Bleach: Disappearing in the Darkness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Казармы отряда личной охраны сотайчо. Комната лейтенанта отряда.


Казармы отряда личной охраны сотайчо. Комната лейтенанта отряда.

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Представляют собой две смежные комнаты, ранее принадлежащие лейтенанту отряда. Одна, проходная, исполняла роль кабинета, вторая - спальни. По размеры абсолютно одинаковые, они не были заставлены мебелью и претерпели качественное изменение после временного переезда Ичимару на их территорию.

Спальня (Покои Ичимару Гина):
Единственный выход из неё ведет в смежную комнату. Каменный пол покрыт под татами. Из-за того, что он слишком холодный, постель разложена на возвышении. Рядом - небольшой стол с лампой и часами. Набор для курения. Небольшой алтарь в углу,  два шкафа с книгами и манускриптами и платяной шкаф. Из личных вещей - набор чайных пиал.

Кабинет:
В кабинет можно зайти с территории отряда, пол так же покрыт татами. В кабинете почти нет мебели - рабочий стол, заваленный бумагами, подушка для сидения, набор для приготовления чая на традиционном комоде. В ящиках комода - канцелярские принадлежности, плитки с тушью, заверенные, но еще не переданные в архив бумаги, сухой чай в коробочках. Противоположная от стола стена заставлена шкафами с документацией. После переезда, Рито перебралась спать в кабинет, поэтому в углу свернут футон. Окон так же нет.

0

2

-------> Дом Хитсугайи. Западное крыло ген-штаба оппозиции ----- > 3 дня

Ичимару нехотя приоткрыл глаза. Тусклый свет поначалу вроде бы не раздражал, а со временем стал утомлять. Перед ним на столе лежали книги и письменные принадлежности, но ничего нового Гин не узнал. На листке, испещренном какими-то закорючками, не было видно ни одного четкого слова кроме иероглифа «верность». Она действительно обязывала. Гин усмехнулся. Хотел ли он все переиграть? Вряд ли. Это было бы совсем не так интересно. В конце концов, все они жили и жили так, как считали нужным. То, что эта жизнь приводит их в сегодня правильно, а если уж что-то менять, то с самого начала. Такой силы у него в руках нет.
На кровати ровной стопочкой лежала одежда, черная, позволяющая не так сильно выделяться, не провоцировать окружающих, а вот это было для Гина необычным, и облачаться в новенькую форму он не спешил. Не к лицу, да и без хаори совсем не так интересно. Хотя не одевался он не из вредности. Костюм позволял чувствовать большие всплески рейяцу со стороны арранкаров. Возможно, он сможет находиться «в теме», когда это будет нужно.
«С другой стороны, может и не стоит так сильно выделяться».
Отставив чернильницу и кисть, Ичимару сменил то, что использовал как юкату на смешанный костюм – черная форма сверху и нижнее косоде от белой. Немного неудобно, но зато теплее. Последнее время он мерз и застуженные стены не способствовали согреванию. Саке способствовало, но Гин пришел сюда не пить. Да и компания у него пока была слишком истеричная. Не любил он таких женщин – нервных, крикливых, мегеристых. Таких хотелось заткнуть раз и навсегда, а ему приходилось с ней находиться рядом. Глупая она, хоть и старая. Слишком много лишний слов, действий, каких-то нелепых попыток его задеть вначале и неприятное понимание в глазах теперь. Жалость? Нет, но что-то близкое, а это вызывало совсем детское желание насолить, чтобы не забывала, с кем имеет дело.
На сегодняшний день было много планов, но пока не четких. На данный момент, он представления не имел, как этой кучке шинигами победить Айзена. И вроде должны, но как? Запросил материалы по организации. Вроде как обещались дать.

0

3

---------------> Казармы Отряда Градоуправления

Уже перед самой дверью Кира затормозил. О том, что он скажет охране, он не подумал. Как бывшего лейтенанта Ичимару, его к нему не должны были подпустить и на пушечный выстрел, однако пропустили. И даже показали куда идти. О том, что содержание и охрана Гина передана личной охране со-тайчо, Кира узнал почти сразу, но вот там он почти никого не знал. Разве что поговорить с Комамурой-тайчо… Его тоже предал друг, он должен понять…
Бывший капитан был помещен под круглосуточный конвой к лейтенанту отряда. Про этого офицера, Кира слышал только то, что это была женщина и то, что раньше она была во взводе Кидо. В душе шевельнулось что-то похожее на юношеское любопытство – людей из этого взвода раньше было не встретить на улицах просто так, про них рассказывали много историй и всяких небылиц, так же как про онмицукидо. Какая доля правды была в этих рассказал, Изуру не знал, но почему-то был уверен, что они такие же шинигами как и все.
Кира неуверенно потоптался под дверью, переминаясь с ноги на ногу. Знакомая рейацу выматывала, манила, ломала кости и вырывала нервы, вытаскивая на поверхность все так тщательно скрываемые все эти три года глубоко в душе эмоции, всколыхнутые встречей с Хинамори. Хотя, наверное, не правильно называть прощание со старым другом встречей… Волной накрыла тихая злость – у него есть много вопросов к бывшему капитану. Согнув бледные пальцы, Кира постучал и когда дверь открылась, согнулся в почтительном поклоне:
- Лейтенант отряда градоуправления прибыл к Ичимару Гину, чтобы провести ознакомительный инструктаж, с целью ввести в курс ныне существующей системы управления, изменениями в Уставе и основными законами, - слова родились сами, словно весенние кролики выпрыгивая из мозга, смешно поводя ушами и отбивая барабанным стуком пульсацию крови в висках. Ладони рук мгновенно стали холодными и потными. Кира распрямился и наконец-то посмотрел на открывшего ему дверь. Девушка. Еще тоньше и ниже ростом, чем та, которая пришла сегодня в их отряд. Только взгляд совсем неприятный, пристальный, волосы все взлохмачены. В руке она держала трубку. Осмотрев Киру с ног до головы, она кивнула и махнула рукой, чтобы он заходил, что-то быстро затараторив про утренних гостей, гостей с правом на проживание и ночлег, приятное общество и то, что чай они заваривать себе  сами будут. Сказано это было с невероятной скорость, поэтому Кира только и мог что кивать. Впрочем, ответа от него похоже не ждали. Зато с каждой секундой Изиру сомневался, что зашел в ту комнату – уж очень не похоже было, что это мастер Кидо и тем более, что она сможет, если что задержать Ичимару. Девушка тем временем бесцеремонно распахнула дверь на противоположной стене и кивнула. Сделав шаг, Кира почувствовал, как у него начинают бегать мурашки по спине и самостоятельно подгибаются пальцы на ногах. Только переступив порог комнаты, он понял, что она огорожена очень сильным барьером – если его закрыть изнутри будет проблематично взломать, да колебания рейацу будут глушиться… Что ж, так даже лучше.
В комнате было сумрачно, но сидящего на кровати человека Кира бы узнал, даже если внезапно ослеп. Горло сдавил неприятный спазм, а пальцы нервно скрючились на рукояти Занпакто.

