поспешить, а то еще свалит куда-нибудь...
Пальцы Кен-чана сжались на рукояти безымянного зампакто. Адски холодная... Но ничего, скоро она станет горячей, когда окропиться кровью павшего противника. Стоит надеяться, что бой не будет слишком простым и быстрым. Зараки двинулся в ту сторону, где почувствовал колоссальную реяцу. Были и еще какие-то духовные энергии, но недостаточно сильные, чтобы заинтересовать Кенпачи.

0

28

Пылающие цветы рейацу Гриммджоу и вайзарда отпечатывали замысловатые яркие узоры на внутренней стороне век, даже несмотря на то, что сквозь метель их не было видно. Не проходя через зрительный орган, они сразу застывали в мозгу и вынуждали ити в сторону разгоревшейся битвы. Сквозь вечный мороз тонкое обоняние пустого улавливало запах жара, пота и крови. Или же это было только фантазией Нноитры, вызванной нежеланием пропадать одному в ледяной пустыне? Кожа почти потеряла чувствительность от обжигающих порывов ветра, зрение никак не помогало ориентироваться в пространстве, и из-за этого арранкару казалось, что обоняние и слух его усилились до невозможного. Возбужденое воображение доносило до него звон снежинок, осыпающихся на сугробы, через которые как нельзя уверенно шагал пятый. Он представлял себе во всех подробностях дуэль зверя и недо-шинигами, хоть и не знал особенностей зампакто последнего. Дав разгуляться вволю фантазии, чтобы скоротать время до момента прибытия на поле битвы, Джируга воображал как могу слетать капельки крови с раненой руки Гриммджоу, как тонкое лезвие Пантеры распарывает снежинки, как ее под ее острием трещит и мнгновенно расходится одежда и кожа жертвы. Нноитре вспомнилось, когда во время атаки на Сейретей, Джагерджек воззвал к силе своего оружия. Сейчас, словно след прошлых событий, по потрескавшимся губам квинты скользнула улыбка. Нелепые кошачьи лапки синегривого пробуждали в Нноитре некий прилив положительных эмоций. Глупее выглядел разве что Зоммари, уподобившийся глазастой тыкве.
Мощная волна рейацу внезапно ударила в спину, заставив пошатнуться и переместить внимание со сражения на нечто более существенное. Джируга обернулся к волне лицом, улавливая ее переливы и поблескивания. Дешевая позолота, горькая соль и неисчислимая армия мертвых душ, захлебнувшихся в своей же крови. Я помню тебя. Словно встреча старого доброо друга, с которым не виделся несколько лет. Нноитра не знал, что значит дружба. Ему не приходилось никогда открыто испытывать приязнь к кому-то, она, как и все светлые эмоции, гнила на самом дне его души. Но сейчас пятый испытывал нечто схожее с этим чувством. Он хорошо запомнил высокого и крепкого одноглазого капитана с идиотской прической и мелкой девчонкой на плече. Им так и не довелось скрестить мечи во время захвата Сообщества Душ, и Джируга в тайне надеялся, что ни Старк ни Халибел тогда не убили ненароком этого странного бога смерти. Ощущая некоторую свою схожесть с огромным шинигами, квинта не мог упустить возможности встретиться с ним на поле брани. Так он думал тогда, в пылу убийств, окруженный смертями. А сейчас, осознавая неумолимое приближение желанного противника, Нноитра испытывал постыднейшее желание избежать встречи. Скрыться под снегом, сбежать, поджав хвост. Тело его слишком ослабло, что он, прекрасно понимал к своему огорчению, и он физически не смог бы оказать врагу должный горячий прием. Какой позор. Я стал ничуть не лучше этой жалкой зеленогривой женщины, у которой никогда не хватало сил меня убить. Еще чуть-чуть и я буду похож на Заэля, осталось только в философию вдариться и уйти к нему в лаборатории копаться во всякой жидкой дряни и чужих кишках. Почему? Почему, мать вашу, это не пустыня? Как в этой вонючей дыре можно быть хищником?! Хищником... Далекое и сладкое воспоминание о вечной погоне, когда ничего вокруг не имеет значения. Только дикий бег, добыча и серебро полумесяца в небе. И больше ничего. Снежинка, коснувшаяся замерзшей руки, показалась жесткой и шершавой. Песок? Нноитра поднял лицо к небу. Белизна кружила перед ним, закрывая мир вокруг. Песчаная буря? От этой мысли внутри арранкара словно вновь заработал запылившийся ржавый механизм. Все страхи, переживания, волнения разом канули в пустоту, уступая место безграничному голоду до охоты. Исчезли снега и развалины Сообщества Душ, исчез Айзен и его крепости. Вокруг только белые пески, встревоженные бурей, и серебрянный полумесец. Санта Тереза. Набрав полные легкие морозного воздуха, пятый издал высокий визгливый рык, словно отвечая на хлещущие ему в лицо потоки рейацу. Не прошло и мнгновения, как он со всех ног уже мчался навстречу противнику, завядя секиру за спину, готовый в любой момент нанести удар. Он довольно далеко успел уйти от прохода в тоннели шинигами, но сейчас расстояние не имело значения. Роем саранчи за Эспадой расправлялось огромное рейацу, заглушая ветер и увлекая за собой снег. Нноитра Джируга вновь был в плену вечной погоди охотника за жертвой.

+2

29

-----> Крепость Айзена. Корридоры.