- Здравствуйте, тайчо.

0

4

Послышался стук и голоса. Точнее один голос что-то там тараторивший на невероятной скорости. Казалось, эта женщина пила и курила что-то ускоряющее её реакцию или, как ей думалось, замедляющее все вокруг. Живя в таком темпе, сложно контактировать.
Гин присел на кровать, в задумчивости уставившись на листок. Барьер подавлял те остатки реяцу, которые проходили через дверь, минуя стены, но ему показалось, что он слышал голос Изуру. Улыбка Ичимару приобрела плотоядный оттенок. «Так и есть». Изуру собственной персоной. Все такой же бледный, нервенный и зализанный. Только вот челку обрезал. Даже жаль. Нет, она ему никогда не нравилось, но так Кира словно пытался что-то в себе изменить с момента ухода своего капитана, а капитана он устраивал таким, каким был.

- Здравствуй, Изуру, - протянул Гин, покосившись на закрытую дверь. – Рад, что с тобой все в порядке, но не думал, что тебя ко мне пустят, - он сделал запрос, чтобы познакомится с системой управления нового Готея, но не думал, что рассказывать ему все это будет Изуру. Хотя так даже лучше. «Он знает, что я захочу услышать». Он всегда знал. Нервничал, ошибался, краснел, суетился и знал.
- Садись, - Гин кивнул на ближайшее место. – Рассказывай, что у тебя там и как, – не то, что ему было это на самом деле сильно интересно, Ичимару было интересно что и как он ответит, его реакция, его поведение. Конечно же, можно было свести разговор к деловому, но тогда бы Кира очень и очень долго рассказывал то, зачем пришел, чтобы потом ещё мяться, прежде чем рассказать то, зачем пришел на самом деле. Эту систему Ичимару изучил давно и тщательно старался её обойти. - Всё лейтенант? А друзья твои выше пошли. Не доверяют или сам не согласился?

0

5

От ненависти скручивает пополам, сжимает спазмом горло. Пальцы на рукоятки меча сжаты до боли, до хруста суставов и белых костяшек. Кира хотел ответить, но лишь вдохнул холодный воздух, делая несколько шагов. Если бы он мог ввергнуть этого человека в пучины Ада только силой своей ненависти... Но только ее было недостаточно, потому что более всего он хотел услышать ответы - приставит клинок к этой белой шее... На это было много причин - сладкие ночные грезы, мертвая девушка в пустоте холодной залы, доверие, обман и обман... Изуру не знал, что должен делать, что хочет сделать точно, сейчас и сию минуту, когда Он сидит перед ним, привычно улыбаясь, наблюдая - этот взгляд он чувствовал всегда даже сквозь прикрытые ресницы и прищуренные веки - взгляд от которого вставали волосы на затылке, а кожа покрывалась неприятными мурашками... "Тайчо... Как же я..." - этот взгляд разжимает пальцы, гнет спину в поклоне, скрипит на зубах эмалью, пробирается в сердце болью, которая глушит рассудок. Он него покрываются липким потом спина и ладони, потому что ничего не изменилось. Запах его рейацу и его аура. Они остались прежними - "...боюсь вас"...

- Я должен проинформировать вас, - блондин стоит прямо, словно вытянутая струна под напряжением в несколько тысяч ватт. С места он так не сдвинулся, словно боялся, что если сделает шаг - сорвется, упадет, разбившись с разлета о хитро улыбающегося белого лиса... Голос предательски дрожит, выдавая напряжение и слишком сильные эмоции. Слова Ичимару как всегда били больно и четко - по самому глубокому - он слишком хорошо выучил его душу, забрался в нее и... поселился там, свернувшись клубком, - Это моя обязанность, как представителя отряда Градоуправления. Офицеров младше звания лейтенанта к вам запрещено пропускать.

Сглотнув комок в горле, Кира делает первый шаг к пропасти, набирая воздух как перед прыжком, ломаясь чтобы не сорваться в истерике на крик. Светлые брови изламываются - гнев или страдание? Нет. Отчаянье. Именно оно:
- Недоверие понятно и оправдано. Я ваш лейтенант и этого уже достаточно для тюрьмы... Но я хочу сказать... поговорить... спросить у вас! - он таки сорвался на высокий тон, - Почему вы нарушили свое слово?! Вы... вы ведь обещали мне, - слезы невыплаканные за эти три дня сочатся горькой влагой, мочат ресницы. Злые, горькие слезы, - Вы... Хинамори - мертва... Вы же обещали, что она будет жить...

+1

6

«Ярэ-ярэ», - протянул Ичимару, следуя взглядом за несколько ломанными движениями Изуру, в которых угадывалось какое-то недонамеренье. «Столько эмоций и такая нелепая попытка их сдерживать», - его лейтенанта никогда нельзя было в принципе назвать сдержанным. Наоборот, все испытываемые им переживания, будь то ненависть, злость, обида, смущение или страх, отчетливо читались по нервным черточкам его лица.
Гину всегда казалось, что Изуру как никто другой подходил на звание лейтенанта третьего отряда. Эту мысль он старательно внушал ему с момента его вступления в должность. Именно отчаянье, порожденное страхом поражения, было символом отряда. Именно Изуру мог стать тем мифическим добром, которое с кулаками. Нервным, боязливый, если не сказать трусливый, он делал все, чтобы избежать столкновения, но становился беспощадным, как только оно начиналось.

- Хватить дрожать как осиновый лист. Сядь уже, - с легкие раздражением бросил лис, оглядываясь на стол, с разложенными на нем бумагами. – Лейтенант отряда градоуправления… этот тот, в котором капитан Кучики? – не без любопытства поинтересовался Ичимару. В конце концов, именно для этого он и сделал тот запрос – чтобы получить информацию. Какие-то обрывочные данные можно было выцепить из бесконечной трескотни Рито, но это было слишком уныло, неточно, неясно и раздражительно. Женщина явно пыталась довести его до греха смертоубийства, а до этого, кстати говоря, Гина долго доводить не надо. – И как тебе?
«Значит все-таки не по делу и даже не из-за желания увидеться», - разборки Гин не любил. Какие-то попытки что-то ему предъявить тоже. Он по определению был достаточно честным, чтобы никто ему ничего не предъявлял, но похоже Кира думал иначе. – А мне-то так хотелось думать, что ты будешь одним из немногих, кто рад меня видеть, - Ичимару улыбнулся с лёгким укором, покосившись на светлую макушку. Лица согнувшегося шинигами было не видно, а это неудобно. Взгляд лениво скользнул по пальцам, державшимся за рукоять занпакто. Пожалуй, было бы проще, если бы он просто его выхватил.

- Хинамори-чан, значит… - протянул Ичимару. Разговора, конечно же, можно было избежать. Благо видеть каждый день постную физиономию Изуру, на которой читалось вежливое требование получить свой ответ, он не обязан, а поэтому мог увиливать от этого самого ответа достаточно долго. Но это надолго бы растянуло и его попытку получить нужную ему информацию. - Эта последняя причина, по которой ты можешь на меня злиться. То, что я сказал, что не трону эту девочку, не означало, что я буду за ней следить и её охранять, -  Кроме того, пожалуй, он был немного обижен. Причин сомневаться в нем у Изуру не было. - Это уже твоя обязанность присматривать за важными для тебя вещами. Раз не справился, злись на себя.

+1

7

Он не знал чего ждать от своего капитана, поэтому ждал абсолютно всего, но к правде, которую он представлял, которую видел во многих вариациях и к ответу на сой вопрос, на который отвечал самостоятельно миллионы раз за это долгое время - ко всему этому он оказался не готов. Растерян и подавлен - этот человек, он только одной фразой был способен убить его решимость, но...
- Я ждал вас, - пальцы тискают рукоятку, словно это палка, а он утопающий. но веточка надежды слишком тонка, а сам он отяжелел от своих мыслей, которые камнем висят на ногах, утягивая за собой в темный омут, - Я хотел вас встретить, чтобы спросить, - голос дрожит, но слез уже нет. Высохли, он смог справится, оставив кровавые полумесяцы ногтей на собственной ладони. Три года снега и бесконечная война оставили на нем свой отпечаток – он стал спокойней, - Но я не рад вам...

Какие-то нотки в голосе заставляют его верить - недоумение или даже сожаление? Наивность - не самое хорошее качество для лейтенанта, а доброта и доверчивость - самые плохие свойства для того, кто пошел служить в военную организацию, едва похоронив родителей. Губы слегка дрогнули, но не родили ответ, написанные широким размашистым кадзи сквозь всю его жизнь. Он хотел возразить, он мог возразить, имел право на возражение, от него его ждали... Губы изломились вслед за бровями - горечь и скорбь. Ему было больно, он не хотел разговора. Он хотел только знать.

- Значит, вы не знали? - больно, а каждое произнесенное слово может либо быть правдой, либо ей притворятся. Он кусает губы, чтобы снова не сорваться, - Ее нашли три дня назад, в тоннелях. Тех, откуда вы пришли. Ее нашли одновременно с вашим появлением, - он выделил принадлежность, тяжело вздохнув. Предложение сесть было в силе, ноги подкашивались, но рядом с Ичимару он не сядет ни за что. Накатывает какое-то истерическое спокойствие - он ведь уже давно смерился с потерей подруги, так чего лить слезы по несбыточным мечтам? По несдержанным обещания... Это глупо, - Я злился на себя, я злюсь на вас, - предельная честность, а глаза цвета апрельского неба холодны как февраль, - И на нее. На себя, что не могу ничего сделать, на вас за то, что ушли без предупреждения, на нее... за то, что не дала себя защитить. Мертвые безмолвны и святы, но вы вернулись. Я хочу понять, тайчо, зачем вам это? Я не верю в то, что вы пришли просто так и в то, что останетесь потом. Вы ведь снова уйдете... - голос слегка дрогнул, вслед за накатившими воспоминаниями, - ...вслед за ним?..

Отредактировано Kira Izuru (2009-10-22 11:23:40)

0

8

Короткая тень на лице. Раздражение? В конце концов, он не обязан все это слушать. В конце концов, он вообще ему ничем не обязан, несмотря на то, что у мальчика похоже было по отношению к этому совершенно другое мнение. Злиться? Может злиться сколько угодно. Все эти укоряющие речи, печальные взгляды, хватания за рукоять занпакто - как же он от этого устал. Это уже неинтересно, не волнует, не вызывает даже легкого взбудораживания. Ему просто надоело.
"Наивный", - похоже, Изуру воспринял его слова всерьез, но у него с этим частенько бывали проблемы. Шуток он не понимал, на подкалывания обижался, а из-за оскорблений хватался за рукоять занпакто, пыхтел, сопел, тужился и не решался. "Глупо". На что он вообще рассчитывал? Наивные речи младшего лейтенанта. Будто и не было пятидесяти лет в его отряде и четырех лет предательства. Будто бы он все ещё от него чего-то ждёт. "Раздражает", - Гин откинул голову, глядя на покрытый тонкой паутинкой трещинок потолок. 

- Это хорошо, что хоть у кого-то из нас двоих оправдались ожидания, - насмешливо протянул Ичимару. Пожалуй, он исчерпал свой запал вежливости и доброжелательности. Пожалуй, зря вообще позволил разговору завернуть бессмысленную плоскость. Девушка была мертва, он её не убивал и совсем не обязан оправдываться.
- А сейчас о чём вы, Кира-фукутайчо? - красный взгляд прятался, скрывался в темных ресницах, в то время как улыбка на лице Ичимару сменила оттенок. Опасный. - Вы же умный, перспективный шинигами. Хороший выпуск, благородная семья, быстрая карьера... Полагаю, вы видели её тело, - в предполагаемом вопросе не было вопросительных интонаций. - Думаю, времена службы в четвертом отряде вы не забыли? - это уже вопрос, хотя и без особых сомнений. - Хинамори была уже мертва к тому моменту, как я пришёл в город, - безаппеляционно. Тема закрыта. И если он ещё раз попробует её продолжить, пусть пеняет на себя.