Когда Тесла приблизился к передполагаемому местоположению своего неугомонного начальства чуть меньше, чем на километр и вдали уже стало видно стоящую неподвижно долговязую фигуру в белом, как практически оказался сбит с ног рейацу огромной силы. Фрасьон споткнулся и полетел лицом в снег. Кубарем прокатившись метров сто, даже толком не разбирая, где небо, а где земля, арранкар остановился только придя в контактное состояние с нелепо торчащим посреди поля давно потерявшим вся свои листья деревом. Быстро отряхнувшись, Тесла снова отправился вслед за удаляющейся рейацу Нноитры. Что такого мог углядеть господин, что выпуслил рейацу настолько, что смог сшибить с ног даже привыкшему находиться рядом фрасьона?
Тесла отлично знал, что отвлекать или пытаться остановить Джиругу в такие моменты практически священной боевой ярости было равносильным самоубийству. Поэтому догнав Нноитру, арранкар попросту продолжал держаться чуть позади, обозначив свое присутствие достаточно громким "Нноитра-сама". Скорее всего Эспада его даже не услышал, но никто потом не сможет упрекнуть Теслу в том, что тот не поздаровался. Он не мог почувствовать за духовной силой Нноитры рейацу того, кто так привлек внимание господина, поэтому решил просто держаться рядом и не мельтешить, если(или пока) это не потребуется.

+2

30

Снежные вихри метались и выли, как взбесившиеся собаки, яростно набрасываясь на шагающего к своей цели капитана. Чем ближе была зловещая реяцу члена Эспады, тем быстрее бежал Зараки, с нетерпением желая увидеть своего противника. При каждом шаге, походившем скорее на небольшой прыжок, ноги шинигами глубоко увязали в накрывшем Руконгай снежном покрывале. Эти сугробы бесили Кенпачи, поскольку оттягивали желанный момент боя. Хотя потом, когда битва наконец-то начнется, глубокий снег лишь сделает ее интереснее... Также как и белые пушинки в воздухе, норовящие залететь прямо в глаз, не защищенный черной повязкой. Хотя шинигами несся во весь отпор, колокольчики закрепленные в его волосах, на длинных черных шипах за которые так любила дергать Ячиру, едва-едва звенели. То ли снегом забились, то ли просто примерзли и потеряли свой переливчатый, дразнящий противника своим звучанием голос.
Проклятый холод... Ничего, скоро согреюсь... - думал Кен-тян, одним махом перепрыгивая здоровенный сугроб, который ранее, до этой ядерной зимы, был лотком для продажи воды. Опустившись по другую сторону от этого снежного нагромождения, Зараки неожиданно почувствовал изменения в реяцу своего предполагаемого соперника. Если раньше оно было подобно буйному ветру, хлещущему прямо в лицо капитана, то теперь совсем недалеко от Кенпачи разразился настоящий ураган, из тех что вырывает деревья, вспенивает моря и стирает с лица мира целые поселки. Сомнений не оставалось - неведомый так же почувствовал приближение Зараки. Шинигами ухмыльнулся и облизнул замерзшие губы. - Значит, очнулся, голубчик? Ну, посмотрим что он теперь будет делать... К великой радости и восторгу Кен-чана, ураган пришел в движение. Теперь всепоглощающие реяцу приближалось вдвое быстрее. Довольный Зараки тоже дал волю своей духовной силе, выпустив потоки золотистой реяцу вверх, заставив ее взвиться за своей спиной подобно пожару, охватившему целый лесной массив. Он уже совсем близко, понял Кенпачи, чувствуя как быстро бьется его собственное сердце, предвкушая начало жестокого боя. В том, что бой будет захватывающим и неповторимым Зараки теперь не сомневался - было в его противнике что-то такое, что заставляло губы Кенпачи самопроизвольно растягиваться в безумно довольной усмешке. Кажется, я даже помню это реяцу... С ним я не сражался, иначе бы точно знал. Но тогда, во время той заварушки под стенами Сейретея, после очередного убийства я почувствовал... Что кто-то веселиться так же как и я. Упивается каждым мгновением  кровавого боя, с наслаждением насаживает противника на острие своего меча. Ему плевать на раны, плевать на то, что руки уже устали рубить в щепу ничтожных слабаков, попытавшихся отнять его время... Жаль, что мы не встретились тогда, во время того божественно-прекрасного махача. Уверен, после этого встречи только один из нас вернулся бы обратно к своим.
Секунды в этом снежном царстве растягивались в часы, но Кен-тян знал, что вскоре два клинка встретятся в смертоносном поцелуе. Он даже мельком увидел своего противника, когда очередной порыв ветра отнес в сторону надоедливых белых мух. Высокая худая фигура, за плечами которой сияет угольно-черный полумесяц. Еще десять-пятнадцать секунд безумного бега, и противники сойдутся лицом к лицу. Тогда и погляжу, что он из себя представляет, - усмехнулся капитан, стискивая пальцы вокруг рукояти безымянного зампакто. Только сейчас шинигами заметил второе реяцу, скрытое в тени первого. Незначительное, дохлое по сравнению с реяцу Эспады. Хрр. Наверное франкильон, или как они там называют своих подхалимов... Если сунется, располосую одним ударом. Однако, появление фрасьона напомнило Кенпачи об опаздывающей Ячиру. Капитан понадеялся, что маленькая лейтенантша замерзла и вернулась в тоннели. Здесь ей делать явно нечего, подхватит еще насморк не дай бог.
Теперь противников разделяло лишь ничтожных двадцать шагов, и душа Зараки возликовала, когда он понял что Эспада в качестве приветствия собирается угостить шинигами ударом огромной секиры. На это у Кенпачи имелся свой, не такой громадный с виду, но настолько же яростный ответ.

+2


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Улицы бывшего Руконгая » Западный Руконгай. Улицы