"Вместе..." - плохие у него сейчас на руках карты. Или менять их все, или блефовать до последнего. Потому что с такими картами разве что помирать вместе, а Гин хотел жить. Помочь шинигами? Да не жалко. Если верить этим текстам, он им уже помогает. Хотелось помочь себе, но помочь себе было сложно.
- Не волнуйся, я всеми силами постараюсь избежать такого исхода, - елейно. Еле-еле сдерживаясь, чтобы оставить эту реплику напоследок. Вообще блондинчик даже и не знал, что ходит на краю пропасти. Совсем нечаянно, по своей светлой и пушистой невинности он задел крайне неприятную Гину тему. Настроение поддернулось - у него было много времени, чтобы подумать, осмыслить и решить, что он собирается делать. - А теперь, когда мы все обсудили, может, приступим к официальной части? - иронично, с любопытством наклонив голову и усмехаясь. А как же устав? - говорили его жесты. - Как же правила и нормы? Ты уверен, что имеешь право их нарушать?..

+1

9

"Ожидания?..." - Кира немного подался вперед, пересохшие губы схватили воздух, но так и не родили слов. Плечи съежились и стало противно от самого себя - он думал, что стал сильнее, думал что перестал быть зависимым, но в итоге так ничего и  не смог противопоставить этому человеку, не нашелся что возразить. Просто потерялся и запутался в словах... Он хотел возразить хоть что-то, но в итоге как рыба вытащенная из воды, просто хватал ртом воздух. Он ненавидел этого человека настолько сильно что не мог говорить, глядя на него, ведь те слова, которые он только что услышал не были ложью, но смирится с тем, что это есть истина, Кира тоже не мог. Его решимость... она пошатнулась, словно тонкое дерево под ураганным ветром, но и веры не было достаточно для того, что бы просто так забыть... Дружба, доверие, надежда, ожидание - эти чувства не так просто изгнать из памяти, даже если люди, к которым ты их испытывал совершенно разные. Все равно в итоге, они объединятся в твоем сердце...

Наивный мальчик. Чего же он хотел от Ичимару Гина, когда пошел на этот разговор? Прямого ответа? Утешения, понимания, убеждения? То, что он сам желал поверить в возможную ложь, еще не значит что эта ложь будет произнесена. Он сглотнул и сухое горло оцарапало. Пустое желание и пустые слова - он сам загнал себя в ловушку из которой не выбраться, придумав нечто, что на самом деле никогда не являлось истиной. Или, может быть, обвинение своего бывшего капитана была лишь попыткой отбелить самого себя?..

Он постарался скрыть удивление, но у него слабо получилось - голубые глаза расширились, словно он не верил тому, что слышат его уши:
- Почему? - потрясение и шок. Слишком сильный. Он был единственный, кто знал точно, что рано или поздно три капитана покинут сообщество душ. Он знал и молчал, хоть и отрицал впоследствии все, молчал потому, что... знал слишком много. Наверное, можно сказать, что в этом ему не повезло, потому что каким бы Гин не был, он был его капитаном и знать, что он все равно уйдет было... больно. Так же больно, как видеть изнанку правды,  - Вы... Вы серьезно? Значит, это правда что вы перешли на нашу сторону? Но зачем? Я не понимаю...

Может, он действительно, просто не понимал всего изначально? Придумал и самообманулся, совсем как сейчас...
- Не было официальной части, Ичимару-тайчо, - пальцы на рукоятки занпакто разжались, когда он закрыл лицо ладонью, прячась от красного взгляда, - Я солгал. Чтобы придти и поговорить с вами, иначе меня бы не пустили...

+1

10

Ичимару следил за сменой выражений лица Изуру с его тонкими, нервными чертами. “Похоже, он окончательно запутался", - выдохнул лис. Вообще говоря, Гин мог провести это время гораздо более приятным образом, чем разбираясь со старыми долгами. "Но мы в ответственности за тех, кого вовремя не послали, не так ли?"
- Это так важно? - голова слегка склонилась набок, глаза сощурились в две хитрые черточки. Мало кто настолько был похож на представителя благородного семейства, как Изуру. Длинные тонкие пальцы, слегка удлиненные, нервные черты лица, хрупкое телосложение, выцветшие краски. Все, кроме глаз – они всегда очень ярко выглядели на его бледном, даже немного сером лице. Но, несмотря на своё происхождение, гордость согнула плечи, а в глазах вместо благородства засел страх. Изуру всегда легко гнул спину. Настолько легко, что Ичимару было даже сложно понять какого это хоть и для мелкой, но аристократии регулярно гнуть спину перед выродками из Руконгая. Лис не мог понять, а потому его это интересовало. И он каждый раз ставил Изуру в ситуацию, когда тому приходилось гнуть перед ним спину.

- Хотя я, наверное, даже отвечу, - задумчиво протянул лис, переводя взгляд куда-то на стену. Из-за его честности, вытекающей из его лицемерности Гин и начал свою маленькую игру. Он не врал. По-крайней мере никогда не врал из-за чего-то важного, мелкие шалости вроде запрятанной документации накануне сдачи отчетности были не в счет - всего лишь детские игры, а вот что-то серьезное Кира всегда знал. Казалось, всегда казалось, что лейтенант вот-вот сломается под гнетом навалившейся на него информации, но он не ломался. - Неважно выиграет Айзен или проиграет, я проигрываю, находясь с ним, в любом случае, - более спокойным, не таким тягучим тоном пропел лис и тут же расплылся в улыбке. - Самоотверженность как-то не в моих правилах. Она утомляет.
Пожалуй, это даже могло сойти за честный ответ. По-крайней мере, если не вдаваться в сложности - это было правдой. Гин не боялся проиграть, но умирать просто потому что кто-то умер не желал. Кроме того - Айзен сильно его обидел. Своим высокомерием и заносчивостью, своей навязчивостью и лицемерием. Сейчас, имея возможность, он с удовольствием пустил бы ему кровь... если бы это не означало пустить кровь себе. "В целом... похоже, он все-таки добился того, чего хотел. Своеобразной верности. Она тоже утомляет - несвойственная и ненужная, она просто связывает по рукам и ногам, заставляя умирать в ожидании. Нет, так не пойдет".

- Плохо и неудобно - мне бы всё-таки хотелось, чтобы кто-нибудь раскрыл тайну структуры нового Готея. Как я должен помогать, если ничего не знаю? Всегда можно поинтересоваться у кого-нибудь ещё, - протянул лис после некоторого молчания. Гин никогда не ждал от Изуру чего-то особенного, хотя сразу заметил его порывы четко следовать уставу. Устав говорил слушаться своего капитана, защищать его, уважать. И Изуру пытался.  - Очень хороший, но и очень лживый мальчик. И это при всей положительности... Буквально парадокс.

+1

11

Слушать перехотелось. Зажать ладонями уши и бежать дальше и дальше, пока на пути не попадется преграда, о которую можно будет разбиться. "А чего ты ждал?" - ехидно вопрошали хитрые красные глаза. "А чего ты ждал?" - пожимая плечами, спрашивал рассудок. "Чего ждал ты от него?" - тоскливо ныло сердце. "Так чего же ты ждал?" - холодный голос из внутреннего мира.

- Нет, Ичимару-тайчо
, - голубые глаза смотрят в пол, словно кусочек летнего неба, решивший взглянуть на эту безрадостную землю. Привычка въелась в кожу и стала второй душой - паскудная привычка всегда опускать перед этим человеком голову, прятать глаза и стараться убраться как можно дальше и скорее... Пока  в голове этого человека не родилась какая-нибудь очередная забавная идея по поводу того, как еще сильнее и глубже забраться в его сердце, как будто ему было мало того, что он уже достиг. Как будто он хотел еще большего, забраться еще глубже и забрать себе все окончательно. И... Кира раз за разом, ненавидя себя, просто подчинялся. Сначала прикрываясь Уставом, потом - во избежание проблем, потому что так было правильно и логично. Так стало, когда он поверил белому Лису, - Не стоит, я...

Он не договорил. Замолчал, понуро слушая слова. Ненависть, несколько минут назад кипевшая в нем, словно сгорела, ни оставив ничего, кроме бешеной надежды. В то, что он сможет снова обмануть себя.
- Вы... - мурашки бегут по холодной спине вслед за струйками пота. Пальцы скомкали ткань, как до этого мяли рукоять занпакто. Возможно, Ичимару действительно вернулся насовсем, и все может если не стать как прежде, то нормализоваться. В возвращение на круги свои Кира не верил, хоть и был достаточно для этого наивен, но хотел чтобы в его мире появилась хоть какая-то определенность. Постоянная, доминанта, что-нибудь… Ему была нужна та точка, вокруг которой он мог начать создавать свой мир заново. Но, в то, что эта надежда появится, тоже верилось смутно. От слов снова разобрала злость. Как будто взглянул на себя со стороны – каким унылым и доверчивым он всегда был, какой он наивный сейчас, - Значит, оставаться рядом с человеком, которому вы доверяете, даже если это для вас бессмысленно – это самоотверженно? – в голубых глазах начинал разгораться холодный и злой огонь, - Я тоже был готов оставаться рядом с вами несмотря ни на что. Я бы даже ушел с вами, но меня вы не звали с собой. Мне ничего было не нужно взамен, хотя для меня это означало конец всего. Это самоотверженность? О ней вы сейчас говорите? Это она вас утомляет? Значит, я вас тоже утомлял?
Получилось даже зло, а ведь он хотел сказать это буднично. Кончики ушей покрылись алым цветом - от нежданного прилива злости аж свело скулы. Наверное, он был даже удивлен, тому что услышал. А еще своей собственной реакции и тому, что осмелился задать этот вопрос.
- Я никогда не лгал вам! - злость снова вскипает, а он покрывается яркими алыми пятнами. Кожа блондинов слишком легко поддается краснению, - Не лгал и не буду! Я... могу рассказать вам новый Устав, если хотите.

0

12

Ичимару посмотрел на своего бывшего лейтенанта с толикой удивления. "Как быстро он меняет своё отношение", - лис усмехнулся. Именно это ему никогда не нравилось в людях - то, как легко они себе что-то придумывали. Нельзя быть наполовину верным, частично преданным или самоотверженным. Ты либо готов чем-то делиться, готов защищать, готов любить, либо нет. Половинная позиция, когда ты чего-то требуешь взамен - нечестна. В ней и не пахнет теми чувствами, которые пытались продемонстрировать.

- Даже если и так, то что? - Гин улыбнулся, легко поднимаясь со своего места. Наблюдать перед собой то краснеющую, то белеющую статую не было никакого желания. Выставить за дверь? Можно. А потом ещё в приписку потребовать, чтобы к нему не пускали его бывшего лейтенанта. Вот было бы унижение. Достаточное, чтобы как-то компенсировать такое неприятное утро. "Интересно, о чем думал его тайчо, когда позволил чему-то подобному произойти?" - сам бы Гин мог бы так поступить из-за природного любопытства, но для Бьякуи любая не роботоподобная деятельность была под запретом, так что это вряд ли. Возможно, бывший капитан шестого отряда даже не знал, где его лейтенант и чем он занимается в этот самый момент. Вполне себе возможно. В конце концов, для Изуру это нормально - не лгать. Смолчать, скрыть, не сказать, но и не лгать, а Кучики никогда не полезет в мотивы поступков своих подчиненных.

- Да это самоотверженно и я не готов так поступать, но чем для тебя это хуже? - говорить о том, что в Уэко его бы убили, было бы неправильно - Гин не взял его совсем по другой причине. Он был не нужен. Этот замечательный золотой мальчик выполнил свои обязанности к тому моменту, как они покинули СС и был не нужен. Но стоит ли об этом сказать? - Зачем мне было звать тебя? - "Ты противоречишь себе. Говоришь о верности и обвиняешь. Говоришь, что ничего не требуешь взамен, но качаешь права."
- Что ты от меня хочешь, Изуру? Я поступал так, как считал нужным, а ты? - откровенно говоря, Ичимару терял нить размышлений, путаясь в его претензиях и обвинениях. Сначала была Хинамори, а что теперь?! - Возмущен ли ты тому, что я ушел или злишься, что вернулся?

Он приблизился к Изуру, фактически нависая над ним. Из-за ограничителя, лис был на уровне лейтенанта. На его уровне, если на то пошло. Занятное ощущение... Похоже, впервые за долгое время, они были в одинаковом, в равном положении. Это было даже приятно. 
- Сядь! - белые пальцы грубо прихватили черную ткань формы чуть ниже плеча и сильно дернули в сторону кровати. Не так сильно, как это могло быть раньше, но достаточно, чтобы он мог выполнить. Гин же присел за маленький столик, заваленный бумагами. - По договору с шинигами, я покину Сообщество после победы над Айзеном.
На последнюю часть, которая являлась чем-то вроде предложением помощи, Гин не отреагировал. Он не просил Изуру в помощники, он просил помощника. Если его лейтенантик считал, что пользуясь этой просьбой, как поводом пообщаться о чем-то давно прошлым, поступил славно, то ошибался. И ему лучше самостоятельно исправить эту ошибку, пока это не сделал за него лис.

+1

13

Унижение было слишком сильно. Кира чувствовал его каждым своим нервом, оно текло по венам, выплавляя на щеках новые ожоги стыда. Он пришел сюда, что бы задать вопросы, но оказался совсем не готов к тому, что все же сможет их задать. Теперь он сказал все что хотел и даже больше. Получил на это ответы и... Совсем не знал, что с этими ответами делать. Бледные, искусанные и обведенные сухим по краям губы все еще подрагивали от неожиданно вырвавшихся эмоций. Хотя он и должен был готов к тому, что сорвется не один раз, потому что никогда не отличался особой сдержанностью, а рядом с Ичимару Гином любой начинал терять почву под ногами. Потому что белый Лис ни к кому не проявлял снисхождение. Особенно к тем, кто показывал ему свою слабость. В этом случае он осторожно выкапывал прямо под человеком яму, а потом улыбался и ждал, когда же предмет его внимание ее заметит. Изуру слишком поздно заметил пропасть под собой. Так поздно, что уже было не спастись, но все еще было возможным ухватиться кончиками пальцев за ее край. Без надежды выбраться, но из упрямого желания жить.

"Жалок... как же я, наверное, жалок в ваших глазах, тайчо..."

- Ничего, Ичимару-тайчо, - соломенная челка бросает легкую тень на глаза. Он все еще злился. Только теперь на самого себя. За несдержанность и то, что снова нарушал собственные принципы. Ведь тогда, почти три года назад, он смирился с уходом собственного капитана и его предательство не стало для него шоком, в отличии от его друзей. - Ничего. Вы уже дали мне ответ на вопрос, который я хотел задать изначально. Простите, за то что сказал потом. Я не хотел говорить с вами на эту тему, - васильковый взгляд упрямо прятался за светлой щеткой ресниц, не желая сталкиваться с кровавым прищуром. - Не в праве, потому что будь я вам нужен, вы бы мне сообщили, а так это все просто мои личные эмоции. Вы сами говорили мне, что каждый должен отвечать только за себя. Я понимаю, что был бы обузой, но я хотел пойти. Но, не считал это нужным, также как не считали это нужным вы... Я не злился на вас когда вы ушли, но я думал, что вы нарушили обещание. И не мог простить...

Он мог говорить еще долго, давясь словами и пытаясь себя сдержать, не сказав лишнего, чтобы путано выложить все без остатка. Он попался в крепкий силок. Ловушку собственного доверия - белый лис прогрыз дыру в его груди. Дыру до самого сердца, а потом забрался вовнутрь, проедая дальше, вынимая душу из печени, до тех пор, пока от нее ничего не осталось. Только сейчас он понял, что все эти годы жил пустотой внутри себя. Той, которую оставил белый лис, уйдя за своим хозяином... К хватке на вороте он оказался совсем не готов. Потерял равновесие, неловко схватившись за тощее предплечье и почти рухнув на кровать. Голубые глаза удивленно распахнулись. На эти минуты он выглядел очень смешно - огорошенные, встрепаный, растерянный цыпленок. Напротив которого, довольно облизываясь, сидела лиса. Слова Ичимару показались ему каким-то потусторонним бредом. Нереальные, невозможные.

- Победы? - почти лепет, а пальцы все еще цепляются за чужое плечо, чувствуя под тканью тепло и напряженность стальных мышц, - Победы над Айзеном? - наверное, он все же выглядит как идиот, раз переспрашивает и не верит, - Вы... вы серьезно? Но куда вы уйдете?

+1

14

Ичимару почувствовал прикосновения ещё до того, как пальцы Изуру сошлись на его предплечье, перехватил руку за запястье и отпустил. Дальнейшая судьба бывшего лейтенанта вроде как Гина и не касалась вовсе. Упадет? Сам ошибся. Он предоставил ему возможность уловить хватку и даже дал своим жестом какую-никакую, но опору, на этом его миссия закончилась. В подобной логике был он весь. Ичимару никогда не старался занимать большое место в жизни своего отряда или лейтенанта. Всё шло свои чередом - ему командование давало задание, он приказывал своим подчиненным, они эти приказы выполняли. Ничего лишнего, ни капли личного. Каждый сам должен заботиться о своей жизни, каждый сам должен расставлять свои приоритеты, только так ни у кого не возникнет сомнений, только так все поймут цену своих действий. Так думал Гин, но, похоже, кому-то удавалось привязаться к нему даже при соблюдении всех этих правил.

"Настырный мальчик", - лис хмыкнул с улыбкой, вслушиваясь в слова Изуру. Такие интонации ему были лучше знакомы, в них он узнавал того Киру, который был с ним на протяжении фактически пятидесяти лет. "Так непосредственно... Будто только этим можно что-то изменить. Нет, Изуру, у тебя никогда не было такой возможности, а сомнения и разочарования только портят жизнь, превращая её одну долгую, грустную историю".
- Хотел пойти?.. - задумчиво протянул Ичимару, когда тишина стала слишком навязчивой. В его голове стали проявляться очертания ближайшего плана действий, может быть, не слишком приятных для его новых союзников, но необходимых. - Возможно, тебе ещё представится такой шанс, - голова слегка склонилась набок, сбивая легкие серебристые волосы в одну сторону. - Если я позову теперь, пойдёшь?

Не так важно, отправится ли малышка Сой Фон спасать своего ненаглядного капитана, используя его как проводника (хотя этим она обеспечила бы ему великолепное прикрытие), Гин и сам бы мог выбраться из города, но не хотелось раньше времени вступать в конфликты с шинигами. Их мирные отношения были улажены буквально на днях. Поэтому он вполне мог ещё немного подождать.
- А ты сомневаешься? – прищур красных глаз приобрел хитрый оттенок. – Довольно уныло даже не рассчитывать на победу, как думаешь? – в голосе появились не столько раздражительные, сколько привычные насмешливые нотки. - В Генсей, а куда же ещё? – беспечно пожал плечами лис, отвечая на вопрос Изуру. – Как минимум два мира имеют на меня немалый зуб, а там вполне можно жить. Подробности ещё не обсуждались, но… в целом, скорее всего, будет похоже на обыкновенное изгнание за нарушение закона.

Отредактировано Ichimaru Gin (2009-11-18 18:46:22)

0

15

Кира часто задавался вопросом. Таким нелепым в свете того, что человек, особенно состоящий в большой организации и занимающий в ней совсем небольшое место, обычно не может решать сам за себя. Почему именно его выбрали как лейтенанта третьего отряда? Сначало показалось злой шуткой, потом разобрала гордость ( о да, это то, что всегда его портило, с самого рождения, и даже в академии). Гордость за то, что его, именно его, а не кого-то другого посчитали достойным занимать пост лейтенанта отряда. При то, что было много других достойных людей, при том, что он был лишь четвертым офицером, но выбрали то его! И именно ему пришло это предложение. Значит, он был лучше, талантливей, исполнительней, надежней - превосходил других в чем-то, значит он был не просто трусом, который настолько боится за свою жизнь, что выбрал карьера в тыловом отряде, хотя и другие в Готее специализируют Кидо. Это был шанс доказать то, что он не зря пошел против воли родителей, что он тоже может не стеснятся и идти к своей мечте, как Момо, или не скрывать свои чувства, как Ренджи, того что он тоже к чему-то стремится, что он что-то значит и что он способен. Способен этого достичь! Это был такой шанс, что он было бы глупостью от него отказаться, но он имел глупость согласиться. Еще и потому, что хотел быть на одном уровне с ней. "Какой же я был наивный..." - Изуру удержал равновесие и не упал на пол, умудрившись скоординировать движения, опускаясь на кровать. Приспосабливаться, действовать по обстоятельствам, не терзаться сомнениями - этому его учили. Он оказался не таким уж плохим учеником. Он усвоил урок борьбы за жизнь, ноне усвоил урок самой жизни. Именно поэтому он все еще продолжал..." И я наивен до сих пор. Это насмешка, в ваших глазах... Я не хочу видеть ее, хоть и понимаю, что глупо. Я ведь опять. Снова... хочу поверить вам. И поверю..." Он все еще продолжал сомневаться в самом себе, уже имея окончательно принятое решение. "Зачем вы меня спрашиваете? Вы ведь и так знаете ответ". Он все еще был слишком наивен.

- Я пойду, - упрямо сжатые зубы. До боли в скулах, но взгляд цвета апрельского небе уверенный - Кира принял решение очень давно, - Если вы меня позовете. Даже если я сомневаюсь в победе. Даже в Генсей. Я не вижу смысла в том существовании, которое мы ведем, - отрезав волосы, он думал, что избавится от прошлого, но сейчас тонких и суховатых соломенных прядей так не хватало, чтобы занавесить лицо, - Не думаю, что жизнь среди людей будет хуже жизни здесь. Такой жизни... Я... я сомневаюсь! - Кира повысил голос и тут же захлебнулся собственным зарождающимся криком - пережало горло, - Но разве не вы, тайчо были тем, кто учил меня правильно оценивать свои силы?! Избегать заведомо проигрышного боя? Я... я не не верю в победу. Я не вижу ее. Мы проиграем...
Пальцы снова сжимаются в кулак - все было слишком сложно для его понимания еще пятьдесят лет назад. И слишком запутанно. Он часто сомневался раньше, когда заходя в кабинет, видел кто его капитан. То не пожалел об этом. Ни разу. Хотя бы потому, что хотел верить в то, что сам сделал такой выбор. Сам выбрал собственное будущее и собственную судьбу. Даже если в них нет ничего кроме безысходности и отчаянья.

0

16

Гин улыбнулся - ей-богу, сколько решимости! Хватит на несколько взводов и ещё чуть-чуть. "Наивный ты, Изуру", - подумал Ичимару, даже не предполагая насколько его мысли созвучны мыслям собственного лейтенанта - его это банально не слишком волновало.
- Аригато, Изуру, - улыбнулся Гин. Этот блондинчик был ему нужен. Если все пойдет так, как продумал... даже если все пойдет так, как он продумал, определенных жертв не избежать. Конкретно это почти не волновало. Вот только жертва все больше будут с его стороны. Непривычно, глупо и наивно. Почти также, как слова его унылого лейтенанта. - И что ты там будешь делать? - подобную активность к своему предложению, Ичимару не ожидал. Откровенно говоря, он даже и не думал, что можно быть настолько... наивным? Преданным? "Нашел кому", - легкая игра теней на лице альбиноса, пока он поднимается. Могло показаться, что он нахмурился или даже болезненно сожмурился, всего на секунду или даже меньше. "Я не могу отвечать за свою жизнь уже завтра, а он хочет, чтобы я возложил ответственность и за его жизнь в том числе. Эгоистичный мальчик", - Ичимару хмыкнул вслух.
- Не загадывай так далеко, - отрезвляюще произнес лис, косо глянув на бумажку все ещё спокойно покоящуюся на столе. Бумажку, где в непонятных каракулях изображались ближайшие планы Гина. Шаг первый, вынужденный. Шаг второй, необходимый. Третий... - Зря ты так, Изуру. Скорее всего, шинигами все-таки удастся убить Айзена. А вот будет ли это победой?.. - многозначительно. Он опять ни особо утруждается в сокрытии - а зачем? Изуру не скажет, это же Изуру. Зря он что ли потратил на него столько сил?! - забавная мысль, вроде как и не его. Так словно в его голове ведутся совсем другие переговоры, а может так оно и есть - слишком давно Ичимару не слышал навязчивый голос, призывающий к благоразумию или убийству. Две крайности, а ему так нравилось находиться ровно посередине. "Хм..."
- Можешь выполнить одну мою просьбу? - хитрая улыбка, откровенная. В конце концов, кого чураться? Наверное, он мог бы попросить прямо у сотайчо-хана, но это было так откровенно открыто, что растеряло половину интереса. Не хватало какой-то романтики, приключения, интереса. - Отведи меня к Матсумото Рангику, - вполне в его духе: то ли просьба, то ли приказ. Проверка. Без каких-то особенных причин не откажешь - Рангику капитан и по идее имела право с ним поговорить, а возможность? "Должен узнать". К тому же он обещал, а обещания надо держать.

0

17

Улыбка вызывает странные ощущения. Что-то на грани. Между робкой надеждой, привычкой и сомнением. В том, что все это правда. Зато рождается другое чувство - того, что в очередной раз его могут использовать и бросить. А, впрочем, он не против. Иначе, все было бы слишком просто. Пусть даже он не способен поверить до конца, но и причин для сомнения у него тоже нет.
На заданный вопрос он не ответил, самостоятельно осознавая насколько глупы были произнесенные в запале слова, но ведь отрицать сейчас сказанное, противореча самому себе - это еще большая глупость. А он и так достаточно выглядел глупцом в чужих глазах. Тонкие пальцы сжимают предплечье, впиваясь в ткань. Щеки зло жгло - не понять толи от досады, толи от стыда. Ведь втянувшись в разговор, он начал говорить о том, о чем изначально даже не думал, о чем не должно было заходить речи. Он шел к бывшему капитану не просто чтобы попытаться выяснить причины собственных сомнений, и не для того, чтобы получить ответ по поводу невыполненного обещания. Это все было предлогом. Он просто хотел лишний раз убедиться. Убедиться в собственной слабости.

- Я бы хотел быть столь же уверен, как вы, но... - сомнения. Они поглощают душу, проедают в ней дыры сквозь которые медленно вытекает уверенность. в себе или завтрашнем дне, в капитане или самом мироздании. Какая разница? Главное, что ее не остается, - Я умею правильно оценивать силы, - он покусал губу. Нет, Кира не был пессимистом, но и глупых надежд предпочитал не питать. Уж слишком много разочарований они с собой несли.

- Вы... - Кира замолчал не задав вопроса. Спрашивать о морали Ичимару Гина было как минимум странно. Но, Изуру было действительно интересно, к тому же он не представлял при каком состоянии души можно предать человека, раду которого уже однажды предал остальных, - Вы будете сражаться с нами?
Другой вопрос, не тот, который интересует. Но если промолчать, то рано или поздно капитан вытянет из него правду, а это неприятно...
- К Рангику-сан? Хорошо, но только... - не то, чтобы он был удивлен такой просьбой, скорей озадачен. Потому что было неизвестно можно ли выходить бывшему (или нынешнему?) предателю за пределы этой комнаты или нет. Впрочем, это было легко выяснить. Кира поднялся и пошел к двери, - Я могу вас проводить, Ичимару-тайчо. Но я должен спросить.

Девушка за дверью делала вид, что работает, что-то быстро и увлеченно записывая на пергаменте. То, что это была не документация, Кира понял с первого взгляда, но лезть в чужие дела не собирался. Оповестив кашлем о своем присутствии, он осторожно завел беседу. В этом, оказалось, не было нужды. Женщина окинула его ровным взглядом странно синих глаз и сказала, что при сопровождении Ичимару Гин волен выходить куда угодно. Если что - она его все равно быстро найдет. Что-то в этих словах было подозрительным, но Изуру решил не зацикливаться, и быстро поклонившись, вернулся обратно.
- Пойдемте, Ичимару..-сан.
Говорить на улице удобней. Даже если разговора не состоится, когда придет время Ичимару найдет способ с ним связаться. Это Кира точно знал.

-------------------> Казармы мобильного отряда

+1

18

Определенно ему нужно почаще говорить с теми, у кого выше уровень эмоциональности, а то с непривычки все эти смены настроения вызывают рябь перед глазами.
- Ты хочешь сказать, что я не умею правильно оценивать силы? - отстраненно поинтересовался Ичимару. Пожалуй, это было даже забавно - бывший лейтенант будет учить бывшего капитана. Впрочем, возможно в чем-то он и прав - у Изуру был нюх на заведомо проигрышные битвы хотя бы в том плане, что блондин никогда не вступал в сражение, которое не мог выиграть. Ему нужна была уверенность, в то время как Гин ограничивался желанием убить. - А какая разница, возможно это или невозможно? Единственное, что могут сделать шинигами, чтобы не быть уничтоженными, это победить. Значит нужно побеждать.
Гин говорил лениво, привычно растягивая слова, но без привычных насмешливых ноток. Казалось, его настигла меланхолия. В чем-то так оно и было. По-крайней мере, разговор с Кирой определенно не поднимал настроение. На очередной вопрос Ичимару повернул голову, чтобы внимательней рассмотреть выражение его лица. Внутри закопошилось что-то вроде недовольства - Гин никогда не был любителем глупых вопросов, а этот вряд ли можно было отнести к умным.
- А как ты сам думаешь? - губы растянулись до привычного уровня, наполняясь ядом. - Шинигами не оставили меня в живых при такой сомнительной охране и камере, если бы не считали, что я буду на их стороне.
Отожествлять себя и шинигами не получалось. Он давно не чувствовал себя частью этой организацией, наверное, даже слишком давно. Не успел Гин толком обосноваться в прошлом Готее, как его приблизил к себе Айзен, определяя всю дальнейшую судьбу. Нельзя сказать, что Гин когда-то жалел об этом. Даже сейчас, находясь в такой некомфортной ситуации, альбинос ни на минуту не сомневался, что будь у него ещё один шанс, он поступил бы точно также. В конце концов, этот шинигами со своими глупыми, божественными амбициями смог значительно разбавить существование от обыденности хотя бы на некоторое время. Другое дело, что ему пришлось заплатить за это определенную цену. Цену, с которой теперь был не согласен.
- Если представится возможность, я буду сражаться с вами, - внезапно  юлить, давая возможность Изуру тренировать свои мыслительные процессы, перехотелось. Снова накатила меланхолия, оставляя только одно желание - поскорее закончить со всем этим. - Спрашивай, - пожал плечами лис, - какая разница минутой позже или раньше? - вторую часть предложения Гин сказал тише хотя бы потому, что она не имела никакого отношения к происходящему. Будь его воля, он бы давно уже навестил Рангику как обещал, но сковывало обязательство постоянно находится в присутствии какого-нибудь капитана-лейтенанта и Рито, которая палец о палец не могла ударить лишний раз. По-крайней мере не для Ичимару Гина.
- Да, идем… Изуру, - не отдать дань приятной привычке нет никакой возможности, Ичимару слишком давно начал называть его по имени. - Приятно оставаться, Рито-оба-сан.

-------->>Казармы мобильного отряда

+1


Вы здесь » Bleach: Disappearing in the Darkness » Город не видящих Солнца » Казармы отряда личной охраны сотайчо. Комната лейтенанта отряда.